Мятежная вдова. Хозяйка швейной фабрики

Глава 48

Несмотря на волнение, Анжела хорошо исполняла свою роль. Даже когда мы подъехали к пристани, она подала мне руку, помогая выйти из экипажа.

Я залюбовалась видом вечерней набережной. Протянутые вдоль прибрежной линии ростральные колонны, освещали факелами округу. И света этого хватало, чтобы различать, куда ступаешь и кто идёт тебе навстречу. Но главное, можно было видеть корабли, которые выглядели будто бы ещё более величественными, когда от гладких бортов и собранных парусов отражались блики пламени.

— Вот этот корабль, — с жаром проговорила Анжела, указывая на судно, которое качалось у пристани, принимая на борт пассажиров. — Не могу поверить. Каких-то семь дней и мы с Горацио будем свободны! Марлен, я сойду с ума от волнения!

— Тише, дорогая, — зашептала я, оглядываясь. — Нас могут услышать.

— Пускай. Всё равно они ничего не знают. Ну, где же он?

Девушка в порыве нетерпения стала озираться по сторонам. Пришлось крепче прижаться к моему мнимому кавалеру, чтобы успокоить его, точнее, её.

— Наберись терпения. Ему сложнее, чем нам. Нужно выбраться из дому со всеми вещами, да так, чтобы матушка ничего не заподозрила.

— И то верно, — усмехнулась Анжела, но тут же вспыхнула. — А что, если у него не получилось?! Что, если его поймали?! О, Пресвятая! Нет, не верю!

— Всё будет хорошо, — сказала я как можно более твёрдо, хоть и сама до конца не верила в эту авантюру. — Лучше расскажи мне, что за человек этот дядюшка Горацио, к которому вы едете. Мне хотелось бы побольше знать о том, кому вверяю вас.

Мы прошли немного, и, остановившись в тени опустевшего навеса, оставленного портовыми торговцами, Анжела заговорила:

— Он такой добрый, этот Джером Галотт. В письме он пишет, что готов предоставить нам в полное распоряжение свой дом, потому что сам предпочитает жить за городом. Он как раз искал, кому бы доверить имущество, и очень вовремя получил письмо от Горацио.

— Очень вовремя, — повторила я скептически. — Насколько я помню, он ему ещё и с работой обещал помочь.

Нам пришлось умолкнуть, когда мимо прошли двое мужчин, неодобрительно косясь в нашу сторону.

— Верно! Работу даст! Представляешь?! Но что же это, Марлен? Где он? Я больше не выдержу!

Анжела уже кусала губы, терзая в руке скомканную перчатку.

Утомлённая паническими атаками взволнованной барышни, я приготовилась к новому потоку успокоительных речей, как вдруг заметила непривычное оживление возле причала.

Один за другим туда стягивались полицейские, а когда констебль пронзительно свистнул, я замерла.

— Судно арестовано! — прокричал человек с револьвером на поясе. — Всем оставаться на своих местах!

В суете среди снующих людей я пыталась различить, что происходит. Пассажиров задерживали прямо посреди трапа. Других — на палубе, проверяя документы и сверяясь с какими-то бумагами.

Я видела капитана корабля, который мерил шагами палубу и, слышала, как он, не выбирая слов, выражал недовольство происходящим.

Мы настороженно следили за событиями из своего укрытия, а когда полиция стала вылавливать прохожих и заламывать им руки, я вцепилась в плечо побледневшей девушки.

— Уходим, — шепнула я, таща её вглубь переулка.

— Нет, он там! Я не могу! Не могу!

— Анжела, нужно уходить. Кто-то вас сдал, и если мы сейчас же не вернёмся домой, тебя схватят, и больше ты уже никогда не выберешься из дома отца.

Несчастная скривилась, готовая разрыдаться. Но надо отдать ей должное, сдержалась и, развернувшись, покорно зашагала со мной к выходу с портовой линии.

Я боялась, что полиция оцепила всю округу, и уже не сомневалась, для чего всё это делается. Горацио наверняка пойман. И если выяснится, кто помогал этим двоим с побегом, мне несдобровать. Дафна точно не простит, что из-за меня чуть сына не потеряла.

Подав знак девушке вести себя тихо, я выглянула из переулка и махнула ей, чтобы шла следом.

Полиции по ту сторону не было. Но и расслабляться раньше времени не стоило. Я вообще не была уверена, что теперь мы будем в безопасности, и нас не ждёт засада по возвращении домой.

Анжела всхлипывала, обращая на себя внимание прохожих, а я всё сильнее ускоряла шаг, не зная, куда, собственно, иду. Мне негде больше было прятать девушку, и теперь только я остро осознала, что зря влезла со своей помощью. Нужно было сразу же вернуть беглянку семье, не соглашаться на сомнительную авантюру. Ведь в пути с молодой красивой девушкой могло произойти что угодно, и замужество со стариком показалось бы Анжеле раем.

— Тише, — успокаивала я её. — Сейчас отыщем какой-нибудь трактир и поселимся в нём под видом приезжих. Я мало здесь бывала, и никто не знает меня в лицо.

— А что потом? Что нам делать потом? — задала она дрожащим голосом вопрос, на который я не знала ответа.

— Будем действовать по обстоятельствам. Для начала я пойду искать Горацио. Когда что-нибудь выясню, вернусь и сообщу тебе.

Я посмотрела на неё. Было совсем темно. Но даже так я видела непроходящую бледность лица девушки. Анжела больше не плакала, осознавая своё положение. Едва заметно кивнув мне, она последовала в сторону ближайшего трактира, у дверей которого царило оживление.