Мы побежим по облакам

5.1

Три дня Луизе казалось, что даже солнце светит ярче обычного... В её жизни происходило что-то по-настоящему особенное. А сейчас, когда она смотрела в окно на то как уезжает отец, Лу чувствовала, как всё вокруг стало тускнеть. Её мир опять становился тусклым, почти серым. Так происходило каждый раз, когда он уезжал. И ей приходилось снова и снова стараться наполнить свой мир красками. Лу зашла на eBay, ей требовалось срочно найти себе что-то красочное. Что-то такое, что сможет опять раскрасить ей жизнь.

Листая сайт, девушка увидела чудесный плед с большими разноцветными единорогами и плюшевые подушки к нему. Пара кликов и заказ уже был оформлен. Эти подушки будут отлично смотреться на диване, плед тоже можно будет расстелить там, чтобы смотреть кино по вечерам... Тогда, можно будет иногда спать здесь, и наблюдать в окно.

Шарлотта пришла к девушке сразу, как проводила мужчину. Лу сидела в своём кресле качалке, завернувшись в плед из детства. Она, как и много лет до этого, взяла внучку за руку, стараясь улыбнуться самой тёплой улыбкой.

— Ему нужно ехать... — тихо начала она. Луиза выдернула руку.

— Мог бы не приезжать. — внутри росла грозовая туча. Они обе чувствовали это. Когда-то давно, Шарлотта была уверена, её девочка не умеет злиться... Оказалось, что это не так.

Луиза закрыла глаза, вдох-выдох, как учила её доктор Дайси. Вдох-выдох. В ней нет места злости, в её жизни нет места таким чувствам. У неё должно быть что-то хорошее, если не жизнь, то хотя бы эмоции. Она должна сделать свой мир таким, чтобы её жизнь была наполненной, хотя бы тем что доступно. А доступна ей, только она сама.

— Милая, он любит тебя, ты же знаешь. Правда? — женщина смотрела на неё с болью во взгляде, ведь ей казалось, что они прошли уже это. — Ему было необходимо уехать.

— Да. Я знаю. Спасибо, Ба.

— Я налью тебе облепиховый чай, хорошо? — от этого взгляда сердце девочки начинало пропускать удары. Как же она не любила,когда бабушка видела её такой. Она должна улыбаться. Быть счастливой из-за всех сил. Губы сами растянулись в улыбке, такой привычной и почти настоящей.

— Всё хорошо, правда. Можно мне к чаю леденцы?

— Милая, только если ты помнишь о правилах. — от вида улыбки у внучки на душе стало теплее.

— Я помню, нельзя грызть. Это разрушит мои зубы, а возможно и челюсть. — внутри снова стала расти туча, она ведь знала каждое дурацкое правило. Она выучила их ещё лет в пять. Для чего каждый раз просить повторить...

Шарлотта ушла в кухню, чтобы заварить чай и достать заветную коробочку с леденцами. А Луиза дышала, чтобы вернуть себя в мир бабушкиных пирогов, приятных вечеров с кино или книгами, и облаков. Белых, пушистых и мягких. Она посмотрела в окно, направив взгляд в небо. Мысли об их красоте всегда её успокаивали.

— Лу, чай готов! — девушка поднялась с кресла и тоже пошла на кухню.

Они сидели за столом, пили чай и думали, каждая про своё. Лу вспомнила о письме, которое лежало в её священной коробочке, воспоминание об этом зажгло тонкий фитиль внутри, зарождая огонёк надежды на лучшее.