На чужой войне-2

Глава вторая

На ночь расположились в паре туазов от деревни рядом с речкой на подходящем холме. Разбили лагерь, конечно, не по римскому образцу- хотя желание повторить нечто его напоминающее изредка в моей бедовой головушке и появляется, но практически сразу под воздействием здравого смысла исчезает- требовать подобные “излишества” от нынешних солдат чревато чрезмерными последствиями,- многочисленными и непредсказуемыми. Потом, быть может, когда в наличии появится другой контингент, обучаемый военному делу с нуля- существующих уже не переделать- и полностью мною финансируемый, соответственно, контролируемый чуть менее, чем абсолютно,- я и вернусь к таким мыслям. Но пока радуюсь и существующему порядку, достаточному, чтобы удивить любых военных из ныне живущих своей правильной геометрией. На ночь выставили часовых- не потому что, а на всякий случай,- ибо устав пишется кровью. Если тебя ещё не попробовали на прочность ночью-это не значит, что подобное не произойдёт в будущем. А после скомандовал отбой.

Старик, помогающий себе при ходьбе клюшкой, появился в нашем лагере на рассвете, долго ждал когда я проснусь- из-за какого-то серва меня не решились будить- проведу мыльно-рыльные мероприятия и позавтракаю. Не то, что бы власть свою дал тому прочувствовать- хотя и это тоже- но пока просто не знал как к его появлению относиться. Было у меня предчувствие, что вместе с этим сервом к нам заявились проблемы.

Кстати говоря, явившийся ко мне крестьянин оказался тем, спасённом мною от пыток на деревенской улице, стариком. Очень, по крайней мере, похож, и вполне, несмотря на обилие обматывающих его раны тряпок, узнаваем. Я нередко удивляюсь этим людям, их стойкости и стрессоустойчивости: там, где обыватели будущего будут валяться в депрессии, нынешние просто утрутся, перевяжутся- если без этого никак, и продолжат жить, благодаря Бога, или богов- по их вере- за новый прожитый день. И этот старик: ведь ещё вчера был на краю, а сегодня уже проблемы деревни бежит разруливать. А то, что он здесь из-за каких-то проблем- для меня совершенно очевидно. Будь иначе- попрятались бы деревенские до поры от любых военных, не отсвечивая. Ибо пословицу “Не буди лихо, пока оно тихо”- наверняка кто-то из их сообщества придумал. А если, вдруг, на твоём пороге появляется какой из их числа- знать только по присутствующей в том нужде.

По завершению всех утренних процедур, пристроился, принимая солнечные ванны, на солнышке- тому причиной установившаяся замечательная погода и, решив, что бесконечно игнорировать крестьянина не получится, пригласил того на аудиенцию.

Предварительно накачанный Марком по поводу чего можно говорить и каким образом обращаться, посетитель долго кланялся и бормотал извинения- что меня, непривычного к такому общению, быстро утомило- и пришлось прервать эти ужимки, предложив перейти к делу.

- Ваша Светлость, стало быть, зовусь я Полем Леруа и являюсь старостой деревни Ля Ривьер, пришёл от всей нашей крестьянской общины поблагодарить вас за избавление от бандитов.

И низко, с видимым трудом, поклонился. Начал хорошо этот староста. Поблагодарить- это радует, но было бы желательнее, чтобы их благодарность выражалась в чём-то более материальном. Кстати…

- Счастлив был оказать такую услугу,- кивнул ему равнодушно и, чуть помедлив, продолжил,- Однако ваша благодарность могла бы стать более существенной…

Староста слегка подобрался, а в глазах неуловимо поменялось выражение:

- Что Ваша Светлость имеет в виду?

- Продовольствием. У нас заканчивается провизия.

И прервал было желавшего что-то ответить крестьянина жестом руки. Знаю, на примере других подобных, что именно он скажет: мол, после посева яровых ничего не осталось- сами крошки собираем, и вообще, настолько бедные, что впору на паперти стоять. Так, или примерно так, он и скажет- все крестьяне в этом плане одинаковы,- прибедняться у них, видимо в крови. И, потому как слышал уже подобное, выслушивать заново не желаю. Перейдём сразу к заключительной части:

- За деньги. Я заплачу за каждый сетье (мешок).

Староста аж рот разинул от удивления и на некоторое время замер в таком положении. Где это видано- платить рабу, когда можно просто отобрать,- это реально разрыв шаблона. Пощёлкал пальцами в воздухе, привлекая его внимание:

- Эй, любезнейший…

Очнувшийся визитёр снова принялся кланяться и бормотать извинения, но увидев недовольство с моей стороны, быстро бросил это дело, сосредоточившись на главном.

- И какую цену даст сеньор?- осторожно вопросил он.

- Не обижу. Полагаю, двадцать четыре су (чуть больше одного золотого франка) за сетье достаточно?

И здесь староста впал раздумья- что меня совсем не удивило. Присутствует у аборигенов, особенно у старшего поколения, подобная черта в характере- считается необходимым тщательно обдумать принимаемое решение, что иногда становится чрезмерным,- настолько, что, возможно, в будущих веках подобный персонаж выглядел бы туповатым. Но здесь ровно наоборот, подобное обдумывание вызывает уважение, и считается признаком большого ума. Может статься, причиной тому являются возможные последствия от неправильно принятого решения: ведь в средневековье за ошибку не пожурят и в угол не поставят- цена у него другая, измеряемая в человеческих жизнях. Однако, ожидать окончания этого глубокомысленного процесса терпения не хватило- и так понятно, что договоримся, а меня тревожила истинная причина появления старосты в моём лагере:

- Так что, уважаемый, случилось такого в твоей деревне, что ты, ещё не долечившись, торопишься отблагодарить меня. Только не говори, что это единственная причина… Рассказывай начистоту!

Старик сгорбился от моего окрика, и бросая испуганные взгляды из-под косматых седых бровей, поспешил оправдаться:

- Но мы действительно благодарны Вашей Светлости за вчерашнюю помощь, и подумали…

Он опустил голову.

- Ну-ну…- насмешливо улыбаясь, подбодрил его.

- Прошу прощения, но осмелюсь спросить Вашу Светлость: у вас на щитах и коттах отсутствует герб, а над воинами- баннер сеньора. Я было подумал, что вы- рутьеры, такие же, прошу прощения, как вчерашние, но нас не грабите и не мучаете… Кто вы, Ваша Светлость?