На грани разрушенного мира

Глава 8. "Не идти вперед, значит идти назад"

Я непонимающе посмотрел на Дилана, который испуганно держал мою руку. Сзади него была Хелика, она пыталась разорвать побеги, обвившие тело Мокоши. Заметив мой взгляд, Богиня подмигнула, а потом обмякла в руках синеволосой девушки. Чертовка.

— Эти листья напали на нас, — она даже поменяла тон голоса, вновь стала той беспомощной девушкой, раздававшей еду.

— Отпусти нож, — предупреждающе прорычал Дилан. — Если думал, что так сможешь от меня отделаться — ты ошибся.

— Я… Это цветы… Наверное, они одурманили меня, — соврал я, отпуская клинок. Стоп, а что с тем мальчиком?

Я быстро нашел Каспера: он сидел на склизких камнях и испуганно оглядывался.

— Забудь все, что видел, понял? — тихо, чтобы слышал лишь мальчик, сказал я, а он тут же закивал. — Ты точно в порядке? — я спросил уже громче, ребенок опять утвердительно качнул головой.

Дилан тоже подошел к рмальчику и бегло осмотрел того на наличие ран. Если бы боец заметил Каспера раньше, то от растений не осталось бы даже названий.

— Где третий? — я обернулся на Хелику, которая сжалась, услышав вопрос.

— Он погиб, — вместо девушки ответил Дилан.

Мокошь оказалась рядом со мной и тихо пробормотала:

— И все же ты предпочел спасти ребенка, — она еле видно улыбнулась, а я испуганно обернулся в сторону другой группы, одновременно пытаясь закрыть глаза мальчику. Он, может, и видел такое месиво, но лишний раз уж точно не стоит. Тройка незнакомцев выглядела просто отвратительно: как и в волка, в них проросли растения, части внутренних органов торчали из-под порванной кожи. Листья хоть и выглядели вялыми, но все равно шевелились. У одной из жертв на руке распустились маленькие кровавые цветы, похожие на бусинки. Хелику стошнило, даже Дилан отвернулся.

Я вновь перешел на шепот, наклонился под предлогом помощи:

— В таком случае, я ответил на твой вопрос. А ты обещала награду.

— Не обещала, — она хитро улыбнулась.

— А я не обещал ничего не рассказывать им. Уверена, что в человеческой форме справишься с тремя бойцами?

— Уверен, что эти три, так называемые, бойца справятся с моими цветочками?

Я устало посмотрел на девушку.

— Ла-адно, — протяжно ответила та. — Выйдем отсюда — получишь.

Мы подошли к Хелике и Дилану, и я с удовольствием вручил второму Богиню. Стоит ли говорить, что мужчина был без ума от счастья? Ну, пусть попробует поприставать. Я усмехнулся своим мыслям и, подняв ребенка, пошел вперед.

Несколько раз мы натыкались на тупики, но растения больше не тревожили. Только иногда проход быстро зарастал щупальцами растений, заставляя развернуться назад. Кое-где на камнях был мох, который словно поглощал все звуки. Сфера над головой иногда мерцала, отбрасывая на тропинку замысловатые узоры. Мы продолжали двигаться вперед, я видел, как осторожны, внимательны и напряжены Дилан и Хелика, только Мокошь, повисшая на военном, выглядела спокойной. На нашем пути не встретилась больше ни одна группа. Надеюсь, оставшаяся часть ждет на улице. Но без Мокоши, наверняка, они столкнуться с монстрами.

Возможно, мне показалось, но в лабиринте стало темнее, а воздух — гуще и тяжелее. Я с недоверием посмотрел на Мокошь, но она тоже не понимала, в чем дело. Или опять притворялась. И купол становился чернее с каждым нашим шагом. Я тихо попросил Хелику проверить мою гипотезу, и минут через десять девушка тоже ощущала тревогу:

— Да, я тоже заметила изменения, — она говорила осторожно, ее голос звучал так, будто каждая буква имела вес.

Под ногами зашевелились камни, сквозь них поползли корни, но не к нам, а куда-то вперед. Я достал нож, Дилан тоже вооружился, свободной рукой придерживая талию Мокоши. Мы были наготове, ведь знали, что может произойти все, что угодно. Именно такой была обитель Мокошь — тихой и спокойной на первый взгляд, ядовитой и колючей — если присмотреться.

— Становится холоднее, — сказал мальчик. — Нам не нужно идти вперед. Там нет выхода, — добавил он, глядя на меня.

— Откуда ты знаешь?

— Я вижу.

Точно. Его голубые глаза и правда были способны на это. Более того, Каспер мог улавливать любые изменения, а в будущем — влиять на них. Но я не смогу взять его с собой, ведь мальчика всему обучит Мокошь. Ладно, не буду спойлерить.

— Не нравится мне все это. Может, повернем в другую сторону? — Предложила Хелика, слышавшая наш разговор.

Я с удовольствием на следующем повороте свернул направо.

— Становится теплее? — в ответ на мой вопрос мальчик кивнул. Значит, мы на верном пути.

Где-то часа через полтора мы смогли выйти к выходу.

На улице не было никого. Значит, ничего не изменилось, и события происходили по сюжету романа.

Там, впереди, в самом сердце лабиринта, было гигантское древо, достававшее кроной до поверхности купола. И именно к нему тянулись корни, они тащили трупы и их части. Если бы не свернули, то увидели бы толстый ствол, у пего подножия — гора трупов, которая теперь не более чем смердящее удобрение. Я поежился, представляя перед глазами картину.

— Все в порядке? — тихо спросила Хелика, коснувшись моего плеча.

— Да, — отмахнулся я. — Можно мы здесь переночуем, а завтра уйдем?

— Вам необязательно уходить! Оставайтесь! — воскликнула Мокошь. — Здесь есть еда и корни, которые защищают.

Я оглянулся и увидел то, чего не заметил раньше. Кое-где, в окружающих нас зданиях, виднелись коричневые отростки. Поэтому и не было монстров в округе — они все стали пищей великого древа.

— Каспер, останется с тобой, а мы уйдем, — твердо ответил я.

— Но я не хочу! — ребенок был готов расплакаться.

Я присел на корточки, чтобы оказаться вровень с ним:

— Не бойся, она тебя научит тому, чему не сможем мы.

— Откуда ты знаешь? — обиженно спросил мальчик.

Вместо ответа я потрепал его по голове и встал:

— Я бы поел, — не была даже завтрака, а уже темнеет.

Хелика тут же закивала. Дилан помог Мокошь принести еду. Сегодня на завтрак-ужин у нас рис с жареной курицей, они успели ее подогреть?