Мы тебе (не) семья

Глава 4

Алёна

- Приехали! – извещает мужчина в светлом дорогом костюме и улыбается журнальной улыбкой.

Сердце делает кульбит и замирает - у дверей кафе собралась небольшая компания – няня, Аделина, Евангелина и моя подруга Арина с сыном.

Ловлю странные ощущения. Предчувствие, что что-то не так гложет. Почему они не внутри? Почему не заходят?

На улице прохладно, и девочки в нарядных розовых платьях могут замерзнуть!

Ужас впивается в душу. Цепляюсь за последнюю надежду, может, гости уже внутри? А мои встречают маму?

Холодок пробегает по позвоночнику, и кончики пальцев покалывает. Выхожу из машины, бросаюсь к ним. Они ко мне. Впечатываются личиками в пышную розовую юбку. Хихикают. Лапают её маленькими загребущими ручками.

- Где все? Почему не заходите? – беру дочек за руки, веду к запертым дверям, через которые уже успел просочиться Демид.

- Алёна, там чужой банкет! Сказали, что Лялины ничего не заказывали! – отвечает быстро подруга, и я улавливаю в её голосе тревогу.

- Не понимаю. Влад должен был пригласить всех! Он даже не подпускал меня к приглашениям, сказал, что его секретарь со всем справится. Может, Карина что-то напутала? – пытаюсь сохранять спокойствие.

- Нет, милая. Никакой путаницы, - Арина делает ко мне шаг, гладит по плечу.

- Как ты узнала?

– Случайно, от вашей няни, - показывает глазами на Викторию.

Мой кошмар становится явью – двери перед нами закрыты. Вот почему супруг промолчал, когда я спросила о зале.

А я-то наивная об аниматоре беспокоилась!

Мои ангелочки в розовых платьях с пушистыми юбками прыгают перед дверью. И я сними, как розовое безе. В этом вычурном праздничном платье! А над нами сгущаются темные предгрозовые облака. В прямом смысле слова!

Глупо выглядим. Но мне всё равно.

Тискаю дочерей. Они умилительно визжат. Правда, няня зажимает уши и предосудительно глядит на меня.

Моргаю, чтобы блестящие от слез глаза не выдали мое внутреннее разодранное состояние. Не хочу, чтобы няня и подруга жалели.

Гляжу с замиранием сердца на дочурок, нетерпеливо притопывающих ножками. В их счастливых светло-карих глазах с янтарным ободком вокруг зрачка разлилось недоумение.

- Ма-ма, посли!!! – дочери тянут за подол платья.

- Ева. Ада, - шмыгаю носом. Неловко запинаюсь. Не понимаю, как объяснить малышкам, что ярко-синие и желтые шары у входа не в их честь, и клоун, и чебурашка, и музыка не для них, а для другого ребенка.

На улице накрапывает дождь, и я плачу вместе с ним. Если спросят, скажу – это капли дождя, а не слезы на моих щеках

Мое сердце буквально кричит: - Влад! Пошел к черту! Ненавижу тебя и не прощу!

- Сейчас вызову такси, и поедем… - лепечу едва слышно, доставая телефон.

- Не хочешь позвонить мужу? -спрашивает Ариша. И я смотрю на нее так, что она всё понимает. Осекается.

Вызываю детское такси для себя и для Арины.

Сердце разрывается от боли, обиды. Злости на себя. Что не проследила, не взяла на контроль! Дождь усиливается, а мои малявки прилипли носами к стеклу низкого окна и жадно вглядываются внутрь помещения.

Слышу свое же рваное дыхание и странно звучащий голос:

- Ада, Ева, мы едем домой.

Всё это время Гриша – сынишка Арины стоит молча под маленьким зонтиком, лишь изредка тяжело вздыхает, понимая, что праздника не будет!

Подруга подходит, шепчет на ухо:

- Поехали в «Му-Му» или в ближайший «АндерСон». Там есть детский уголок. Дети поиграют на батутах. А я съезжу в ближайший магазин, накуплю подарков. Побольше. А с девчонками из чата посидим в другой день.

- Арина, ты золото! – давлю в себе горькие всхлипы, расплываюсь в улыбке.

Няня давно накинула на девчонок куртки и раскрыла над ними большой зонт. Но это не помогло!..

С ужасом наблюдаю, как волнистые волосы близняшек превращаются в беспощадные кудри.

Какой ужас!

Ева – модница, терпеть их не может. Если увидит себя в зеркале, начнет рыдать. Ада – ещё та болтушка, может назвать её барашкой!

Есть такая особенность у дочерей – кудрявые волосы! И когда на улице сыро, выпрямлять волосы бесполезно.

Не знаю в кого они у меня такие. Моя мама говорит, что в прабабку. И глаза якобы у матери моей бабушки были карими, похожими на янтарь.

Слабо верится. Наверное, она это придумала, когда кривотолки пошли гулять по родственникам – якобы дети не похожи ни на маму, ни на папу…

Я внимания не обращала. Как оказалось, зря! Если бы знала к чему приведут разговоры, придушила бы сплетни в зародыше. Я мягкая, пушистая, но ради своих девочек готова на всё!

- Вы ещё здесь? – дверь кафе неожиданно открывается, и на пороге возникает высокая фигура Демида. А за ним маячит женская. - Заходите. Оливия решила, что наш праздник может потесниться! – сообщает радостно мужчина.