Мы в ответе за тех, кого спасли

Глава 10

Первая женщина Тронии посылала письма сыну на службу, как и намеревалась, но в них не было и слова про какую-либо пропажу принцесс Мины и Нины. В тот небольшой промежуток времени, что девушки оставались во дворце Асонии, им сообщили, что принц Зэсли и правители Тронии были обеспокоены по поводу ситуации с принцессами Асонии и Саксонии. Тогда Нина мигом попросила бумагу и перо, чтобы уверить возлюбленного в их сохранности. Однако присутствовавшая при этом Мина придержала пыл лучшей подруги и сказала, чтобы не спешила упоминать о том, что с ними происходило на самом деле. «Подумай сама, — говорила она, — если он узнает, что нас похитили, то непременно тут же примчится обратно. А ему, и не менее важно, тебе это надо? Хочешь, чтобы Зэс бросил свои обязанности и так подставил себя? Мы же теперь в порядке». Нина грустно отводила глаза и понимала, что Мина была права. «Но что же нам делать? Мне невыносимо лгать ему — это же так и есть!» Асонская брала руку подруги в свою и присаживалась на её уровень. «Обещаю: он обо всём узнает, когда вернётся. Или ты серьёзно собираешься рассказать ему про Раниса?» Решающие слова, окончательно убедившие Нину, были озвучены, и Саксонская сделала, как просила подруга. Убранный за рубашку кулон девушки теперь всегда служил ей напоминанием о том человеке, и, признаваясь самой себе, Нина пока не была готова к тому, что когда-нибудь ей придётся посвятить любимого в подробности, связанные с ним. Пускай, она помнила почти всё, что пережила уже в прошлом, но так и не нашла в себе желания забыть обо всём и о нём в том числе. Кулон в виде огненного пламени не был для неё врагом, скорее — талисманом.

Договорившись тем днём с мужем об их взаимном молчании о настоящем положении дел на тот момент, жена князя Тронии не стала рассказывать сыну правду. Дескать, то, о чём Зэсли переживал, действительно было обычными россказнями их непутёвых служанок. Однако природная наблюдательность принца Тронии не упустила из виду того факта, что язык матери в письмах был не совсем обычный. Это были её почерк и её мысли, в этом он не сомневался, но те формулировки и порой несвязность слов не то чтобы бросались ему в глаза, но не могли пройти мимо него. Несмотря на это, Зэсли поверил ей и немного успокоился, но в нём всё равно всё ещё жило терзающее душу чувство, которое не давало ему полностью отдаваться работе. А письмо непосредственно от подруг лежало в почтовом отделении следующей контрольной точки судна, на котором он служил, потому это чувство до сих пор оставалось с ним.

Прошло больше двух недель с тех пор, как принц Тронии отправился на службу в море. Несмотря на то, что команде приходилось подходить к границам соседней страны, расположенной южнее Асонии, основная задача королевского патруля состояла в разведке морских владений государства. Король условно знал, где заканчивалось его господство в море Ветра и где начиналось — главы морского клана. До прихода на пост главы Аррани мужчина был в курсе о главе Хэйтеме, но нынешний глава Огня не разнился во мнениях о нём со своим предшественником, потому стабильно снабжал короля информацией, когда было, что рассказать. Кроме судна, на котором Зэсли проходил службу, в обязательном порядке по морю курсировали и другие, подобные им, только на постоянной основе. Маршруты и контрольные точки ответственности были согласованы и закреплены за каждым судном перед началом путешествия. Королевский корабль к этому времени держался параллельно территориям Асонии.

Стоял солнечный день. Осадков в виде дождя не выпадало вот уже несколько дней, и запасы пресной воды на корабле неумолимо сокращались. Гораздо быстрее, нежели обычно. Большая часть команды не жаловалась: хватало хоть как-то отвлекающей работы, хотя это в той же мере могло служить усиленной потребностью в необходимой для жизни жидкости. Капитан и один из его помощников не отличались особыми капризами и терпели вместе с сослуживцами, ведь с недавних пор количество воды на каждого человека закономерно урезалось. Были и недовольные. Пара других офицеров и некоторые матросы (в частности и те, кто был особо не доволен присутствием сына генерала армии Асонии) вызывали шумиху активнее других. Их судно причалило к ближайшему свободному порту для пополнения запасов. Пришлось выбиваться из графика патрулей, но капитан надеялся, что в дальнейшем подобных казусов более не предвидится. Зэсли стоял на балке грот-марселя3, облокотившись об основание мачты, и наблюдал за бегущей жизнью пристани. Сегодня принц Тронии был условно освобождён от забот корабля (во всяком случае, капитан дал ему понять, что трудных поручений давать ему не собирается), потому что хорошо постарался на вчерашней ночной вахте.

Матрос нёс спокойную службу. Со всех сторон ночного моря стояла тишина. Ничто не предвещало угрозы до тех пор, пока парень не заметил впереди еле различимый корабль. Для начала Зэсли решил проверить его принадлежность. Судно было достаточно далеко, да и небольшой туман мешал обзору, но зрение не подвело его. Благодаря своему внимательному взору юноша заметил кое-что необычное: флаг судна явно имел тёмный фон, возможно, даже чёрный, о чём и поспешил сообщить капитану. «Ты уверен? — уточнил старший, всматриваясь вдаль через бинокль. — Может, ночь затемняет его». «Никак нет, сэр», — уже с полной уверенностью отвечал матрос. «Если так, то это плохо. Тёмные флаги запрещены международным соглашением. Полагаю, что нас ждёт встреча с морскими разбойниками, или, что намного хуже, с пиратами». Зэсли предложил не спешить и убедиться в их догадках. Капитан согласился с ним, но команда была поднята на ноги и предупреждена о возможном столкновении. Стремительно приближавшееся судно действительно принадлежало нарушителям порядка в морских владениях Асонии. Неприятелей даже не смущал вымпел4, возвышающийся на фок-мачте. В ту ночь экипажу пришлось впервые взяться за оружие и «побеседовать» с гостями государства. Врождённая худощавость принца Тронии бросалась в глаза каждому человеку, который владел орудием боя, поэтому парень часто становился «лёгкой» добычей для борющихся. Однако многие в порыве боя забывали, что такое эффект неожиданности, и парень практически без особых усилий превосходил противника по силе и ловкости. Принц не отличался крепким телосложением или выступающими из-под рубашки бицепсами, но был по-своему силён. Главное его преимущество состояло именно в том, что он был, наверное, легче всех в команде, отчего уходить от тяжёлых, но не столь быстрых ударов противников было для него очень удобно. В этом бою количество разбойников превосходило королевскую свиту. Парень отразил удар своим мечом стоящего напротив, но не видел идущего на него сбоку. Избежать ранения или, что хуже, смерти ему помог один из матросов. Убедившись, что ряды нарушителей стали стремительно редеть, и можно было сказать, что экипаж судна был почти в полной безопасности, Зэс обернулся и увидел, кто его спас. Это был тот самый матрос, который открыто выражал свою неприязнь к сыну генерала армии Асонии. Его вздувшееся и потное от напряжения лицо отражало серьёзность и сосредоточенность, однако глаза его смотрели на юношу отнюдь не нейтрально. «Не вздумай подумать, что я помог тебе из чувства долга, щенок», — грозно проговорил мужчина, после чего вернулся в затухающую битву, чтобы разобраться с оставшимися. Зэсли стоял у грузового люка и машинально осматривался по сторонам. В тоже время мыслями он был совсем не здесь. К счастью, его участие уже не требовалось. После того, как моряки разобрались с трупами, выяснили все тонкости у их предводителя и обеспечили первую помощь раненым, капитан собрал команду на палубу и дал понять всем, кто сегодня спас их жизни. Его речь не возвышала Тронского и не блистала громкими словами. «Если бы матрос Зэсли не выполнял свои обязанности, — покачал головой, — не знаю, что бы тогда случилось. Так что советую каждому не забывать, для чего мы здесь, господа». Те, кто не видел в принце его статус, кто принимал его за такого же работягу, что и они, бурно переговаривались между собой, создавая фоновый шум на корабле. Те же, кто не входил в их число, лишь молча ожидали команды возвращаться ко сну или других поручений. Двое из них при этом косили взгляды на принца Тронии. Их острые, рассекающие воздух выражения лиц скрывались за тенью ночи. Капитан распорядился, чтобы два офицера и несколько человек из команды взяли предводителя шайки и его корабль под контроль и отплыли к берегам Асонии, чтобы затем передать его жандармам. Члены экипажа были весьма воодушевлены, поскольку при поимке подобной личности королевство доплачивало к жалованию. Этот жест считался хорошим поощрением за счёт помощи властям государства. Судно вернулось ко сну, в том числе и Зэсли, вместо которого за дежурство встал сам капитан, оправдывая это заслугой сегодняшнего события. Перед тем, как удалиться в кубрик, принц задержался, подождал, пока большинство скроется на нижний уровень, а потом поднялся на шканцы. Заметивший это матрос, спасший его, остановился возле грузового отсека и бесшумно прошёл обратно, заняв отдалённую от лестницу позицию. Он не мог расслышать, о чём говорили капитан с отпрыском Тронии. Услышал, как парень двинулся в его сторону, и устремился вниз, пока его не заметили. Зэсли не смотрел по сторонам и, как ему показалось, вообще не обращал внимания на посторонние шумы. Юноша спокойно добрался до своего гамака и залез в него, моментально затихнув.