Мятные пряники

17

Я проснулась позже всех. Меня никто тактично не будил, полагая, что будучи девушкой, я устала больше, чем они. Ну и пусть думают, главное, я выспалась! Выходить не спешила: причесалась, а пока распутывала волосы, думала об эльфах и о Юрии, успокаивая себя, что мои волосы средней длины – не самая большая проблема.

Далее было потеряно много времени на то, чтобы перекусить и свернуть лагерь, так что в результате продолжили пробираться к крестику на карте ближе к полудню.

Спустя шесть часов, вампир предложил устроить привал, и Юрий с Тимой были с ним солидарны в этом вопросе. Я глянула на Лиса, ожидая, что скажет он, поскольку сама не могла решить, важным ли покажется их спутникам информация о ночных пловцах и стоит ли её озвучивать. Кажется, мужчина верно истолковал мой взгляд.

- Вчера ночью флакнорсы пересекли озеро, нам надо идти, не сбавляя шаг, чтобы опередить их! – высказался против привала Лисмус.

- Это ты сейчас придумал или как? – буркнул Ивар, недовольно посмотрев на своего давнего врага.

- Нет, он не придумал! - справедливости ради я поддержала Лиса.

- Хм, - пристально посмотрел на меня вампир. - Ты уже его защищаешь?

Я вздохнула: чего ещё от Ивара можно было бы ожидать?

- Мы вместе их видели, – пояснила я. – Непонятные существа, но плавают отменно... - я прикусила язык под взглядом угольно-чёрных глаз, издевательски глядящих на меня.

- Стесняюсь переспросить, - удивлённо начал вампир. – Вы ночью были вместе у озера?

Ну вот, теперь этим вопросом заинтересовался и Юрий, вон как смотрит своими пронзительными голубыми глазищами... А всё из-за нахального вампира!

- Ивар! Почему всегда, когда тебе говорят важную информацию, ты переспрашиваешь какую-то ерунду и не слышишь самой сути? – возмутилась я.

- Если ты намекаешь на то, что я не обсудил с тобой твою гипотезу про момент времени исполнения заветных мечтаний, то знай, я долго об этом думал! - угадал мой тонкий намёк вампир, и добавил: - А вот с Лисмусом ты поаккуратней.

Я фыркнула и прибавила шаг. На привал не было времени.

- Ты же понимаешь, что у тебя нет шансов? – тихо осведомился вампир у Лиса, но тот только вздохнул:

- Какой ты нудный, ещё нуднее меня! Мы просто хотели сказать, что флакнорсы дышат нам в спину и не стоит делать лишние привалы, – и он тоже прибавил шаг, однако предпочёл идти немного поодаль от меня, не знаю, почему, наверно, не хотел нервировать Доктора.

Юрий окончательно добил хорошее настроение вампира словами:

- Не надо было уговаривать меня брать его с собой. Теперь не лезь к нему, раз уж пошли все вместе.

Только Тимофей ничего не сказал: ему не было никакого дела до чужих взаимоотношений, он просто шёл и глазел по сторонам. Ивар решил пойти рядом с ним, и не прогадал – в минуты злости или уныния такие невозмутимые флегматики, как Тима, были лучшими собеседниками.

***

К вечеру пришлось признать, что привал необходим. Так же было решено, что костёр должен полыхать всю ночь, чтобы флакнорсы не могли приблизиться. Однако дров, как это обычно бывает в подобных ситуациях, не хватило даже на первое время. Вампир был полон сил, будто и вовсе не устал, а потому вызвался сходить за новым запасом дров. Лисмус хотел предложить свою помощь, но одного взгляда чёрных неприветливых глаз было достаточно, чтобы передумать. Кажется, Лиса не очень-то обижало, что с ним не стремятся общаться, хотя мне показалось, он искренне хотел помочь. Да и у озера он был очень мил... Надо прекратить думать о нём и тайком смотреть в его лицо.

Ивар и Тима ушли за дровами. Я смотрела на тлеющие угольки костра и думала о том, что они очень похожи на вид сверху какого-то огромного ночного города, в котором ездят поезда, снуют машины и светят фонари вдоль дорог. Я даже начала придумывать стихи на эту тему:

Угли нашего костра словно город с вершины,

Ходят в нём поезда и сигналят машины…

Но развиться моему неожиданно проснувшемуся поэтическому таланту не позволил тихий голос доктора:

- Та девушка, что поцеловала тебя при пожаре – она тебе кто? – мягко спросил доктор у Лиса, хоть и не любил никогда лезть в душу людям, особенно мало знакомым, но он никак не мог понять увиденного тогда, и потому всё-таки задал интересовавший его вопрос.

Лисмус не был удивлён вопросом, хоть и ждал его от другого человека. Он ответил спокойно и честно:

- Она моя девушка…была… в моём подпространстве, но перейдя в это, она стала свободна. Теперь у неё своя жизнь. Если тебе непонятен поцелуй, то считай, это дань прошлому, ведь ни она, ни я, так и не нашли себе кого-то другого.

Я глянула на него и с удивлением обнаружила его взгляд на себе. Он это мне, что ли, говорил? Так мне, вроде как, всё равно, с кем он там целовался... Хотя нет, если подумать, то не всё равно, потому что говорить о том, как его бросили с таким умиротворённым выражение лица просто немыслимо! Ещё и смотрит на меня!

- Ты так спокойно об этом говоришь? – удивилась я, продолжая изучать угли и сожалея о упущенном вдохновении.

- Ну да. Даже если бы мы с ней были вместе в этом измерении, сейчас она всё равно была бы свободна – я же сгорел, не так ли? – краем глаза я увидела, что он улыбнулся, и улыбка эта не была фальшивой, отчего Юрий задал новый вопрос:

- Слушай, Лис, у вас нет понятия о трауре?

- В смысле? – не очень понял, о чём его спрашивают Лисмус.

- Ну это когда кто-то умирает или ты с кем-то расстаёшься, и потом какое-то время тебе плохо, и ты ещё не считаешь себя свободным? - подробно пояснил Доктор.

Ну и чего он так наседает на Лиса с расспросами? Хочет разобраться, могло ли у него быть будущее с той девушкой из семёрки, про которую мне говорил вампир? Я нахмурилась: зачем он травит душу Лису? Или не травит, и Лису и вправду всё равно? Судя по его улыбке, всё же второе.

- Нет, у нас такого нет, – покачал головой мужчина в ответ на вопрос Юрия и прикоснулся к своему шраму. - Если я умер, то неважно сколько прошло времени после этого – день или год – мертвее я не стану. Совершенно глупо другому человеку терять время из-за утраты. Либо ты есть рядом и ты нужен, либо тебя нет рядом – значит, без тебя можно обойтись, и стоит поискать того, кто будет с тобой и кто станет необходим. Это логично, – он попытался заглянуть в глаза собеседника, но тот уже не смотрел на него, а тоже изучал тлеющие угли, словно пытаясь увидеть в них то, что так долго рассматривала я.