Мыльная (космо)опера

Глава 19

Выслушав меня, все трое по очереди обменялись между собой взглядами, в которых по-прежнему не было никаких эмоций.

Может быть, они вовсе не люди, а андроиды? – закралось подозрение в мои мысли. – Если это так, тогда они, наверное, представляют новейшее поколение синтетов. Уж очень они... как бы правильно выразиться? – гуманоидны...

- Мия, – продолжил мэтр Артембар, – нам стало известно, что Магистр привлёк тебя к своим секретным исследованиям. Знала ты или нет, но официально он не имел права посвящать тебя в свою работу. Пусть ты и считаешься его лучшей ученицей, тем не менее в настоящее время ты – всего лишь студентка в Академии Здоровья и Гигиены. То, что мэтр Саунони пренебрёг правилами Гильдии, недопустимо и возмутительно...

- Это правда, – поддержал старика рыжебородый, – Магистр хранил в тайне всё, что имело отношение к его последним исследованиям. Он лично руководил этим проектом. Поэтому нас, членов Совета, удивила информация о том, что ты принимаешь в нём непосредственное участие.

- Послушайте, – я решила снова взять слово, – какими бы секретными ни были исследования Магистра, у вас нет причины беспокоиться о том, что с моей стороны произойдёт... эм-м... утечка информации. Как я уже сказала, последствием моей реакции на убийство Магистра явилась полная потеря памяти. На самом деле, мне нечего скрывать ни от вас, ни от Ордена Правопорядка. Просто потому, что я ни-че-го не помню!

После моего чистосердечного признания члены Совета снова обменялись между собой взглядами. В этот раз в них промелькнули кое-какие эмоции: недоумение, смешанное с недоверием и даже подозрительностью. Я облегчённо выдохнула, убедившись в том, что имею дело всё-таки с людьми, а не с андроидами. Хотя, исходя из моего опыта общения с Ласом, синтеты были вполне дружелюбными и всесторонне развитыми созданиями, и находиться в их компании было не менее интересно, чем в компании людей. А может быть, в чём-то даже приятнее и безопаснее. По крайней мере, роботы вряд ли запрограммированы на подлость, коварство и лицемерие.

- Мия, – снова заговорил мэтр Артембар, – я надеюсь, ты с полной ответственностью относишься к своему заявлению. Потому что всё, что связано с научными разработками магистра Саунони, должно сохраняться в абсолютной секретности. За малейшее же упоминание его опытов вне Совета Гильдии предусмотрено наказание в виде заключения в самой ужасной тюрьме Гортины – на Ржавых Солончаках.

- Да, господин Отан уже поставил меня в известность, – отозвалась я со вздохом.

И сочла уместным прибавить:

- Он также предупредил меня, что, если вдруг произойдёт что-то экстраординарное, я тотчас же должна буду уведомить его об этом. Похоже, Орден Правопорядка заинтересован в экспериментах Магистра не меньше, чем Гильдия мыловаров.

- Что значит: экстраординарное? – спросил, заметно напрягшись, чернобородый коллега мэтра Артембара.

- Полагаю, что под этим словом господин Отан подразумевал пропажу важных документов или записей опытов, которые проводил Великий магистр, – сказала я, наблюдая за тем, какую реакцию вызовет у членов Совета мой ответ.

- А они пропали? – едва ли не в один голос вопросили все трое с одинаковым выражением испуга на лицах.

Я решила не церемониться – и огорошила их прямым и беспощадным заявлением:

- Все записи Магистра украдены из его рабочего кабинета и мастерской в загородном доме в Амниссе.

Моё признание произвело на присутствующих эффект разорвавшейся бомбы. Мэтр Артембар и его бородатые коллеги были потрясены до такой степени, что долгое время сидели молча и неподвижно, словно мгновенно превратились в каменные изваяния.

Мне стало их так жалко, что захотелось хоть как-то утешить: что, мол, не всё так безнадёжно и что есть ещё шанс разузнать об опытах Магистра, отправившись на Маллию.

Я уже собиралась рассказать членам Совета об обнаруженном мною билете на космический корабль, который господин Саунони приобрёл незадолго до своей смерти, но внезапно передумала. Что-то удержало меня от откровенности с незнакомыми мне людьми. Промелькнула мысль о том, что любой из них мог оказаться тем самым завистливым злопыхателем, который совершил убийство ради присвоения себе чужой славы. Ведь где, как не в одном, «родном» коллективе, пышным цветом цветёт один из самых гнусных человеческих пороков – зависть к чужому успеху или таланту?

И тут, словно в подтверждение моим подозрениям и опасениям, прозвучало следующее:

- Через несколько дней мы будем выбирать нового Великого магистра Гильдии мыловаров, – заявил мэтр Артембар, первым подав голос после затянувшегося молчания. – По старинной традиции ритуал совершится здесь же, в стенах нашего Дворца. Для сохранения тайны голосования имена претендентов появятся в списке непосредственно в день выборов.

После этих слов мэтр многозначительно взглянул на меня и прибавил:

- Мия, согласно права преемственности, ты должна присутствовать на выборах в качестве ученицы магистра Саунони. В противном случае, твоя неявка будет истолкована Советом как отказ претендовать на титул твоего наставника.

Теперь пришёл мой черёд впасть в ступор от услышанного.

Во-первых, полной неожиданностью для меня явился тот факт, что у воспитанницы и лучшей ученицы главного мыловара Гортины есть право претендовать на его высокий пост. На его почётный и глубокоуважаемый всеми жителями планеты титул. На все его привилегии в гортинском обществе.

Во-вторых, передо мной вставал довольно-таки непростой выбор. Либо я в стремлении доказать свою непричастность к убийству господина Саунони хватаюсь за любую зацепку и отправляюсь искать истину на Маллию. Либо в угоду своим амбициям остаюсь на Гортине, чтобы вписать имя Мии в список претендентов на место Великого магистра Гильдии мыловаров.

В первом случае речь шла о репутации Мии (и моей, естественно, тоже) и возможности раскрыть мотивы настоящего убийцы. Во втором же мне предоставлялась попытка победить на выборах.