Мышка-Наружка: Как я в сказку попала да мышкою стала

3. Люди ссорятся, а Кощей кормится

В сказках меня всегда возмущало, что герои, эти дураки, да царевичи, ничего сами сделать не могут – вечно им помогают все, кто попало. Хоть бы раз сказочный герой побыл бы мужиком! Взял, да и решил проблему самостоятельно, без помощи со стороны, без нытья и «свешивания буйной головушки».

Какая же я была глупая! Сейчас, когда и богатырь, и Кощей в едином порыве шагнули ко мне, собираясь уж точно не обниматься, я мысленно взмолилась в надежде, что хоть один из них меня послушает. Но, пожалуй, самое время просыпаться. Я даже стала щипать себя за руку, надеясь, что тело возмутится. Однако почему-то ничего не происходило...

Богатырь двигался быстрее, а Кощей чуть отстал. Взгляд бездушных глаз сместился с меня на богатыря, а узкие серые губы тронула злобная усмешка. Кощей начал поднимать меч. Я ещё успела заметить, как странно чернявка сощурилась, прежде чем закричала, вскинув руки:

– Обернись!

С моих ладоней сорвалась золотистая искра и влетела прямо в грудь богатырю, отбрасывая его на камни. Снова запахло палёным. Кощей от неожиданности не успел среагировать и проморгал возможность сразить своего врага. Чернявка, взвизгнув, бросилась помогать богатырю. Вот же змеюка двуличная! А я...

Я с вытаращенными глазами смотрела на свои пылающие от жгучей боли руки. Мало того, что во сне я тут какой-то магией владею, так ещё и сон-то... и не сон вовсе! Когда спишь – тебе не больно, да и рук чаще всего не видно. А я могла рассмотреть каждую линию, и каждый свеженький волдырь на ладонях. Так что же это? Галлюцинации?

– Долго ты мне мешать собираешься? – прорычал Кощей, снова наступая на меня. Видимо, уже недолго...

Вскинув голову, я прочитала в его глазах свою смерть. И вот тут я уже по-настоящему испугалась! Спина вмиг взмокла, ноги приросли к полу, живот скрутило так, что меня едва не вывернула наизнанку прямо тут. Как же страшно! Никогда не думала, костлявая с косой – это Кощей с мечом на перевес.

– Обернись и сражайся, – потребовал богатырь. Он уже откровенно едва стоял на ногах, но упорно не сдавался. Крови вроде нигде не было видно, однако богатырь, весь покрытый испариной, тяжело дышал и держался за широкую грудь – как раз туда, куда прилетела моя искра. Вторая рука, сжимающая меч побелевшими пальцами, уже дрожала. Долго он не выстоит... Сердце сжалось от сопереживания.

– А если я не обернусь – в спину ударишь? – ехидно уточнил у него Бессмертный, глядя мне в глаза. Знал же, скелетяра треклятая, что наши люди – честные и бесхитростные!

– Я не жду момента, чтобы сподличать, как ты, – ответил богатырь. Неожиданно он посмотрел на меня и с презрением добавил: – Или твоя сподручная.

Неожиданно для себя я разозлилась – дважды пыталась спасти этого Ивана-дурака, надеялась, что он пришёл за мной, но тут, оказывается, у него и невеста есть, а я ещё и во всём виновата! Да что б я ещё ему хоть словом, хоть делом помогла!

– Ну ты дурак, даром, что добрый молодец! – брякнула я, с обиженным видом скрестив руки на груди. Богатырь и без того хмурый, сурово сдвинул брови. У меня внутри всё опустилось – будто в солнечный и светлый день солнышко закрыло грозовыми тучами, несущими с собой бурю и плохие вести. А сейчас ещё и дождь ливанёт. Правда из моих глаз, но это уже не важно...

И тут во взгляде Кощея зажглось триумфальное торжество, словно, он услышал то, что так давно хотел. Я насторожилась. Не к этому ли всё шло? Он хотел нас с богатырём рассорить, и я ему старательно помогаю?

Кощей, оставив разборки со мной на потом, обернулся к богатырю. Зазвенела сталь, заохала чернявка, старательно меня игнорирующая. Ну и пусть у них много детей будет! Мне-то что делать? Как выпутаться отсюда, да домой к внукам вернуться? Я ж даже не знаю, где и как попала сюда, тем более, в это тело... А моё тогда где?

Слёзы всё-таки побежали, я закрыла лицо ладонями. От обиды ком встал в горле и сердце заболело, даже дышать стало тяжело. Вот за что мне это? Всю жизнь прожила, стараясь не делать людям зла, детей растила, чтобы и они помогали другим, но не в ущерб себе и семье, как я. Ни одного врага не было, друзей зато много. И все всегда были готовы прийти на выручку! Я верила, что от добра только добро и приходит. А тут...

Я отняла руки от лица и сжала их в кулаки. Пусть их! Сбегу, пока они там так заняты друг другом. Как-то же все четверо сюда попали? Значит, и выйти можно. Плохо, конечно, что так темно и стены каменные – совсем не дают никакого света, но хотя бы зрение у этой красавицы было лучше моего. Я бы без очков и своих ладоней уже не рассмотрела бы...

Тяжело вздохнув и вытерев слёзы рукавом, я пошла подальше от этих мальчишек, играющих в войнушки. Я ощупывала стены в поисках какой-то двери. Боль и жжение в ладонях уходили от соприкосновения с ледяным камнем. Это было насколько приятно, что я невольно увлеклась, позабыв о том, чем вообще занималась.

В себя я пришла, едва не упав, когда-таки удалось нащупать проход. Оттуда веяло холодом, но ещё и свежим воздухом, поэтому я даже не сомневалась, что смогу выйти на улицу. Сердце затрепетало от предвкушения. Скоро я увижу своих внучков! Надеюсь, они не успели меня потерять.

Я сделала шаг в этот проход, выставив перед собой руки, и резко замерла, потому что сзади раздался вскрик богатыря и визг чернявки.