На 11 миль южнее

9. “Миля #6 — Алиса”

Пикселезированный синий экран магнитолы мигнул, на секунду погаснув, и снова включился, заговорив чьим-то смешанным с помехами голосом:

Пш… пш-пшшш… Алисонька…

Алисе показалось, что она ослышалась. Она замерла, до онемения впившись пальцами в сиденье под собой и вся словно обратилась в слух.

Между тем, радиосигнал стал четче и голос, прежде едва различимый между помех, стал отчетливо мужским… смутно узнаваемым из-за плохой проводимости сигнала, но точно знакомым. Если не сказать больше — родным.

…Алиса… возьми трубку, дочка… — тихо, отчаянно причитал голос из приемника, — пожалуйста… Почему ты не берешь трубку?

Не став ждать продолжения, Анна быстро нажала на кнопку отключения магнитолы.

— Нет, постойте! — воскликнула Алиса и схватила ее за руки, попытавшись остановить.

В ответ Анна со злостью оттолкнула ее себя, на мгновение выпустив руль из рук.

Машина опасно увернулась от летевшего ей навстречу дерева буквально в последний момент.

— Да что ты творишь?

— Там голос… — болезненно всхлипнула Алиса, снова готовая ринуться в бой, если Анна только посмеет коснуться магнитолы!

В этот момент машину резко обступила тьма.

Алиса испуганно взвизгнула и закрыла лицо руками, решив, что они все-таки во что-то врезались, но очень скоро поняла, что это было не так.

Когда она наконец решилась открыть глаза, то увидела, что кукурузное поле снова сменилось густой лесной чащей. И как же она раньше не заметила впереди лес?

Анна внимательно, но уже без злости, посмотрела на Алису, а потом обернулась назад, к мальчишкам. Наверно проверяла, все ли в порядке.

— Вы же говорили, она сломана. Разве нет? — осторожно спросил Дима, переводя взгляд с приборной панели на Анну и обратно.

— Да. Сломана. Наверно поэтому случайно поймала какую-то любительскую радиостанцию…

Неожиданно, словно от перебоя напряжения, в салоне машины на мгновение включились и выключились все лампочки. Мигнул и свет фар, заставив всех в напряжении уставиться вперед, на дорогу. Алиса снова зажмурилась, боясь самого страшного, но вместо удара и криков за миганием света снова последовал голос из динамиков:

Пшш… Пшшш… Алиса… За что ты так со мной?… Я ведь за тобой поехал… Если бы ты только взяла трубку… Если бы ты только ответила мне, я бы остался жив… Это всё ты! — полный ярости и отчаянья голос взорвал динамики и его слова одно за другим ножами стали входить девушке в сердце, — ...пшшш… Я же все для тебя делал! А тебе было стыдно за отца? За то что такой не модный? За то что старый и не как у всех? Алиса, я ведь тормоза в машине не починил, потому что ты захотела новый телефон! Это все из-за тебя! Из-за тебя, Алиса!

— Пожалуйста, — всхлипнула девушка и зажала руками уши, глядя то на магнитолу, то на Анну, — вы можете заставить это прекратиться? Я не могу это слушать…

Трясущейся рукой Анна снова нажала кнопку выключения, но та не сработала. Магнитола продолжала транслировать в салон этот страшный эфир:

Ты ведь хотела этого, да? Хотела, чтобы я умер? Чтобы больше… не доставал своими нравоучениями? Чтобы не приставал с учебой и не запрещал встречаться с мальчиками?

— Кто это? — Растерянно спросил Костя и девушка сильно зажмурилась, почувствовав, как он вцепился пальцами в ее сиденье. — Что это вообще такое?

А голос все не унимался, все продолжал и продолжал обвинять ее… Алиса снова и снова тщетно уговаривала себя, что он не прав… что кто бы сейчас не говорил с ней голосом ее отца, он все врет, ведь она любила папу! А трубку она не взяла, потому что была в душе! И она никогда, никогда-никогда не стыдилась его ни в чем!

Услышав, как Анна зарычала и принялась хаотично нажимать на все кнопки подряд, Алиса с надеждой посмотрела на нее и принялась помогать.

— Не слушайте его! Заткните уши! Это все не правда! Черт! Заткнись! Заткни-ись!

От себя не уйдешь, доченька… такой ты выросла да? Такой стала? Меркантильная, мерзкая, самовлюбленная дрянь!

— Ах…

Машина резко дернулась и быстро набирая скорость помчалась вперед по темной дороге через густой лес — любой резкий поворот, препятствие, невесть откуда выбежавшее на дорогу животное и они разбились бы насмерть…

— Это… это не может быть по-настоящему… правда? Пожалуйста, скажите же, что это ваш сраный розыгрыш?! — на весь салон заорал Дима.

Мы встретимся, дочка… мы еще обязательно встретимся… и ты ответишь за все! Ты, за все мне ответишь, тварь!

Алиса хотела закричать, что это не ее папа. Что этот злой, жестокий человек, который сейчас притворялся им, каким-то образом вещая через их приемник — настоящий лжец, ведь он просто не может знать, как все было на самом деле! Но Анна опередила ее. Закричав с такой злостью, яростью, словно мать защищающая своего ребенка от хищника:

— Не смей, урод, слышишь?! Я не позволю! Только через мой труп!

Я вспорю тебе пузо и выну все кишки! Размотаю их по грязной дороге и заставлю тебя смотреть, как они пульсируют на асфальте! Также, как я смотрел… да, тебе будет также больно, как мне, когда ты убила меня своим безразличием и чванливым эгоизмом!

— Нет! Хватит! С меня хватит этого дерьма!

Истошно закричал Дима и, отстегнув ремень безопасности, в одно мгновение оказался между передними сиденьями, после чего схватился за приборную панель и начал с остервенением вырывать магнитолу из гнезда.

Алиса смотрела на него, впав в ступор. Не имея возможности ни сделать вдох, ни пошевелиться… Только молча наблюдать за тем, как он бьет магнитолу кулаком, выцарапывает ее ногтями, срывая их с мясом, дергает пальцами за все выступающие части, оставляя на приборной панели кровавые разводы и куски своих ногтей…

Наконец Дима добился своего, после чего с нечеловеческим криком распахнул дверь и выбросил магнитолу вон из машины. На мгновение Алисе показалось, что он настолько обезумел, что собрался нырнуть в темноту вместе с ней...