На дне Марса

Глава 10 Им Ба

Имба проснулся рано. Посмотрев на прогнувшуюся сетку над собой, понял, что сосед еще спит. Скосил взгляд налево — койка рядом уже пуста. Тихий шорох у окна сказал ему, что другой сосед, Ом Ар, уже завтракает. Он скинул одеяло, встал. Потянулся, быстро оделся.

— У тебя сегодня тренировка? — шепотом, чтобы не разбудить соседа, спросил Омар, заливая в чайник отфильтрованную воду.

— Да. Но сначала пробежка. А ты что так рано подпрыгнул?

— У меня работа. Надо убрать западный блок.

Воин подсел к столу. В комнате проживало четверо младших клириков. Для расширения пространства койки поставили в два яруса, в результате в центре появился проход. Его как раз хватало, чтобы протиснуться между шкафами с одеждой и столом. Церковь предоставляла общежитие всем студентам, но по собственной воле сюда никто не рвался. Тесно, грязно, мало свободы. Имбе деваться было некуда — после гибели родителей он жил у родственников и знакомых. Там у него вообще не было личного пространства, а здесь — своя койка и шкаф.

Он открыл бак водяного фильтра, зачерпнул воды. Ржавая, затхлая и вонючая. Преодолевая отвращение, умылся, вытерся углом майки.

— Фильтр надо давно менять.

— Тут все надо давно менять, — зло буркнул Омар, — фильтр, трубы, а главное, воду. Эту воду уже пили, ей мылись и, извини, в нее испражнялись. Никакой фильтр с этим не справится.

— Ну хоть вода есть, — примирительно ответил Имба. — У нас в детстве не было.

— Ага. Если прокипятить, пить можно. Хуже, что воздух ухудшается.

Воин сделал несколько глубоких вдохов.

— Кислород в норме, восемнадцать процентов. Углекислота повышена. Я бы сказал пять процентов.

— Именно. В городе без ига уже ходить нельзя: пленка прорвана во многих местах, ПК не справляется. Так что советую отказаться от пробежки.

— И где мне тренироваться? В коридорах? В Академии и ночью движуха.

Воин зашнуровал видавшие виды кроссовки, подтянул проволоку в местах, где они порвались. Подошел к двери. Секунду постоял на выходе и все же взял с полки ИГК. В блоке располагалось шестнадцать комнат по трем сторонам квадрата. На одной стороне — туалеты, сухие души, служебные помещения. В центре — столы и скамейки, место занятий и развлечений. Там же стоял старый боксерский манекен, на котором он отрабатывал удары. В это время холл еще пустовал. Имба открыл дверь и тут же захлопнул, герметизируя. Их блок считался экономным, и воздух у них был лучше, чем у других — чуть меньше пыли.

В коридоре общежития уже сновали уборщики, кто-то возвращался с ночной смены. Он подошел к окну, выглянул на улицу. Ветра нет, но все равно видимость почти нулевая: грязные стекла. Спустился на три этажа по лестнице к выходу из здания. Вахтер, младший клирик, спал сидя, уткнувшись лицом в руки. Имба мельком посмотрел доску объявлений: еще чистая. Проходя мимо, нарисовал на ней квадрат — символ Мира, Бога, удачи — и вышел в воздушный шлюз. Никто за ним не последовал, хотя обычно здесь было полно народа. Он закрутил дверь, включил выравниватель давления. Зашипел воздух, шлюз наполнился наружным воздухом.

По улице уже разъезжали курьеры, шел грузовой транспорт, по тротуару спешили ранние прохожие. Все в масках. Чтобы не привлекать внимания, Воин раскрыл ИГК, надел дыхательную маску, но не стал включать аппарат. Он еще способен дышать таким воздухом. Даже на бегу.

Ровной трусцой он пробежался вдоль здания, свернул на центральный бульвар. В городе только одна широкая улица вдоль всего каньона, обсаженная деревьями. В центре парка река Маринер, фонтаны, рекреационные уголки. Сейчас деревья засохли и их вырубили, а фонтаны никогда не работали на его памяти. Маринер давно превратилась в поток грязи. Если бы не вездесущая пыль, он мог увидеть противоположную сторону улицы. Там все так же, только проживание менее престижное из-за розы ветров. Когда пленка была цела, это не имело значения. Сейчас сверху дуют ветры, принося липкую пыль, которая больше оседает на северной стороне.

Никто, кроме спортсменов, не бегал и не гулял просто так по городу, это не полезно для здоровья. Да и спортсмены норовили заниматься в чистых кондиционированных помещениях. Типа того, что лежит на его пути, хотя вряд ли оно подходит под это определение. Имба свернул на тропку и, обходя вывороченные бетонные плитки, побежал к приземистому одноэтажному зданию. Шлюз заменяет тяжелая пластиковая занавесь, которую обычному горожанину сдвинуть не под силу. Воин с разбега прыгнул на занавесь, прикрывая руками голову. Шторки раздвинулись, больно хлопнув по бокам. Узкий петляющий коридор с пылеуловителями — и он выбежал в спортзал.

Раньше зал был полем для джампбола, но сейчас на аренах тренировались колонисты. На верхней площадке бегали по кругу, на средней грохотало железо и шли тренировки неигровых видов спорта, на нижней гости переодевались, отдыхали, общались.

Навстречу ему поднялся Кем Ер, тренер по единоборствам. Он окончил один семестр Академии и был отчислен как неперспективный. Но нашел себя в охране, потом как инструктор по рукопашной борьбе. Низенький, круглый и лысый, он создавал впечатление добродушного и неопасного соперника. Но на южной стороне города никто добровольно не напал бы на него. Кемер не любил махать конечностями, предпочитал подручные предметы. И если они находились, то сопернику не оставалось шансов.

— Пробежался? — спросил Кемер, оглядывая Воина. От его внимания не ускользнул выключенный ИГК. — Экономишь? Точно всю дорогу от общаги бежал?