Мы разбивали сны

Глава 11

Пока я корпела над домашним заданием по алгебре, телефон, лежащий рядом разрывался от уведомлений. Я пыталась сосредоточиться, но это было почти невозможно. Сообщения все приходили и приходили.

Вариантов особо было немного: писали либо моя подруга, либо одноклассники в общем чате.

Я отложила ручку, размяла пальцы и, вздохнув, взяла телефон. На экране высветилось множество сообщений. Это были мои одноклассники.

Я нахмурилась. Внутри зародилось тревожное предчувствие.

В беседе класса разгорался спор. Сверху всплыло новое сообщение от Камиллы.

Кэми: "Быстро зайди в беседу!"

Я ещё сильнее нахмурилась, но всё же решила прочитать, что случилось. Озноб пробежал по телу, легкие сжались, в глазах потемнело. Я сглотнула и включила видео. И увидела на экране себя.

Кто-то снял на телефон момент, когда я подавала.

Вот мяч взмывает в воздух, вот моя рука бьет по нему, вот он стремительно летит через все поле, а затем Настя падает, получив удар в лоб.

Я взглянула на имя отправителя. Это был еще один друг Айзата, Витя. Видимо, Курбанов велел ему запечатлеть мой позор.

Дрожащими пальцами я пролистала вниз. Кто-то смеялся, кто-то негодовал, кто-то желал мне проклятий.

Настёнка: «Я убью эту гадину, как только доберусь до неё!» — написала Матросова в гневе.

Под этим сообщением шесть человек поставили лайк.

Ната: «Мало тебе было, швабра?» — написала одноклассница, отметив меня под своим сообщением.

Витёк: "Если будет драка, ставлю на Настюху".

Десять лайков.

Горелый: "Капец тебе, Туманова".

Я чувствовала, как внутри все сжимается. Одноклассник написал то, о чём и так было ясно. Поэтому я сразу убежала домой, как только прозвенел звонок с последнего урока. Я боялась, что они могут отомстить за то, что я сделала. У Насти много обожателей, и унизить меня, чтобы заслужить её внимание, для них не составило бы труда.

Кэми: "Я всем вам руки пообрываю, если хоть пальцем её тронете!"

От ее сообщения стало теплее. Однако подруга не сможет быть со мной рядом всегда. Я должна сама учиться давать им отпор.

Витёк: "Хватит её защищать, Афанасьева".

Настёнка: "Почему она молчит и ничего не отвечает? Голову в песок спрятала?"

Каждое сообщение резало как ножом. Я почувствовала себя загнанной в угол. Слёзы подступили к глазам, но я не позволила им пролиться.

Я подошла к окну, за которым уже стемнело. На улице светили фонари, создавая уютную атмосферу, но внутри меня все кипело от обиды. Я попыталась успокоиться, но мысли о произошедшем не давали покоя.

В голове крутились слова одноклассников, их насмешки и угрозы. Я чувствовала себя беспомощной и одинокой.

Разблокировав телефон, я снова открыла беседу. Странно, но Айзат не написал ни слова. Обычно он обожал участвовать в моих унижениях. Точнее, он сам их и создавал. Но в этот раз от него ни слова, ни смайлика. Это только сильнее озадачивало.

А еще я с тревогой искала в чате сообщения от новенького, но их тоже не было. Это не улучшило ситуацию, но мне стало немного легче.

Я знала, что завтра всё станет еще сложнее. Но сегодня я должна была хотя бы попытаться уснуть.

***

На мне короткое полупрозрачное платье, которое почти ничего не скрывает. Глаза подведены черным, волосы завиты в легкие локоны, на ногах — высокие каблуки, подчеркивающие стройность ног. Я выглядела непривычно и, пожалуй, даже красиво.

Интересно, что скажут одногруппники, когда увидят меня? Будет ли это восхищение или шок? Или, может, они просто сделают вид, что ничего не заметили? Я не знала, чего ожидать, но была готова к любой реакции.

На входе в клуб даже не попросили паспорт, так что я легко прошла внутрь. Внутри было шумно и многолюдно. Музыка гремела, люди танцевали, смеялись, кто-то пил коктейли. Это было совсем не то место, где я обычно предпочитала отдыхать. Но сегодня я была здесь.

В голове мелькнула мысль, что ему это может не понравиться, но я тут же её отогнала. Он запретил мне сюда приходить, а я не послушала. Он думает, что знает, как лучше для меня. Но я не собиралась отступать. Пусть сам разбирается, что ему нравится, а что нет.

Лучше бы хоть раз сказал что-то приятное, а не изображал постоянно альфа-самца. Хотя, возможно, именно это мне и нужно. Чтобы он наконец-то увидел меня такой, какая я есть, а не той, кем он меня считает.

В толпе я заметила своих одногруппников. Они смотрели на меня с опаской, будто я была привидением. Парни избегали взгляда ниже моего лица. Увидев меня, они тут же отворачивались, как будто я была заразной.

Я шла вглубь клуба, но никто со мной не здоровался. Может, они меня не узнали? Или просто решили, что я не стою их внимания? Я почувствовала, как внутри поднимается волна раздражения.

— Эй, — услышала я знакомый голос. Обернулась и увидела Камиллу. На моих губах тут же заиграла улыбка.

— Привет, — сказала я, обняв ее за плечи. — Ты тоже здесь?

— Ну конечно, я здесь, — ответила подруга, слегка прищурившись. — А вот ты как здесь оказалась? Я думала, ты не придешь.

— Почему?

— Он всем велел доложить, если ты появишься в клубе.

Я почувствовала, как атмосфера вокруг нас становится напряженной. Люди начали шептаться, оглядываться на нас. Все смотрели на меня, будто я собиралась их укусить. Некоторые даже отошли в сторону, будто боялись заразиться чем-то.

— И что? — спросила я, стараясь не показать, что меня это задевает. — Он может запретить мне приходить сюда, но это не значит, что я не имею права быть здесь.

Камилла кивнула, но ее взгляд оставался настороженным.