На грани доверия. Московские секреты

Глава 7. Переплетения судеб

Карпов сидел за столом, просматривая очередные документы. Ольга вошла в кабинет, села напротив него и вздохнула.

— Ты всё ещё не расскажешь, что с тобой происходит? — спросила она, не скрывая усталости в голосе.

Карпов, не поднимая головы, продолжил читать. Он знал, что она не уйдёт, пока не получит ответ.

— Ольга, — сказал он тихо, — я не могу объяснить. Ты не поймешь. Это не для тебя.

Она молча смотрела на него, не зная, что сказать. Это был тот момент, когда она должна была либо уйти, либо остаться, и её сердце подсказало второе.

— Я не боюсь понять, — сказала она. — Я просто хочу знать, что скрываешь ты. Ты можешь хотя бы раз сказать мне правду?

Карпов поднял глаза и встретился с её взглядом. Он помедлил, и наконец, его голос стал чуть тише:

— Ты слишком молода, чтобы быть в этом. Это не твоя битва. Я хочу, чтобы ты осталась в стороне.

Ольга сжала кулаки. Она не собиралась сдаваться.

— Я сама решаю, в чём мне участвовать. Если я останусь в стороне, я буду чувствовать себя беспомощной, Карпов. И ты этого хочешь? Чтобы я чувствовала себя беспомощной рядом с тобой?

Молча, он опустил взгляд. Его внутренние терзания были очевидны. Он снова почувствовал, как тягостный груз накатывает на его грудь.

— Ты не знаешь, на что ты подписываешься, — сказал он, чуть хмурясь. — Ты не готова к этому.

Ольга встала с места, подходя ближе.

— Ты думаешь, я не понимаю? Ты всё время скрываешься, и не даёшь мне шанса увидеть, что там, под твоей бронёй. Но я хочу видеть это. Я не собираюсь отступать.

Она посмотрела ему в глаза, и в её взгляде была решимость. Он не ответил. Просто встал и направился к двери.

— Если ты решишь остаться, — сказал он, — ты всё равно не сможешь остановить то, что будет дальше.

Ольга снова сидела за столом, ощущая, как невыносимо становится в этом кабинете. Что-то внутри неё изменилось, и это было не только из-за расследования. Это было из-за него.

Тем временем, в другом кабинете Зимина и Глухарёв обсуждали, как дальше развивать дело. Зимина стояла у окна, её взгляд был усталым, но внимательным.

— Всё идет не по плану, — сказала она, озираясь вокруг. — Карпов всё ближе к разгадыванию, а это значит, что нам нужно сделать ход. Срочно.

Глухарёв рассмеялся.

— Ты не думаешь, что Карпов слишком упрям, чтобы оставить нас в покое? Он ведь не отступит, даже если вся система начнёт ломаться.

Зимина посмотрела на него.

— А ты думаешь, что у нас есть выбор? Мы всё равно находимся в игре, где каждый ход важен. Карпов может узнать то, что не должен.

Глухарёв чуть покачал головой.

— Не переживай, я знаю, как сделать так, чтобы он не ушёл слишком далеко. Время на его стороне, но не на нашем. Мы не можем позволить, чтобы он получил всё, что ему нужно.

Зимина присела на край стола, задумавшись.

— Если он станет слишком близким к истине, нам не оставит выбора. Мы будем вынуждены делать шаги, которые могут нас стоить многого.

— Он решит всё сам, — Глухарёв махнул рукой, — а мы просто будем рядом, как всегда.

Зимина молча кивнула. Отношения между ними давно не были просто служебными. Всё было сложнее. Но и она, и он знали: тут, в этой игре, они не могли позволить себе слабости.

Вечером того же дня Карпов и Ольга, заехав в тот самый дом, что упомянул Антошин, подошли к старому подъезду. Карпов был настроен решительно, несмотря на внутреннюю борьбу.

— Мы что, снова возвращаемся к этому? — Ольга не могла скрыть волнения. — Это тот же знак, который мы видели, да?

— Да, — сказал Карпов, внимательно осматривая дверь. — Этот знак принадлежит ему. Тому, кто пытался нас затянуть в игру.

Они начали осматривать квартиру, в поисках новых доказательств, но ничего не находили. Никаких следов, только тишина и пустота. Карпов молча проходил по комнате, его лицо затянуло тяжёлым выражением.

— Почему ты так уверен, что он здесь? — спросила Ольга, оборачиваясь к нему.

Карпов замер, не ответив сразу. Он всматривался в пыльные окна, стараясь найти хоть какую-то зацепку.

— Потому что, Ольга, это его стиль. Он никогда не оставляет явных следов. Он оставляет только намёки. Это его игра.

И тут он замер. На полу, почти незаметно, был виден знак. Тот самый, который они видели на месте первого убийства. Он был едва заметен, но достаточно чёткий, чтобы Карпов понял — этот человек рядом.

Ольга подошла к нему.

— Ты думаешь, он следит за нами?

— Он следит за мной, — ответил Карпов. — И теперь он знает, что я знаю. А это значит, что он двинет по своему плану.

Ольга посмотрела на него, почувствовав, как в воздухе появляется опасность. Всё становилось куда более реальным, чем они могли представить.