На грани доверия. Московские секреты

Глава 9. Палачи

Карпов и Ольга заехали в старый район, где, по наводке, жил некий Дмитрий — бывший охранник, ныне охранник супермаркета, но раньше работал на складе, где нашли улики.

— Думаешь, что-то вспомнит? — спросила Ольга, выходя из машины.

— Надеюсь. У него была смена в ту ночь, когда исчезла вторая жертва, — ответил Карпов, заперев машину. — А если врёт — поймём сразу.

В квартире Дмитрий оказался хмурым, но разговорчивым. Особенно, когда Карпов показал удостоверение.

— Да я тогда дежурил. Пришла машина ночью. Странная такая, не служебная. Без номеров. Двое были. Один высокий, в куртке, второй в капюшоне. Я, честно, подумал — может, свои. Но потом понял — не наши.

— Лица видел? — спросила Ольга.

— Только одного. Тот, что в куртке... лицо знакомое. Только не вспомню откуда.

Карпов достал фото с телефона, быстро пролистал и показал Глухарёва.

— Вот этот?

Мужик на секунду замер, потом кивнул.

— Точно. Он. Я бы не запомнил, но он тогда мне сигарету дал, и голос такой... как в кино.

Карпов переглянулся с Ольгой. Та чуть заметно приподняла брови.

— Спасибо, Дмитрий. Если что-то вспомнишь — звони.

Сев в машину, они задумались.

— Ты ведь понимаешь, что это был Глухарёв, — сказала Ольга, глядя на Карпова, как будто подтверждая вслух собственные мысли.

— Понимаю. Но одного свидетельства мало. Нам нужна прямая связь.

— А если я скажу, что в деле фигурирует номер, который с недавнего времени висит на служебной машине Ирины Сергеевны?

Карпов резко повернулся к ней.

— Ты о чём?

— Я пробила по записям с камер ГИБДД. Один из номеров, который был на складе в ту ночь, позже попал в базу как служебный. Оформлен на отдел, но выдан ей.

Карпов задумался. Потом медленно произнёс:

— Значит, они вдвоём. С самого начала.

...

Уже в отделе Антошин подошёл к Карпову с флешкой в руках.

— Стас, ты это видел?

Карпов вставил флешку в комп. Камера видеонаблюдения. Внутри — архив. Запись, как Глухарёв выходит из ОВД глубокой ночью, через чёрный ход. Садится в машину. За рулём — Зимина.

— Это за день до первого убийства, — добавил Антошин. — А по отчётам, он был в отпуске.

— Угу, отпускной убийца, — пробормотал Карпов. — Надо действовать.

Вечером, после совещания, когда все уже расходились, Карпов догнал Зимину у выхода.

— Ирина Сергеевна, на пару слов?

Она остановилась, всё такая же спокойная и собранная.

— Да, Стас?

— Это касается дела. Пройдём?

Они вошли в кабинет. Глухарёв уже был там. Карпов закрыл дверь.

— Давайте сразу. Всё кончено. Есть свидетель. Есть запись. Есть показания.

Зимина молчала. Глухарёв оперся на подоконник, криво усмехнулся.

— Ты ведь всегда был упрямый, Стас. Прямо как в детстве. Помнишь, как мы в подвале пацана искали и ты не сдавался? Ну вот и тут — не сдался.

Карпов шагнул ближе.

— Ты убивал. Ты. И ты, Ирина. Почему?

Зимина тяжело выдохнула.

— Первый — был неслучайный. Он убил моего брата. Система его отпустила. Мы нашли справедливость. А потом... уже не могли остановиться.

— А остальные?

— Они были... такие же, — добавил Глухарёв. — Мы избавлялись от тех, кого закон не трогал.

— Вы стали хуже их, — тихо сказал Карпов.

Он уже достал наручники.

— Стас, — вдруг сказал Глухарёв, с прежней интонацией, как когда-то, когда они убегали от сторожа, — если бы у тебя был шанс — ты бы не сделал того же?

Карпов посмотрел на него, долго.

— Нет. Я бы сделал по закону. Потому что это — единственное, что у нас осталось.