Мыльное дело попаданки

Глава 5

Для поездки в город Даунтон впрягает своего коня (единственного в поместье) в двуколку.

Трясёт этот транспорт немилосердно, поскольку никаких ровных асфальтированных дорог в нашей глуши нет. Но тут уж без вариантов.

Наш путь лежит как раз через две принадлежащие нашей семье деревеньки. Обветшалые заборы, многие дома полуразрушены – общее ощущение запустения не оживляет даже лай собак и дым из печных труб. Крестьяне при виде двуколки кланяются и разгибаются только после того, как мы проезжаем мимо.

Увиденное расстраивает.

– А почему дома и заборы до сих пор не починили? – уточняю я у Даунтона. – Война ведь уже закончилась.

Он пожимает плечами:

– Так не до того было. Спешно убирали урожай, дрова заготавливали. Вы не подумайте, старосты – хорошие управленцы. Только работы в деревеньках много, а мужиков мало. По сути, освобождение от налогов в этом году было формальностью, им и без того зимой придётся сложно.

– Всё настолько плохо?

– Да. Вы же видите, народа на улицах почти нет. Все на реке сидят, надеются хоть что-то успеть наловить до наступления холодов. Ваш папенька хотел ссуду в банке взять, в том числе и для того, чтобы крестьянам помочь. Скот там закупить, зерно и прочее необходимое. Но не успел.

– Понятно…

Новости удручают.

Небольшой город, в который мы въезжаем, обнесён крепостной стеной. Здесь тоже чувствуется след войны: в разрушенных домах, людях в обносках, магазинах с заколоченными окнами. Но мусора на улицах нет, да и неприятных запахов тоже.

Здание почты выглядит нуждающимся в ремонте: на фасаде змеятся трещины, а ступени крыльца надсадно скрипят под ногами. Служащий, пожилой седоволосый мужчина, узнав о цели нашего визита, вручает два письма.

Автор первого – жена друга моего отца, сообщает, что её муж скончался. И она бы и рада помочь, вот только они с детьми сами находятся в бедственном положении. Автор второго письма жив, но из его витиеватых заверений в дружбе и желании помочь ясно, что помочь он может лишь словами. Даю прочитать письма Даунтону, после чего уточняю:

– А без поручителей нам ссуду не дадут?

– Нет, – огорчённо вздыхает он. – Как же так? Ваш папенька разослал более двадцати писем!

То, что друзья отца оказались не такими уж друзьями, это печально, но сейчас есть вопрос поважнее:

– А не получится взять ссуду в залог поместья?

– Никто на такое не пойдёт. Поместье прилагается к титулу, и продать его нельзя.

– Ладно, – притворно бодро произношу я. – Раз ссуды не будет, давайте попробуем продать подсвечники. Как думаете, где лучше это сделать?

– Тут за углом ломбард. Граф в прошлый раз именно туда ездил.

Спустя полчаса ожесточённого торга становлюсь обладательницей двадцати серебряных монет, и мы отправляемся на рынок.

Блеют козы, кудахчут куры; зазывалы приглашают купить пироги, самого лучшего мёда или осмотреть диковинные ткани из дальних стран. Запахи вызывают слюноотделение. Вот только цены кусаются. После того как берём муку, картошку, морковку, лук, редьку, крупы, мёд, сало и копчёное мясо, остаётся всего две серебряные монеты. Купленных запасов на шесть человек на всю зиму хватит едва ли, но какое-то время протянем. Сдаваться я в любом случае не собираюсь.

В хозяйственной лавке внимательно осматриваю выставленные товары. Наряду со свечами, веревками, гвоздями и другой полезной бытовой мелочью здесь есть мыло двух видов: порошок мыльного корня и жидкое. И если за мыльный корень просят пару медяшек, то за обычное жидкое мыло нужно выложить две серебряные монеты. Порасспрашивав хозяина лавки, я, к своей радости, прихожу к выводу, что нормального кускового туалетного мыла по доступной цене здесь не найти – похоже, местные пока не научились изготавливать его из жира. Думаю, моё мыло придётся к месту.

Когда загружаем товары в двуколку, остаётся так мало свободного места, что приходится делить сиденье с мешком картошки.

У дома нас встречает нянюшка Биана:

– Госпожа, к вам пожаловал гонец от Его Величества. Поспешите!

– Конечно.

Королевский посланец ожидает нас в холле. На нём новенькая одежда, которая очень резко контрастирует со всей остальной обстановкой комнаты, словно подчёркивая её обшарпанность.

Здороваюсь:

– Добрый день. Я графиня Тамира Элтортон, хозяйка этого поместья.

Гонец почтительно кланяется и протягивает мне большой деревянный ларец:

– Наше Величество, король Хэлвор славного королевства Линдарии передаёт вам своё высочайшее распоряжение.

– Благодарю.

Беру в руки ларец и едва не роняю – слишком уж он тяжёлый. Даунтон вовремя подскакивает и помогает удержать. Слышим громкий щелчок, а потом крышка ларя приоткрывается.

– Засим позвольте откланяться, – гонец склоняет голову.

– Может быть, вас покормить? – уточняет Даунтон.

– Не нужно, – качает головой тот. – Всего доброго, – и уходит.