На другом конце земли

Глава 25

– С тобой все хорошо? Выглядишь грустной... – любезно поинтересовался он, присев рядом.

– Я в порядке, – шмыгнула носом.

– Домой едешь? – пытался поддержать разговор.

– Пешком пойду.

– Тебя проводить?

– Я сама дорогу не знаю.

– А адрес знаешь?

– Ага.

Я открыла карты и ткнула пальцем в точку, называемую "дом". Как смешно, что Гугл сам за меня решил, где мой дом...

– У-у-у... – протянул Густав, приближая кубики на экране.

– Что?

– Ты правда там живешь?

– В чем проблема-то? – брови совершили хмурый прыжок.

– Да ничего. Теперь я просто должен тебя проводить.

Я продолжила пялиться на него с непониманием.

– Там рядом опасный район...

– А-а-а... – перебила. – Это я в курсе. Вот, – выставила ноги, на которых виднелись уже заросшие шрамы от ссадин. – Меня там обокрали в первый же день.

– Ужас! Бедная, – Густав прикоснулся к моим коленям. Ласково погладил холодной рукой. – Даже местные боятся ходить на Томпкинсон.

От столь неожиданного жеста сочувствия мурашки пробежали по внутренней стороне бедра.

– Что? – мысли улетели в далекие дали. Я даже не услышала последнюю фразу. Лишь ловила остатки странного морозца на коже.

– Томпкинсон – это улица. На ней живут, как их... vagabundos*.

*Бродяги.

Перевод был не нужен. Своими глазами же видела, кто там живет.

Он встал, протянув руку. Что ж... Так всяко лучше, чем жалеть себя в перерывах между отлавливанием нужного автобуса.

Мы пошли вдоль проспекта. Я проверила навигатор, наметила маршрут. Но Густав резко повернул совсем не туда, куда показывал путеводитель.

– Нам разве не в другую сторону?

– Ты сказала, что голодная... Веду тебя поесть.

– Но у меня же денег с собой тоже нет. Все у Шуры осталось...

– Не волнуйся. Я заплачу.

Такое предложение без права отказа, конечно, не могло не заставить сомневаться. Но желудок и вправду сворачивался трубочкой, а путь, судя по картам, предстоял не близкий. Так что, забыв про все меры предосторожности, которым учила мама, я последовала за едва знакомым парнем в надежде положить в рот сегодня хоть что-то кроме хлопьев для завтрака и отнятых в бою школьных печенек.

– Говоришь, у тебя мама русская? – догоняя, спросила Густава. – А папа?

– Папа местный.

– И что, тебя мама так хорошо научила по-русски разговаривать?

– Нет, конечно, – усмехнулся он. – Из нее вообще ужасный учитель. Если бы она занималась со мной – убила бы, наверное.

– Ха-х! Прямо, как моя.

Мы переглянулись, хихикнув, после чего Густав продолжил:

– Наняли мне репетитора онлайн. Маме было почему-то очень важно, чтоб я изучал ее язык.

– Знаешь, а я, кажется, ее понимаю.

Он вопросительно посмотрел.

– Когда все вокруг говорят как инопланетяне и при этом от тебя что-то вечно хотят – это пытка. Чувствуешь себя двухлетним ребенком, который не может толком ничего объяснить.

– Ого! Ты тáк себя здесь чувствуешь? Тяжело, наверно...

– Не то слово! Только давай на эту тему больше не будем, а то я снова разревусь...

– Не надо, пожалуйста. Не знаю, что делать, когда девушки плачут.

– Хех... Как и большинство парней.

Пройдя несколько перекрестков, мы оказались в тихом райончике с маленьким квадратным парком. По периметру его стояли простенькие, но красивые дома. Один из них напоминал жилище куклы барби, а другой был словно копией из мультика "Вверх". Всюду росли деревья. Даже заметила цветущую сирень. На газоне резвились собаки с их хозяевами.

Чуть дальше, вдоль улицы, располагалась скромная забегаловка. Густав придержал передо мной дверь. Внутри почти все столики оказались заняты. "Такое неприметное местечко и настолько популярное", – подумалось сразу.

Мы встали у кассы, подняли головы на экраны с картинками, чтоб рассмотреть ассортимент. В глаза моментально бросилась местная особенность. Каждое блюдо по сути своей являлось мясом с мясом, с начинкой из мяса и топингом в виде мяса. В шаверму кроме мясной нарезки, казалось, шел только лаваш да соус. Что уж говорить про десять видов стейков и двойные, тройные, даже, прости господи, четверные котлеты для бургеров.

Остановиться решила на десерте. Не уверена, что мой желудок способен переварить аргентинскую кухню. Густав выбор поддержал. Мы взяли по большой булке, молочный коктейль в пластиковом стаканчике и упаковку сока. Сесть решили на скамейке в парке, чтоб не толпиться в душном зале, набитом под завязку.

Место под цветущей сиренью оказалось свободным. Сладкий весенний запах пыльцы проник в нос, тут же поднял настроение. Я расправила юбку, приземлившись на краешек деревянной рейки. Как же тут красиво!

Густав снял свою сумку через плечо, похожую на те, в которых носят ноутбуки, и тоже расположился рядом. Он сильно выделялся на фоне гуляющих в парке людей. Хотя бы тем, что одет был со вкусом. Легкие черные брюки, льняная белая рубашка с распахнутым воротом. В сочетании с кроссовками, стиль выглядел полуспортивным, полуклассическим. Все же, чувствуется влияние русской матери.

– С чем у тебя? – спросила я Густава, когда тот укусил свою булочку, присыпанную сахарной пудрой. – Какая начинка?

– Нет начинки.

– Хе-х... Просто булка без образованья?* – сама осталась довольна своей шуткой.

*Отсылка на выступление в КВН команды "Станция спортивная" с песней "Грузчик".

– Не понял.

– Не обращай внимания. Это пагубное влияние родителей, которые в детстве вместо мультиков включали КВН.

В какой-то момент папа так много говорил фразочками оттуда, что это даже стало нашим локальным семейным мемом. Да... Странное чувство юмора досталось в наследство вместе с таким же никому не понятным музыкальным вкусом. Застряла на границе поколений. И ни туда, и ни сюда...

– Что это? Я не слышал...

– Разумеется, не слышал! Юмористическое шоу. Старше нас с тобой вместе взятых.