Мы разбивали сны

Глава 17

Кто я такая, чтобы спорить с матерью? Конечно, она больше знает, как будет лучше для меня и моей жизни.

У маминой коллеги по работе дочь забеременела в семнадцать. Теперь они собирали деньги на свадьбу. Вместо университета девочка будет сидеть с ребенком.

Наша соседка по подъезду младше меня на два года, но на районе ее называли не иначе как «шлюхой». Она перевстречалась с половиной парней из нашей школы и не скрывала, что крутила романы одновременно с несколькими. Ее подруга не стеснялась брать деньги за интимные услуги, а видео с ней гуляли по интернету. Их видела вся школа.

Настя Матросова переспала со всеми друзьями своего парня, Айзата, но тот упрямо закрывал на это глаза, а учитывая его вспыльчивый характер, это странно. Интересует ли ее учеба, образование и самореализация? Кто знает. Похоже, ее больше волнует ее «корона» в классе и звание самой красивой и желанной девочки в параллели.

Мама знала обо всех этих историях, поэтому ее беспокойство обо мне вполне понятно. Я единственный ребенок в семье, и она хотела для меня лучшей жизни. Строго следила за моей успеваемостью, заставляла заниматься с репетиторами по английскому, математике, литературе и обществознанию. Я постоянно участвовала в олимпиадах и конференциях, и учителя не сомневались, кто будет представлять нашу школу. Конечно же, это была Варвара Туманова — гордость всех учителей.

Та, которую ненавидели собственные одноклассники за это. Они считали, что я выскочка, ботанша, та, которой получать «пятерки» было важнее всего на свете. И никто не понимал, почему со мной дружила популярная Камилла Афанасьева.

Я удивлялась, почему мама до сих пор не запретила мне общаться с ней по причине того, что подруга может оказывать на меня плохое влияние. Будь так, и у меня бы вообще друзей не было.

«Образование — это основа твоего будущего, Варя», — постоянно напоминал мне голос матери.

Я не должна была думать о мальчиках. Ни в каком смысле. Они не должны сбивать меня с моего пути.

Камилла толкнула меня локтем и прошептала:

— Варвар, ты чего зависла?

Я вздрогнула, оторвавшись от мыслей. Шел второй урок, и мы писали конспект по биологии, пока учительница заполняла электронный журнал.

— Задумалась, — пробормотала я и зевнула.

— Зеваешь ты часто, — заметила она, — и глаза у тебя красные. Ты не спала сегодня?

Я покачала головой.

— Из-за вчерашнего? — спросила она. — Я пыталась догнать тебя на улице, но ты исчезла уже. Но ты не переживай, Витьку все равно кто-то врезал.

Я нахмурилась и посмотрела на одноклассника. Его лицо было помятым, губа и бровь разбиты.

Но кому надо было бить Витю? И главное зачем? Возможно, это даже произошло и не из-за меня вовсе. Мало ли, кому он дорогу перешел.

Медленно я перевела взгляд на новенького. Его присутствие всегда вызывало у меня странные чувства. Он был загадочным, отстраненным, и я не знала, что у него на уме.

Я поймала себя на мысли, что хотела бы, чтобы это он разобрался с Витей. Но когда все произошло, его уводила за руку в другую комнату Матросова. Он ничего не видел и не мог быть причастен.

Но тогда кто?

Внезапно мне в лоб прилетел смятый комок бумаги. Поначалу я удивилась, но потом поняла, кто это.

Я с прищуром уставилась на Айзата. Тот смотрел на меня исподлобья. Кивком головы он указал на комок, что лежал под моей партой, видимо, для того, чтобы я его подняла и прочитала его послание.

Вместо этого я дернула бровью и показала ему средний палец, а после отвернулась.

Сердце колотилось от моей выходки, но все равно я была рада, что сделала это.

О мою спину ударился еще один комок, но я его проигнорировала. Зато почувствовала, как его взгляд, словно раскаленный луч, прожигал мою спину. Меж лопаток разгорался огонь, как будто кто-то вонзил туда нож. Этот взгляд был осязаемым, тяжелым, как камень на шее, и я знала, что он не отпустит меня, пока я не повернусь.

Уже когда прозвенел звонок, я подняла с пола скомканные бумажки и развернула первую.

«Че ты пялишься на него, убогая?» — строчки на ней резали глаза.

Я закатила глаза и взяла вторую.

«Засунь себе этот палец в...»

Я резко смяла записку и бросила на пол. Щеки вспыхнули, словно кто-то плеснул в лицо кипятком. Воздух в легких будто застыл, а внутри разливалась волна возмущения.

«Придурок!» — подумала я, запихивая все принадлежности в сумку. Я уже собиралась выйти в коридор, чтобы присоединиться к Камилле, но меня резко прижали к стене. И со мной особо не церемонились, ибо я ударилась спиной, чувствуя, как воздух выбивается из легких. Сильные руки Айзата впились в меня, словно он хотел раздавить.

— Совсем попуталась, убогая? — прошипел он, наклоняясь так близко, что я ощутила горячее дыхание на своей коже.

Я шокировано посмотрела на него, а затем огляделась. В классе уже никого не было.

— Все свалили, — сказал он, с ухмылкой глядя мне в глаза. — Никто тебе не поможет.

— Отпусти меня, — пискнула я, вжимаясь сильнее в стену в попытках избавиться от присутствия этого громилы.

«Блин, я и не думала, что он такой крепкий».

— Что ты мне там за палец показывала, а? — он схватил меня за руку, сжимая так, что я вскрикнула. — Хочешь, я тебе его сломаю?

— Нет! — я с ужасом смотрела на него, понимая, что он не шутит.

Его угрозы были реальны. Я знала, что ему не составит труда это сделать.

— Не испытывай мое терпение, убогая, — прорычал он, стиснув зубы. — Оно не железное.

— Отойди от меня, — потребовала я, добавив: — Пожалуйста.

— А что? Тебе неприятно? — хмыкнул он. — Хотела бы, чтобы новенький был здесь? Думаешь, я не вижу, как ты на него пялишься?

— Какая тебе разница? — огрызнулась я, пытаясь вырвать руку. Но он сжал ее еще сильнее.

— Он никогда не обратит на тебя внимания, чучело, — с издевкой сказал он. — Он знает, что ты изгой. Пустое место. Он тупо не захочет с тобой связываться.