Мысли кота эльфийки

Сборы

Я снова забрал купальник Эллы из чемодана и под грозный взгляд хозяйки помчался на чердак. По лестницам я бегаю быстрее, поэтому ей приходится подниматься за мной, чтобы отобрать у меня нужную вещь.

Уезжать я катастрофически не хотел, даже на два дня, внутри меня всё горело и не хотело ехать. Чувствовал я, что что-то пойдет не так, что-то будет.

А хозяйка думает, что я хочу с ней играть.

— Грег! — злобно крикнула она уже на втором этаже. Я к этому времени сидел на чердаке и ждал ее. — Прекрати эти глупости! Я должна собраться! Мартий скоро приедет, а я до сих пор не готова.

Элла медленно стала подниматься на чердак.

— Что это за бунт? Что за хулиганство? Почему не слушаешься? — возмущалась хозяйка только для вида, ей явно не хотелось меня ругать и портить себе настроение.

Она поднялась полностью, аккуратно разжала мою челюсть и забрала купальник. Элла медленно пошла вниз, я же рванул из последних сил за ней в надежде, что доберусь до чемодана первый.

— Нет! — крикнула она, запыхавшись, когда я ее обогнал, и помчалась следом за мной. Я же с разбега плюхнулся в чемодан и придавил все ее вещи так, чтобы хозяйка не смогла больше ничего положить.

— Грег! — устало сказала она, подходя ко мне. Элла быстро подняла меня из чемодана, положила купальник, пару вещей и тут же его закрыла. — Нам надо еще тебя собирать. Иди, выбирай, какие игрушки понесешь с собой.

Я склонил голову набок и остался сидеть на том самом месте, где хозяйка меня поставила. Я не очень понял, зачем мне собирать свои вещи, если там есть поле и мыши.

— Хорошо, я сама соберу тебя, — она поспешно подошла к дивану, присела на корточки и засунула руку в щель, — возьмем мячики, — Элла достала ее из моего укрытия два мячика.

Она снова начала рыскать по моим вещам, и у меня глаза наполнились слезами. Она так ужасно пользуется моей добротой и разоряет мое любимое место, я же их потом не найду!

— Хватит, — сказал я и спрыгнул к ней, Элла явно не поняла меня и достала еще и мышь. Мою самую любимую розовую мышь!

Взяла все игрушки и, встав с колен, положила в мешочек, прикрепленный к чемодану. То, что он прикреплен, я уже знаю. Эту вещь я первую захотел унести.

— Осталось только одеть тебя, — и Элла не ушла как в первый раз, за той штукой, а достала ее из под чемодана, видимо, специально спрятала ее.

Я не успел убежать и спрятаться, хозяйка поймала меня с молниеносной скоростью и поставила на чемодан, придерживая, чтобы не убежал.

Я сопротивлялся, как мог, но у нее всё равно получилось надеть на меня эту штуку, защелкнуть что-то на спине и отступить удовлетворенной.

— Буду жаловаться, — буркнул я, а она улыбнулась.

— Я тоже тебя люблю, — произнесла Элла, а я так и не понял, что общего между моей и ее фразой.