N A R C I S S U S

Глава 4.

— Скажите, руководитель, вам когда-нибудь казалось, что сердце постепенно превращается в тряпичное изделие, а бабочки в животе стараются выбраться наружу.

Сидя напротив меня, Ребекка пережевывала шоколадные конфеты, подаренные за хорошую работу пациентами, и задумчиво рассматривала потолок. День выдался действительно тяжёлым. Операция за операцией и ни я, ни Бек были не в состоянии оторвать зад от мягких кресел комнаты отдыха.

— Это всего лишь орган, отвечающий за кровообращение. А ваши, так называемые, бабочки всего навсего момент, когда кровь отливает от пищеварительной системы к мышцам. И вам, доктор Вебер, стоит это знать. Не первый год работаете.

Она гневно взглянула на меня, забрасывая в рот очередную конфету. Мои нравоучения, как обычно, были лишь поводом для того, чтобы не продолжать дурацкие темы. Но, доктор Вебер, этого не понимала. Заправив за уши выбившиеся пряди волос, она встала с кресла, показав мне язык и приблизилась к чайнику.

  — А ещё я, видимо, забыла. Что мой руководитель —  педантичный ублюдок. 

Фыркнув, она заварила себе чай и вновь уселась напротив меня, в этот раз игнорируя мои взгляды, каждый раз отводя глаза и хлюпая чаем. Её слова заставили меня усмехнуться. Педантичный ублюдок. Неужели. В прошлый раз её фантазии хватило лишь на говнюка с моралистичной натурой. Но, привыкнув к оскорблениям ещё с детства, я научился игнорировать любые негативные высказывания в свой адрес. А уж тем более, нападки Бек, которые были обычным делом, ну, как сходить в туалет что ли. 

  — Бек, сегодня ты остаёшься на ночное дежурство.

Встав, я направился к кофе-машине, игнорируя вытянутое от удивления лицо Вебер. Доктор, недовольно нахмурившись, вновь поправила причёску и, сделав жадные глоток чая, направила на меня испепеляющий взгляд. 

  — Май, а если я заберу все свои слова назад, то смогу пойти сегодня домой? — через пару минут всё же спросила она. 

Я тихо улыбнулся, беззаботно пожимая плечами. Сказать по правде, сегодня действительно очередь Бек заступать на ночное дежурство, но я решил переиграть ситуацию в свою пользу. Нельзя было сказать, что я пользовался своим положением,хоть со стороны это выглядело именно так. Бек снова нахмурилась, явно недовольная моим поведением, хватаясь за очередную конфету. Я хотел пошутит что-то про избыточный вес, но в палату вошла Джулия. Она грозно пыхтела, словно мопс после долгой прогулки, и шепча рассматривала документы. При виде меня, медсестра расплылась в улыбке, дружелюбно помахав, но при виде Бек она тут же стёрла улыбку с лица, отводя взгляд. Доктора ни сколько не удивил этот перепад настроения— Вебер продолжила чаепитие.  

  — О чём болтали? — закончив с изучением документов, спросила Джули.

  — Ни о чём, — достаточно резко ответила Бек, делая глоток. Но у меня были свои варианты.

 —  Доктор Вебер назвала меня педантичным ублюдком...—  изобразив на лице боль и отчаяние, я наблюдал, как рожица Джули меняется до неузнаваемости, а Бек уже злобно испепеляла меня глазами и вот-вот была готова швырнуть кружкой, целясь в голову.  

Медсестра встала по стойке "смирно" и расставила руки по бокам, оттопырив локти. 

 — Ребекка, что вы себе позволяете? Доктор не должен так себя вести по отношению к коллеге. 

Джулия никогда не следила за словами и всегда считала себя знающей всё. По этому, я довольно улыбнулся, замечая, как Бек краснеет от злости, и удобно облокотился на спинку стула. Для полного счастья мне не хватает чипсов, отметил я про себя. 

 — Тогда я просто могу послать тебя, Джулия? Ты, вроде как, мне не коллега. 

Устало склонив голову на бок, девушка раздраженно принялась рассматривать медсестру и наблюдать, как она в растерянности смотрит на своего агрессора. Хотя, я бы мог ещё поспорить, кто из них является настоящим агрессором. А после, переведя взгляд с рыжеволосой проблемы на меня, хитро прищурилась, ощущая, как проигрывает мне со счётом 1:0. Высокомерия этой особе не занимать. Бек гордо вскинула подбородок, заглядывая своей жертве в глаза и самодовольно ухмыльнулась, забрасывая ногу за ногу. 

В такие моменты, когда воздух накаляется, а две особи женского пола готовы метать друг в друга молнии, мне становится действительно интересно наблюдать за скрытыми чувствами человека. Те эмоции, который ни один из них не показывает на публике. Они просто становятся сами собой и мне это нравится. Они— настоящие.

Вебер встала с кресла, забывая напрочь о существовании Джулии и направилась к выходу, попутно оставляя стакан на журнальном столике. Но, застыв на месте возле самой двери, развернулась, заглядывая мне в глаза. 

  — Май, —  словно моё имя было каким-то проклятием, тихо произнесла она.— По расписанию у нас обход. Иди, пациенты ждут.

Устало вздохнув, Бек скрылась с поля зрения, оставив меня с разъяренной Джули. Женщина переминалась с ноги на ногу, нервно теребя край бумаги. 

Щёки медсестры вспыхнули, словно от простуды и дыхание вновь сбилось, мешая ей ровно дышать.

  — Она даже неформально с вами разговаривает, — с презрением сказала Джулия.— Это не нормально, доктор Виксен. Это не нормально.  

После обеда я встретился с Ребеккой. Она, сведя брови вместе и слегка сморщив нос, прошла мимо меня, задев плечом. Обернувшись и высокомерно вздернув подбородок, доктор направилась к своим пациентам, оставив меня в замешательстве. Как ребёнок, честное слово, с лёгкой улыбкой подумал я, и медленно пошагал к излюбленному пациенту. 

Чарльз держал над головой книгу и проговаривал каждое слово. Латынь действительно очень важна в медицине. Я провел не мало времени, прячась в подсобке, изучая этот достаточно странный язык. Возле парнишки, на столе, были разложены таблетки, оставленные Джулией.