Мягкий металл

Глава 17

Йен нашел Рея в одной из его любимых таверн. Он по обычаю пил виски и держал сигару за ухом, хотя никогда ее не курил. Его зеленые глаза выражали заинтересованность, когда заметили Йена. Йен присел рядом, чему Рей удивился.

– Почему ты не на собрании? – спрашивает Йен.

– Почему ты не на собрании? – вопросом на вопрос отвечает Рей.

Йен выжидает и смотрит на друга. Рей наконец сдается и признается:

– Я капореджиме Акулы, и он дал мне кое-какое задание.

– Я думаю он дал тебе его, чтобы мы не встретились, – говорит Йен.

– Кто знает. Ты ему не нравишься, Йен. И наша дружба с тобой тоже.

– Рей, мне дали заказ. Точнее не так. Акула посоветовал Отцу отдать его мне.

Рей осушает стакан и громко ставит его на стол. По его лицу непонятно, о чем он думает. Но кошачьи глаза с изумлением разглядывают Йена.

– А это уже странно, – соглашается он.

– Рей, скажи, кто дал мне заказ?

«Мне нужно знать, кто это сделал. Так я узнаю еще одного своего врага, так я узнаю еще одного друга Корпорации» – думал Йен.

– Даже если бы я знал, я не мог бы тебе сказать. – спокойно отвечает Рей и как ни в чем не бывало предлагает – Тебя угостить выпивкой?

– Я знаю, что ты знаешь. Ты всегда в курсе этих дел был, а сейчас Отец и Акула любят тебя и доверяют.

– Может потому и доверяют, что я никому не болтаю?

– Рей, пожалуйста – просит Йен и берется за плечо друга.

– Да отстань ты от меня, – дергает плечом Рей, сбрасывая руку Брата, точно паука – сказал не знаю.

Йен верит:

– Рей, нас связывают узы Братства, и они же связывают наши руки, но мы всегда были с тобой по-настоящему близки. Если ты что-то узнаешь о заказчике, сообщи мне.

Рей подхватывает:

– А еще Братство свяжет наши тела веревками и отправит на дно реки кормить рыб.

Йен пропускает мимо ушей и встает из-за стола. Он собрался уходить, но Рей останавливает его за руку:

– Йен, я действительно не знаю. Это было через третьих лиц и Акула с ней встречался один, я ждал вдалеке.

– С ней?

– Да, но даже ее имени я не знаю. И лицо мне не знакомо, девушка вся в белом.

– В белом?

– Ага, - Рей посмотрел на свой пустующий стакан – как мне сказали, она связующее звено между заказчиком и Акулом. А еще она мерзко скалилась, брр.

В Йена точно попадает молния. Он застывает и прирастает к земле. Вокруг шумный пьяный вечер в таверн, пиво льется через край, течет по столу и наполняет ячменным ароматом все пространство. Но Йен точно ничего этого не слышит, потому что только слова Рея вертятся в его голове.

– Рей, повтори?

– Говорю давила зубы во весь ее широкий рот.

– Я понял, - у Йена в груди разливалось прекрасное будоражащее чувство – Рей, спасибо тебе. Сделаешь кое-что для меня?

***

Маркус стоял у таверны, откуда доносились веселые и громкие звуки. Он ждал Йена, за которым проследовал. Любопытство всегда было особой чертой Марка, будь то эксперименты являлось ли растение в теплицах вкусным или нет, или лифт в Доме Советов. Маркусу все равно было, что результатом поедания диковинных цветов являлся распухший от аллергии язык и усыпанное сыпью тело, а после поездок на лифте в Ратуши мама всыпала ему по первое число.

 «А простое ли любопытство заставило меня пойти за ним?» - думает Марк.

Симпатии к Йену он никогда не испытывал, еще работая на фабрике, Йен заслужил недоверие Маркуса. Однажды поймавшись на элементарном вранье, Йен получил личного инспектора в лице Марка. Марк пристально следил за ним и зачем-то расспрашивал о нем у мужиков по работе. Собирательное мнение было такое: обычный работящий парень, немного скрытный и нелюдимый. Это правда, на заводе Йен ни с кем тесно не общался, он приходил и уходил незаметно, а следов своего присутствия никогда не оставлял. И тем не менее для Маркуса он оказался слишком заметной фигурой. Дойдя до расспроса его бригадира, тот сказал, что видел, как Йен выносил какие-то запчасти с завода.
«Почему ж вы не остановили его? Ничему не сказали?» - спросил он, а сам вспомнил, как с Кейси воровали с теплиц овощи. Сначала он почувствовал себя ужасным лицемером. А потом убедил себя, что его случай – это другое, он не такой как Йен.

Бригадир вместо ответа плюнул.
- Да кто ж не выносит чего с фабрики? Ты что ль чистенький?

 Мужики подняли его на смех и пошли курить на перерыв. Когда шестнадцать рабочих ушло, Маркус увидел, как с лестницы второго этажа глаза в глаза ему смотрит Йен. С тех пор их противостояние стало открытым.

 Но, конечно, это нельзя было назвать основной причиной почему ухмылка Йена не выходила из головы Маркуса и заставляла кулаки досадно чесаться. Причина всего происходящего в жизни Маркуса была одна: Кейси. Маркус из-за нее пошел подрабатывать на фабрику, из-за нее приехал в город и из-за нее сейчас стоит в вонючем углу заброшенного квартала бедняков, где недавно помочился бездомный.

 «Можно ли доверять Йену?» - думал он.

 «С одной стороны, вроде, он не представляет угрозы, по крайней мере для Кейси. И, похоже, она действительно нравится ему. С другой стороны, его постоянные отлучки по поводу банды… Да, господи, это же типичная шайка уродов с оружием, которые чтут городские законы!» - Маркус слышал о таких в свое время от отца. Многое подчерпнул как раз уже в Городе, но в серьез никогда не принимал – считал это городской легендой. Ему рассказывали, что иногда в Городах образуются свои законы улиц, которым нужно подчиняться. А еще желательнее не связываться с такими, потому что у каждой такой банды свои устои и порядки, которые они обязаны чтить. За неповиновение – смерть. Причем не только твоя, но и членов всей твоей семьи. Об это как бы знали люди, но никого это не заботило, потому что все жили как будто в двух параллельных мирах: мир обычных людей, где радость в дне без смога и с зеленым растением в горшке, и мир города, который регулировался инспекцией с внешней стороны, а внутренними порядками заправляли банды. Одни не вмешивались в дела других, потому что инспекция не имела права и полномочий подкопаться к «чистым перед законом» братствам, а братства в свою очередь не трогали их, потому что им это было не нужно. Тотальный контроль бизнеса в городе: вот их удел. Братства поменьше ловили мелкую рыбешку, крышевали маленькие лавочки и ларьки. Рыбка покрупнее съедала маленькую рыбку. Крупные братства либо состояли из меньших, либо действительно сжирали мелкий улов, они держали тот или иной род деятельности под своим контролем, по слухам, излюбленной деятельностью Северного Города была организация азартных игр, а также возврат карточных долгов. Поэтому Братство и не брезговало убийствами на заказ. При этом убийцами себя они не считали, но достаточно было вывалить крупные купюры на стол и сказать заветное «карточный должник», а это святое. Маркус много слышал, но, похоже, многое не видел или не хотел. Считав это глупыми рассказами вроде баек от бабушки Кейси, городскими мифами Маркус и не знал, насколько он слеп.