Мы (не) женимся ректор

Глава 1.

Королевская Академия Магии располагалась в центре столицы Адаира и не просто так носила подобное название. Дворец финансировал учебное заведение и каждый год выделял определённую сумму на образование талантливых, но бедных адептов. К последним я, разумеется, не относилась, и подобные мне учились всегда за счёт родителей или опекунов, занимая лофты и отдельные апартаменты в общежитии. Если бы отец дал мне разрешение на обучение и вступил в совет попечителей, выделяя сумму на ежемесячное содержание, то мне, вероятно, даже не пришлось бы сдавать вступительные экзамены. Но этого, к сожалению, не произошло. Папенька, вероятно, никогда даже не думал над моим прошением учиться, он задолго знал мою предопределённую судьбу.

Я стояла возле ворот академии и смотрела на величественное здание, которое, если мне повезёт, даст защиту от брака на пять лет. Пока я буду являться адепткой Королевской Академии Магии, отец не сможет выдать меня замуж, его влияние будет ограничено, так как на этот срок я буду находиться под опекой дворца. Однако по завершении обучения я вновь вернусь под его власть. К сожалению, в Морландии у женщин мало прав, и они вынуждены подчиняться главе рода. Сначала эту роль играет отец семейства, а после замужества девушку передают уже в дом супруга, и он становится её опекуном. Однако, если, ещё будучи адепткой, смогу себя хорошо зарекомендовать и попасть на службу во дворец, органы опеки лишат папеньку права распоряжаться моей жизнью, и я буду вольна жить как захочу, пока не выйду замуж. Но уже исключительно по своему желанию. Окончить академию на отлично – мой единственный шанс избежать ненавистного брака.

Пройдя по мощеной дорожке, я оказалась перед старинными дубовыми дверьми и, глубоко вздохнув, потянула на себя чугунное кольцо. В холле академии было шумно, адепты только начали съезжаться, и если будущие первокурсники стояли по стенкам, старшие громко обсуждали прошедшие каникулы.

Я прошла к плакату, обращённому к абитуриентам, там был расписан алгоритм действий поступающего. Все правила приёма были разделены на два разных сектора: для аристократов, поступающих за свой счет, и для тех, кто будет учиться за счёт короны. Для начала я нашла необходимую мне графу: «Зачисление на бюджет». Мне следовало перво-наперво пройти в кабинет комиссии, где посмотрят мои документы после школы и оценят возможность допуска к вступительным экзаменам. Я отправилась прямо по коридору, нужную дверь нашла сразу, и даже вовсе не по табличке «Принимающая комиссия», а по столпотворению молодых людей. На их фоне я сильно отличалась, у меня было платье из дорогой парчи изумрудного цвета, отделанное белоснежными кружевами, золотые серёжки с изумрудами, перстни с сапфирами и гранатами, а в руках небольшая дорожная сумочка именитой модистки Адаира. В то время как на других девушках были куда проще наряды: рубашки из грубого сукна, прямые юбки, причем далеко не у всех доходящие даже до щиколоток! У кого-то они были по колено… а кто-то и вовсе надел брюки, подобно мужчине. Моя матушка всегда говорила, что современная молодежь очень распущена, носит странную вульгарную одежду. Меня же с детства заставляли надевать всё строго в пол, чтобы даже мыска туфельки было не видно при ходьбе. В родовитых семьях такое воспитание – обычная практика. У нас в первую очередь чтят традиции и гордятся достижениями предков. Я была здесь словно из другого мира, потому что подобные мне никогда не стоят в очереди на получение бюджетного места, и все на меня косились, отчего становилось неуютно.

Из дверей комиссии вышел огорченный парень и, не поднимая взгляда, пошел прочь, в сторону выхода. Это означало одно: средний бал его оценок не давал возможности попасть даже на вступительные экзамены.

– Кто следующий? – спросила какая-то девушка.

– Я боюсь, – ответила ей другая. И какой-то парень крикнул, насмешливо тыча в мою сторону:

– Вон, «зефирку» пропустите! А то барышня, небось, не привыкла столько времени на ногах стоять.

В коридоре раздался смех, и мои щеки заалели от столь пристального внимания к моей персоне.

– Ещё чего! Последняя пришла – последняя и пойдёт, – сказала полная девушка в цветастом сарафане.

– Я подожду, – сказала я непонятно кому и отошла подальше к стенке, ожидая своей очереди.

К счастью, после меня пришло достаточно народу, и я уже не была в хвосте очереди. С каждым новым выходящим из дверей принимающей комиссии я становилась к ней ближе. Спустя полтора часа и я переступила порог небольшого кабинета, где за кафедрой сидела женщина преклонного возраста с гулькой на голове. Она презрительно окинула меня взглядом, а после процедила едва слышно:

– Аристократов принимают в другом месте.

– Я знаю, – ответила, протягивая папку с документами. – Я пришла пробоваться на бюджет.

– Деточка, у тебя совесть есть? Средства из королевской казны перечисляются в академию исключительно на тех ребят, кто не может позволить себе образование за свой счет. Скажи своему отцу, чтобы внес за тебя необходимую сумму, вместо того чтобы отбирать у кого-то действительно достойного шанс на нормальную жизнь, – укоризненно произнесла женщина, так и не взяв мои документы.

Значит, у кого-то должен быть шанс на хорошую жизнь, а у меня нет?

– В правилах академии нигде не написано, что аристократка не может попытаться поступить на бюджетное место, – сказала я ровным голосом. – Вы не имеете права не принимать у меня документы, если я подхожу по остальным пунктам.

– Ишь, умная какая нашлась, – огрызнулась женщина и, поправив гульку, наконец-то взяла из моей дрожащей руки папку. Она скрупулёзно рассматривала каждый листок, что-то выписывала себе, потом при помощи счёт считала и в конечном итоге выдала мне бумагу с допуском к экзаменам.