Мятежная вдова. Хозяйка швейной фабрики

Глава 36

Наблюдая недоумение в моих глазах, мужчина улыбнулся.

— Если продолжишь в том же духе, — сказал он, — это будет первый в истории случай смерти художника от вдохновения. Прекращай меня изводить.

Покосившись на него, прыснула со смеху.

— Перестань. Я как раз хотела поговорить с тобой об этом. Совсем скоро ожидается бал невест в бывшем дворце правительства.

— Тот самый, для которого мы шили платье выпускницам пансиона, — напомнил мужчина.

— Именно. Скажи, туда принимают только девушек из знатных семейств?

Лукас задумчиво нахмурился.

— Бал всегда проводился, как смотр невест для аристократов. И даже после переворота в протоколе этого события мало что изменилось. Разве что теперь, кроме родовитых женихов и невест, туда дозволено являться богатым купцам и их отпрыскам.

— То есть простым смертным не возбраняется посещать подобные мероприятия?

— Официально да. Но я уверен, ты понимаешь, как обстоят дела. Купец может отдать своего сына или дочь в семью какого-нибудь разорившегося графа. Граф получает деньги, а купец — титул. Обычным людям являться туда нет смысла.

Я понимающе кивнула, затем продолжила:

— Тогда скажи мне, где находят себе пару городские рабочие?

Лукас такого вопроса совсем не ожидал, а потому с минуту хлопал глазами, а потом сказал:

— Марлен, ну ты меня удивляешь. В трактирах и на городских праздниках. Или на службе.

— Служба — не вариант. Незамужних женщин на работу не берут.

— Ну значит, знакомятся на улице.

— Не очень удобно, правда?

— К чему ты клонишь? — мужчина нетерпеливо сцепил руки в замок и подался вперёд. — Ты весь день ходишь вокруг да около. Говори, что ты задумала.

Я улыбнулась. Вот ведь проницательный тип. Всё чувствует.

Подобрав слова, я глубоко вздохнула и выпалила на выдохе давно заготовленную речь:

— Мы должны организовать свой бал для простых девушек и юношей, которым некогда искать себе пару. Пусть знать устраивает танцы во дворце. Мы же найдём помещение и там организуем вечер знакомств для обычных горожан. А эти наряды помогут нам.

— Как они нам помогут? — недоумённо спросил Лукас.

— Точнее, не нам, а тем, кто ищет себе пару. Подумай сам, мы сможем пошить наряды для простых девушек. Не навьюченные декором, но не менее красивые, а главное, подходящие по фигуре и типажу. Мы ведь с тобой не раз это обсуждали.

Мужчина задумчиво потёр подбородок.

— Не знаю, Марлен, — сказал он. — Идея неплохая, конечно. Но всякое собрание более пятнадцати участников требует согласования с правительством. Да и как всё это организовать?

— Доверься мне. Я всё возьму на себя. Твоя задача воплотить в жизнь наши идеи. Пригласи сюда Зоуи или Магдалину в конце рабочего дня, сними с них мерки и подготовь выкройки. Уверена, девочки не откажутся поучаствовать в нашей затее, и многие из них не упустят шанса очаровать мужчину, и, если избранник окажется достойным человеком, ещё и выйти замуж. Но говорить им об этом прямо не стоит. Тут нужно аккуратно действовать. Девочки слишком обозлились на мир, в котором живут, за несправедливое отношение. Могут и заартачиться.

— Замуж? — удивлённо переспросил Лукас.

— Именно. Вспомни, с какой тоской Магдалина рассказывала, что мужчины не обращают внимания на таких, как она. Если мы оживим образы девушек и подчеркнём всё лучшее в их внешнем облике, есть большая вероятность, что они произведут фурор на вечере. Девочкам, сколько лет бы им ни было, хочется нравиться и очаровывать. И не мне говорить тебе, как важно в этом деле первое впечатление.

Лукас после моих слов побледнел.

— Марлен, — глухо проговорил он. — Ты серьёзно? Хочешь сказать, Магдалина считает себя некрасивой?

Теперь пришла моя очередь удивляться. Но ответила я вполне искренне:

— Поверь, я в корне с ней не согласна! Она прелесть!

— Вот именно! — всплеснул руками Лукас и поднялся со стула так порывисто, что тот с грохотом упал. — В своей жизни я не видел никого прекраснее, и если она пойдёт на бал искать себе мужа, моя жизнь закончится в тот же день.

У меня едва челюсть не отвисла. Так, значит, Лукас влюблён в Магдалину, которая стесняется своих ушей, формы носа и считает, что когда бог раздавал женщинам объёмные формы, ей не хватило. Воистину наш Лукас художник, и я восхищаюсь им, а особенно его умением отыскать красоту там, где другие её не видят.

— Ты говорил ей о своих чувствах? — осторожно спросила я его.

— Нет, что ты! Как можно? Мы ведь вместе работаем, пойдут слухи.

Я усмехнулась.

— Министр Фьезоло с тобой бы поспорил. В его идеальном мире мужья и жёны трудятся рука об руку хоть в литейном цеху, хоть на галантерейной фабрике.

Лукас нервно потёр ладонями волосы, развернулся и подошёл к окну.

— Нет, нет, я не могу, — проговорил он. — Все эти женщины, которые с ней работают, они так суровы и строги. Ей не простят. И мне кажется, у нас ничего не выйдет. Они не станут участвовать в затее с балом.