Мы вас очень ждём

II.

…

Для разнообразия в столовую мы пошли пешком. А Кузя поплелся за нами, изредко лениво выгрызая репьи из худых боков. Улица была пуста, как обычно в летнюю пору в сельской месности. Впрочем, не уверен, что остальные сезоны способствуют прогулкам по посёлку.

Допустим, дети в школе. А взрослые? В поле? Зерно для элеваторов взращивают. Посевная страда или как ее там.

— Аркадий...

— Да-да, — он повернулся ко мне с преувеличенным вниманием.

Я хотел спросить, где все, но почему-то спросил:

— И вы тоже читали "Луну и тени"?

— Мы все читали. Замечательный роман. Очень глубокий. Когда нам позвонили из редакции, мы очень обрадовались, что сможем, так сказать, лицезреть автора. У нас он даже входит в список на внеурочное чтение у старших классов.

Сказать, что я поразился до глубины своей отсутствующей души, ничего не сказать.

— Мы даже закупили тираж для библиотеки, хотя у всех есть свой экземпляр.

— Хе-хе... Остроумно... — я осекся, поняв, что он и не думает шутить.

— Разве вы к нам не из-за этого прибыли? — Аркадий странно моргнул. Будто не одновременно обоими глазами, а по очереди. Тик у него что ли?

— А... Я в целом...

— Пришли.

Площадь в лучших традициях была очерчена администрацией, столовой, универмагом, сквериком с чьим-то бронзовым бюстом.

— Дом культуры? — кивнул я на здание с афишной тумбой.

— Моя вотчина, — гордо кивнул Аркадий.

На афише красовалось: "Седьмая печать".

На мой немой вопрос, Аркадий снисходительно улыбнулся.

— Тематические вечера по мировым шедеврам кинематографа. Моя инициатива.

Пес побрел к тумбе и обошелся с ней совершенно по-собачьи.

...

Я должен говорить, что скучающие в столовой раздатчица и повариха тоже меня узнали?

Уговоры и борьба с некоторой ненормальностью ситуации внутри головы катастрофически заканчивались нервными смешками.

— Да-да, непременно раздам автографы. Сегодня после встречи, — бормотал я, забирая разнос с тарелками.

Не, ребят. Не. Я такое видел. Город Зеро, блин. Согласен, атмосферно. Но это наверняка филимоновские штучки. Решил меня проучить, пройдоха. Точно, позвонил и подговорил тут всех, пока я ехал. Ладно. Ладно. Подыграю. Чего я, не звезда что ли? Но, блин, Сеня. Шутить на тему моего провального романа слишком жестоко, не считаешь? Но хорошо смеется тот, кто...

Кузьма стоял посреди площади и хрипло лаял в сторону сквера. Я вгляделся в ряд темных елей, но никого не увидел. Пес прекратил и повернулся, глядя прямо на меня, словно мог видеть через окно и кружевной желтоватый тюль.

Аркадий тоже пялился на то, как моя ложка совершает маршрут из тарелки с гороховым супом ко рту и обратно. А сам-то он прикоснулся к еде? И... где все? Где бабки у магазина? Где хотя бы какие-нибудь забулдыги, эти вечные элементы пейзажа?

Мелкие зубы Аркадия приоткрылись чуть больше, когда моя вилка вонзилась в биточек.

— Наш пгт — образцовый. Победитель среди поселений до 5000 жителей в области культуры, — он словно прочитал мои мысли. — Мы очень заботимся об образовании и здоровье нашего населения.

Допустим.

— Пять тысяч, говорите? Да где же они все? — ядовито переспросил я.

— Как где? — Аркадий посмотрел в окно.

Я перевел взгляд. Вот же чёрт. В магазин заходили женщины, из сквера вышла пара с коляской. Через площадь учитель вел строй детишек, явно учеников начальной школы. А возле тумбы мужичок в комбинезоне клеил новую афишу.

— Но... А... только что...

— Обеденное время, — пояснил Аркадий. — Сейчас и здесь будет много народу. А вот Леонид что-то запоздал с вашей афишей.

Его объяснение звучало успокоительно. Действительно, чего это я? Вон и из администрации выходят люди, спеша в столовую, и молодежь располагается на скамейках, очевидно, появившись из школы неподалеку. И тощие южные голуби слетаются к старичку с булкой.

— Аркадий. Я приехал по поводу элеватора.

Культурист кивнул.

— Конечно. Это же логично. Вы в своей книге разоблачаете те самые тени ужасов, что существуют исключительно в нашей голове. И благодаря вам, нам многое стало понятно.

Я в который раз проглотил изумление вместе с компотом из сухофруктов.

Аркадий постучал по виску.

— Осознание иллюзий и страхов — путь к ментальному здоровью, — наставительно сказал он. — Разве вы не об этом писали? Разве вы не об этом хотите нам рассказать?

— Я? А. Да. Так вы покажете мне место, где обитает жутовская жуть?

— Обитала. До того как мы осознали беспочвенность наших предрассудков. Сон разума рождает чудовищ.

У меня назрели еще несколько вопросов, но в столовую начали стекаться люди, некоторые из которых не только приветствовали Аркадия, но и подходили лично поручкаться с "тем самым". И, хотя я осознавал, что все это розыгрыш, все равно чувствовал себя довольно мерзко. Они все, все мне улыбались. Пришлось ретироваться скорейшим образом.