Мы встретились слишком вовремя

Глава 11

Ангелина растерянно бродила по залу и всматривалась в толпу. Иван сказал, что ему нужно было уточнить что-то у его научрука, и отошел, но так и не вернулся. А Ангелине уже после одного бокала шампанского захотелось в туалет, вот только где его найти, она не знала. Она могла бы попросить Аню или Сашу проводить ее, но те так радостно отплясывали со своими спутниками, что Ангелина не решилась прервать их веселье. Она уже была готова идти на поиски уборной самостоятельно, как вдруг перед ней материализовался красивый высокий парень лет двадцати с длинными черными волосами, завязанными в хвост.

– Ангелина, не хотели бы вы потанцевать со мной?

Ангелина не знала имени этого парня – вроде бы ему Иван ее не представлял, из чего она поняла, что этот парень не был его сокурсником. Ангелина была не против потанцевать с ним, но мочевой пузырь был готов опорожниться, поэтому она приблизилась к нему, чтобы ее просьбу услышал только он, и ответила:

– С удовольствием, но сначала не могли бы вы проводить меня до туалета?

Парень охотно вызвался это сделать. Выйдя из зала, они пошли по коридорам, и парень, представившись Вовой Соловьевым, принялся расспрашивать ее, нравится ли ей бал, познакомилась ли она уже с кем-нибудь и как давно она знакома с Иваном. Ангелина охотно отвечала на его вопросы, предварительно поинтересовавшись, в честь какого из журналистов по имени Владимир Соловьев его назвали. Парень рассмеялся и ответил, что родители не из-за этого дали ему имя, а просто потому что оно им нравилось. Его родители, сказал Вова, всегда были максимально далеки от журналистики, политики и иже с ними.

Когда они дошли до женского туалета, Ангелина поблагодарила Вову за сопровождение и хотела было нажать на ручку двери, чтобы открыть ее, но Вова опередил ее. Открыв дверь, он вдруг втолкнул Ангелину в туалет, закрыл дверь, затем схватил девушку за руку и принялся дергать ручки дверей кабинок, видимо, проверяя, есть ли там кто-то.

– Что вы делаете? – испуганно спросила она, и Вова тут же прижал ее к стене. По его плотоядному взгляду, которым он окинул ее с головы до ног, Ангелина поняла, что он задумал. Ее окатила волна ужаса. Если о том, что сейчас произойдет, узнает общественность, ей не поздоровится. Она испортит не только свою репутацию, но и репутацию отца и сестры. Ангелина принялась лихорадочно думать, как ей не допустить успешного осуществления замысла этого негодяя, но от охватившего ее страха она не могла кричать. Да и вряд ли кто-то бы ее услышал: все были в зале, которая располагалась в нескольких сотнях метров и в которой грохотала музыка.

– Вова, – прошептала Ангелина, пытаясь как можно аккуратнее вывернуться из его рук, – не надо этого делать, пожалуйста. Отпусти меня.

– Ни за что, – выдохнул он ей в лицо запах спирта и блокируя очередную попытку Ангелины освободиться. – Не каждый день выпадает возможность трахнуть дочку народного артиста России.

– Вова, меня Ваня, наверное, ищет, – пыталась настаивать Ангелина, но Вова так крепко сжал ее руки, что Ангелине стало больно и она вскрикнула.

– Пусть ищет тебя Иванушка-дурачок. А мы тут займемся кое-чем очень приятным.

Он настойчиво поцеловал ее в губы, затем переместился на шею. Ангелина часто задышала и пыталась дергаться, чтобы он отпустил ее, но Вова держал ее крепко и прижимался к ней практически всем телом. У нее даже не было возможности поднять ногу в туфле на каблуке и от души наступить ею на его ноги. Вова присосался к ее шее, как вампир, а его рука медленно, словно издеваясь, поползла ей под юбку. Платье Ангелины было длинным, поэтому Вова был вынужден слегка присесть, чтобы приподнять подол и получить доступ к ее ногам. Коснувшись ее щиколотки, Вова повел рукой по голени и мягко коснулся колена. Ангелина судорожно сглотнула и, когда его ладонь легла ей на бедро, снова предприняла попытку бегства. Но и она не удалась: Вова крепко схватил ее за плечи и потащил в кабинку. В это же время снаружи раздались голоса, которые приближались к туалету.

– Помогите! – крикнула Ангелина, но Вова закрыл ей рот огромной ладонью и, затащив девушку в кабинку, задвинул засов. Прижав Ангелину к стене и сжав ее шею, Вова угрожающе прошипел:

– Пикнешь – тебе кабзда.

Напуганная Ангелина задрожала и снова сглотнула. Сделать это, когда твою шею сжимает рука, было непросто. Она снова принялась размышлять о возможности спасения, но ей ничего не приходило на ум. Если обладатели голосов зайдут в туалет, их появление просто отсрочит коварный план этого парня. Кабинки были полностью закрыты, то есть их ноги через нижнюю щель никто не увидит: просто подергают дверцу кабинки и решат, что там кто-то справляет нужду. Но никто не узнает, что ее, Ангелину, там держат как заложницу в ожидании, пока все присутствующие не выйдут отсюда.

Дверь туалета открылась, и внутрь процокали каблучки. Ангелина решила снова попытаться привлечь к себе внимание, но Вова явно заметил ее намерение, потому что сжал ее шею еще крепче. Ангелине показалось, что воздуха в ее легкие стало поступать значительно меньше. Тем временем снаружи кабинок раздались девичьи голоса:

– Саш, ты прости меня. Я не должна была говорить тебе те гадости. Я знаю, что он тебе нравится, но я тоже ничего не могу с собой поделать.

– Нет, Ань, это я должна просить у тебя прощения. Я действительно иногда веду себя навязчиво по отношению к Захарчику, хотя и знаю, что он тебе нравится. Прости меня, я больше так не буду. Могу тебя утешить: мы в одной лодке. Кажется, у Ваньки уже… Ты это слышала?

Пока Аня и Саша разговаривали, Ангелина несколько раз еле слышно топнула каблуком, чтобы привлечь внимание уже знакомых ей девушек, зашедших на ее счастье припудрить носики. Однако девчонки услышали первый ее еле заметный стук, и Ангелина снова топнула. Вова крепче сжал ее шею и одними губами произнес:

– Ты что творишь, дура?

Ангелина остановилась и посмотрела на него, стремясь вложить во взгляд всю свою ненависть. В то же время она украдкой старалась рассмотреть задвижку и вспомнить, в какую сторону Вова повернул ее. Ей надо было проделать движение в обратную, чтобы выбраться отсюда.