Мы (не) твои

Глава 13

Глава 13

Старый, похотливый козёл!

Я так от злости впечатывала каблуками в пол, со стороны казалось, идёт отряд гусар. Мой свёкр – лживая, гнусная тварь. Дома при свекрови строил из себя этакого справедливого дона Корлеоне, а на деле? Обычная мразь. Полез под юбку жене собственного сына, ну не урод?

Почему, как только человек начинает сжимать в кулаке деньги, тем больше гадости из него льётся. Он что, решил, что может купить меня , заставить выполнять его прихоти, только потому, что у него есть деньги? Ошибается, старая козлина. Пусть подавится своими деньгами и властью.

У меня искры бешенства летели из глаз. Ну надо же, как всё вывернул. Что он сказал? “Пожалеешь”?

То, что я теряю очень много, к сожалению, это так. Последнее время мои дела шли в гору. Вокруг меня сбилась в куча банда умных людей, мы решили отпочковаться от фирмы свёкра, стать дочерним предприятием. В перспективе вообще уйти в отдельное, самостоятельное плавание. Под моим руководством и под крылом свёкра добиться можно многого. Было. Теперь было. И надо же, кашу с отделением я уже заварила, всё в процессе. Я так поняла, любезный свёкр сейчас изойдётся на мыло, чтоб мне помешать.

Я вошла в свою приёмную, перехватила тревожный взгляд моего личного секретаря Любочки. Она как рак водила только глазами, сопровождая мои пируэты перед собственным кабинетом. Помалкивала, ждала распоряжений. Я встретилась с ней взглядом. Удивительное дело, за пацанячьей внешностью, короткой стрижкой и татухой на всю левую сторону скрывалась умная, добрая, внимательная девчонка. Как секретарю ей цены не было.

– Люба, зайди ко мне,

Я вошла к себе, грохнулась за стол, спрятала лицо в ладонях. Отвлеклась на звук. Звякнул фарфор, кофе в миленькой чашечке поблескивал полукругом свалившегося в него солнечного зайчика. Терпкий аромат, прозрачный дымок, растворяющийся над чёрным провалом чашки реквиемом играл похоронную мелодию моей карьере.

– Люба, слушай. Я уволена по собственному. Просмотри внимательно все бумаги, касающиеся моего личного и общественного. Те документы, что запущены для отпочковывания ни в коем случае не должны попасть к генеральному. Это моё личное, он знал о готовящемся отделении нашего филиала. Сейчас Юрий Михайлович будет стараться уничтожить меня. Полагаюсь на тебя.

То, что относится к его ведомству, отдай, нам чужого не надо. Но наша проектная документация только наша.

– Поняла, Елена Викторовна.

– Это не всё. Пожалуйста, просмотри, у меня накопились отгулы, точно посчитай всё, сколько я могу не приходить на работу до увольнения.

– Поняла, – Люда делала пометки у себя.

– Пригласи ко мне Валерию Матвеевну, пожалуйста.

– Елена Викторовна. Приглашение на стажировку для вашей команды одобрено. Японцы прислали. - упавшим голосом протянула Люба.

Я сжала пальцы. С зубов посыпалась эмаль. Вот же чёрт, я на такое счастье и не рассчитывала, а тут… Как же всё не вовремя. С другой стороны, разве беда приходит по расписанию. Я развела руками: отдай переводчикам, потом в отдел коммуникаций. Пусть сообщат, что я больше не работаю.

Люба вышла. Через пять минут вбежала Лерка:

– Матерь нашего отдела, что случилось, почему Люба сказала срочно и почему она плачет?

– Люба плачет?

Я вышла из кабинета. Люба действительно сидела зарёванная и шмыгала красным носом.

– Люба, ты чего?

– Я без вас тут тоже не останусь.

– Вот ещё. Придёт другая Лена, всё будет хорошо.

– Э…, что здесь происходит? Кто куда останется- не останется? – Лерка переводила взгляд с одного на другого.

– Идём, – я ухватила её за руку, потащила за собой.

Мы сидели друг напротив друга, Лера слушала меня, постукивая длинными маникюрами по столу.

– Значит, Аспид наш (так в ведомстве называли за глаза моего свёкра), решил поразмять свой хвостик? Вот же мразота. Ему прогулы на кладбище скоро ставить будут, а смотри ка. На девчатинку потянуло.

– Ты ещё не всё знаешь, Лера. Готова?

– Как пионер.

– Я написала заявление на увольнение и генеральный пообещал, что на моей карьере не оставит камня на камне. Сотрёт с лица земли меня как специалиста.

– Педеральное воспаление у генерального.

Лера перевела взгляд на окно, задумчиво протянула:

– По моему опыту клин клином вышибается. Его надо или напугать или , – она промолчал, повернулась ко мне:– Или напугать до смерти.

– Это как?

– Ещё не знаю как.

– Выброси из головы. Я сама себе приговор подписала.

– Приговор, говоришь… Ну, Ленка, так скажу тебе. Сильно не расстраивайся, не пропадёшь.

Зазвонил телефон, под аватаркой высветилось три самые дорогие для меня буквы “Муж”. Когда то любимые и самые ненавистные сейчас. Я сбросила звонок. Тут же прилетело СМС: “ Я сегодня приеду, никуда не уходи. Надо поговорить”.

Я посмотрела на Леру, та пожала плечами.

Я не отвечала на смс. Они сыпались как из рога изобилия

“Не смей молчать! Ты моя жена и обязана ответить!”

“ Я могу заехать за тобой”

“ Ты подала заявление на увольнение?”

“ Не смей отмалчиваться”

“ Ты увольняется, чтоб предать нашу семью, отец дал тебе всё!”

“ Ты мстишь мне?”

Мне надоела эта пассивная истерика. Я написала:

“ Не всё что я делаю, имеет отношение к тебе”

Отключила телефон. Хватит. Пора решительно задуматься о себе.

–

Я ехала домой сквозь пелену дождя по вечернему городу. Зябко шелестели последние листья, сбившись в жёлто-коричневую мокрую кучу под бордюрами. Машина шипела, плавно, чтоб не заляпать прохожих, въезжала в лужи. Я всёсобиралась помыть свою синюю четырёхколёсную бусинку. Да куда там. Частые дожди не оставляли надежды выглядеть прилично.

Единственная мысль, что крутилась у меня в голове: “ Смогу ли я простить измену своему мужу?” Я успела задать себе его тысячу раз. Мой ответ: “ Нет!” Поэтому сейчас соберу вещи своего муженька и пусть он катится к чёрту со всем своим семейством. Свора, где муж, одаривший меня рогами, свёкр- похабник, (“непримиримый поборник семейных ценностей”) и моя незабвенная свекровь – напыщенная курица. На развод я уже подала. Через пару месяцев сменю фамилию. Прям какой будет офигенный подарок самой себе на новый год. Я из Морозовой снова стану Сергеевой.