Мы невозможны

Глава 12. Ланч-тайм

Просторная, выложенная по старинке - плиткой, столовая уместилась на цокольном этаже школы.

В одной половине расположились так называемые бюджетники, в другой - те, кто просто коротает здесь время на большой перемене.

Если в школьном кабинете расслоение на кланы и группировки не так очевидно, то в этом месте - всё как на ладони.

Вот сидят так называемые бимбо. Девчонки сплошь в коротких юбках, обтягивающих топах и высоких гольфах. Глянцевые, словно зеркальные, губы и имиджевые очки – обязательная часть образа, эксплуатирующего раннюю сексуальность.

Далее по классике – ботаники. Люди, которые вознамерились сдать ЕГЭ на сто из ста. Сделавшие учёбу не просто целью, а самоцелью! Уважаю, но не поддерживаю. Подобный экстремизм в чём бы то ни было, на мой взгляд, это - не норма.

Следующие по списку – спортсмены. Ну, это обязательный пункт любой школьной программы. Ребята, которые не блещут умом, но зато могут похвастаться большими успехами в спорте. Так сказать - гордость школы.

И моё любимое. Альты! Почему любимое? Это же непаханое поле для любого художника! Чёрные и цветные волосы, пирсинг, абсолютно неформальная одежда под форменным школьным пиджаком. Что может быть интереснее, чем эта... сжирающая их страсть к самовыражению?

Я держусь особняком. Как обычно, занимаю самый непопулярный стол – у мусоросборника. Это место никому не нравится. А значит - нравится мне.

Мой стандартный обед – булочка и компот. Мне по душе это отсутствие лишних понтов. Никакого тебе инставайба. Да и в пинтересте такого не подсмотришь!

Вылавливаю из гранёного стакана последний кусочек яблока. Отодвигаю в сторону опустевший поднос и достаю принадлежности для рисования из сумки.

Скетчбук, карандаш. Наушники с включённой в них любимой музыкой – и на ближайшие двадцать минут релакс мне обеспечен.

Оглядываю пространство столовой в поисках источника вдохновения. Обычно я просто рисую то, что мне приглянулось, чтобы потренировать руку.

В фокус попадает стол у окна. Если можно назвать окном эту форточку, ведущую на поверхность из нашего подвала. Там сидят двое – Антон и Макс. Эти ребята реально напоминают мне попугаев-неразлучников, настолько они дружны.

После того случая первого сентября Нечаев не предпринимал никаких особых попыток к сближению со мной.

Он только смотрит многозначительно... и ничего не говорит. Иногда мне кажется, что он изучает меня. Ведёт наблюдение. Проводит какой-то странный, ему одному понятный, эксперимент...

Безошибочно нахожу его светло-карие, орехового оттенка глаза. Смотрю в них безо всякого стеснения. Потому что мне нечего бояться!

Откинувшись на спинку стула, катает зубочистку плотно сомкнутыми губами. Ни тени улыбки на смешливом обычно лице.

Макс сидит рядом, уткнувшись в телефон. За столик присаживается ещё пара. Кажется, это девочки из десятого. Одеты как под копирку: в мини "колокольчиком" и ажурные, сливочного цвета колготки.

Одна из них придвигается неприлично близко к Антону, что-то ему говорит. Тот обнимает её за плечи. Выражение лица становится игривым. Девчонка смеётся.

Вторая гипнотизирует взглядом угрюмого Макса. Дохлый номер! Не обращает никакого внимания. По-прежнему не отрывается от зажатого в ладони смартфона. Только слегка оттягивает ворот своей чёрной водолазки, как будто та душит его.

Я тоже смотрю на него. Не могу не смотреть.

В последнее время это как будто... игра между нами.

Я просто смотрю. Он – нет.

Избегает меня?...

Сверлю глазами череп своего сводного брата.

Ну, взгляни на меня. Просто подними глаза... На секундочку.

Понятия не имею, для чего мне это...

Прекращаю этот вымученный телекинез, отвлекшись: скомканный кусок бумажной салфетки прилетает на мой столик. Вскидываюсь и упираюсь прямо в ухмыляющуюся физиономию Антона. Улыбается он как-то... неоднозначно. Делает "рогатку" двумя пальцами и показывает на меня, потом на себя. Подмигивает, кивая в сторону хмурого Макса.

Делаю то же самое. Двумя пальцами на него, потом на себя, потом на его "новую подружку". Закатываю глаза.

Антон улыбается ещё шире, рискуя порвать рот. Его друг так и не реагирует.

Десятиклассницы рядом с ним делают совместное селфи, очевидно стараясь взять в кадр всех сидящих за столом, в том числе, и Макса. Он даже не шевелится. Хмыкаю. С тем же успехом можно сфотографироваться с памятником.

П-фф. Перевожу взгляд чуть правее: на столик у кадки с фикусом. Там расположилась Юля. Последние пару недель мы так и делим одну парту в классе, однако, это не сделало нас ни на йоту ближе. Я по-прежнему ничего не знаю о ней, кроме имени. Она не интересуется мной...

Хотя... Кажется, она ведёт свой влог. Судя по тому, что снимает себя сейчас с помощью штатива с лампой и симпатичным меховым микрофоном. Что-то говорит в камеру. Я не слышу, она далеко от меня.

Всё это мне до боли знакомо. Когда человек и пяти минут не может прожить без того, чтобы запечатлеть свою жизнь. Люди снимают то, что они едят, покупают, просто видят! Снимают себя в зеркале, в лифте, в машине, в витрине магазина... За завтраком, на пробежке, когда работают и когда отдыхают. Снимают других людей: знакомых, чужих - неважно! Снимают, а потом... выкладывают в сеть.