На грани разрушенного мира

Глава 12. "Казнить нельзя помиловать"

Этот раунд должен был стать последним, ведь нас осталось всего восемь. Парень в очках и джинсовке замахнулся, чтобы ударить ножом Хелику, но я вовремя подставил руку, лезвие полоснуло ее. Незнакомец, ослепленный жаждой жизни, размахивал клинком, я не мог уворачиваться от каждого лезвия. Как бы сейчас пригодился Дилан с его Протектором!

Я не могу просить юношу остановиться, ведь если он не убьет — умрет сам. Я понимаю его, ведь чувствовал то же самое отчаяние. Я видел слезы на глазах «охотника», и мое сердце разрывалось. Хелика пыталась вылечить раны у меня на руках и ребрах, но она и так потратила слишком много сил, вылечив Диониса, с которым сейчас остался военный.

Мы услышали протяжный гудок. Парень упал на колени, так и не убив меня. Все его тело тряслось, он не мог поднять голову и сказать хоть что-нибудь. Он не справился, и сейчас умрет.

— Я не пойду…

Я не имел права этого делать, но все равно положил руку на плечо парня.

— Мне очень жаль, — вместо меня тихо сказала Хелика.

В зал явились семеро, значит, кто-то еще был убит. Я знаю, что один из охотников — парень в очках и джинсовке, который всю дорогу до зала опирался на меня, еле перебирая ногами. Оно и понятно, он шел на казнь.

А вот второй? Либо это азиатка, либо ее телохранитель. Сердце бешено колотилось в груди, ведь сейчас пройдет последнее голосование. Шанс потерять жизнь Хелики, Дилана, свою или Диониса стал слишком велик, и это не давало мне покоя.

— Итак, — я слышал, как в предвкушении поддрагивал голос Онуриса. — Кто голосует за Монро?

На мгновение воцарилась тишина. А потом шесть рук медленно потянулись вверх. Ком застрял глубоко в горле, каждый из нас был судьей, принятые решения убьют юношу, который всего лишь хотел жить. Монро вышел чуть вперед, посмотрел на меня через плечо, слабо улыбнувшись:

— Пока, — он замолчал, когда острая стрела со свистом пронзила его грудь.

— Я дам вам пару минут, — добавил Онурис.

Девушка нагло достала мою пачку сигарет, трубку, как всегда, поджег мужчина в смокинге. Она вела себя так, словно все происходящее — часть рутины. Я вспомнил! Я ее знаю! Та самая Мэй! В прошлом — коллектор, сейчас — жестокий убийца, в будущем — воплощение Артемиды. Но мне плевать, кем она там станет, если азиатка «охотник», то я подниму руку.

— Будешь? — она, смеясь, протянула мне сигарету.

Я молча отвернулся к Дионису, который валялся на диване:

— Как бок?

Парень махнул рукой, свесив ногу:

— Если что, я не знаю, кто из них убийца, они всегда вместе ходят.

— Как жаль, что вы не воспользовались временем, — усмехнулся Онурис.

— Ну почему же? Я вот, может, последнюю в жизни сигаретку скурила.

— Кто голосует за Моргана? — подняла руку только азитка, вот сучка… Хотя чему я удивляюсь? — Кто голосует за Мэй? — я, Хелика, Дионис и Дилан подняли руки. За моих «напарников» голосовали по очереди Мэй и ее шестерка. — Кто голосует за Итана? — мы все подняли руки, даже она.

Широко улыбаясь, Дионис сложил пальцы в виде пистолета и «выстрелил» в телохранителя.

— Пуф!

— Госпожа Мэй! — отчаянно вскрикнул мужчина.

— А чего ты ожидал? — она говорила жестокие слова, особенно учитывая, что это последнее, что услышит ее подопечный.

Как только он перестал дышать и упал рядом с остальными казненными, мы услышали громкую праздничную музыку.

— Поздравляю, добыча, вы смогли победить охотников!

Двери, запертые все это время, наконец открылись, и в комнату ворвался свежий воздух. Дионис в припрыжку вышел, мы за ним, и только потом покинула арену Мэй, перед этим порывшись в пиджаке телохранителя.

На самом деле, была бы моя воля, то в жизни бы с ней не встретился, поэтому сейчас просил всех идти быстрее.

— Нам всем точно нужен отдых, — наконец сказала Хелика, — Делайте что хотите, но я хочу дом с горячей ванной.

Я был однозначно с ней согласен. Мы нашли старенький дом, в котором вода нагревалась газовым котлом, и это стало нашим спасением. Оставив немногочисленное снаряжение, мы решили найти запасную одежду в заброшенном торговом центре, совсем рядом. Не забывая про чудовищ, наш маленький отряд пробирался через темные коридоры, тихо ступая по обломкам стекла и металла, порой останавливаясь, чтобы прислушаться к посторонним звукам

Мы взяли пару футболок, в которых переночуем, а нашу форму решили не выкидывать, Мокошь явно дала нечто более качественное, чем все, что можно здесь найти.

Хелика, спасибо ей большое, постирала нашу старую одежду, а сама надела футболку и шорты. Ммм, какая у нее сочная фигура. Так, не о том…

Ветер завывал за окнами, напоминая, что жизнь продолжается.

Дилан, похоже, не разделяет любовь к ванне, поэтому быстро принял душ и вышел, завязав полотенце на бедрах. Весь его каменный пресс был в шрамах: где-то колотое ранение, где-то пули, где-то порезы.

— Че смотришь? — буркнул он, уходя в свою комнату.

Хелика провалялась где-то полчаса, а потом пошел я. Протер запотевшее зеркало, оттуда на меня смотрел растрепанный, уставший парень с ранкой на щеке. Когда снимал одежду, чувствовал, как ткань прилипла к другим порезам, больно.

Наконец я с головой окунулся в горячую воду, вытягивая затекшие ноги. В магазине я достал новую пачку сигарет. Хелика нежилась в ванне до меня, поэтому можно не стесняться. Как только прикрыл глаза, я услышал щелчок — зашел Дионис. Как ни в чем не бывало, он вымыл руки и сел на край ванны, с интересом смотря на меня:

— Эт что?

— Сигарета.

Не снимая одежды, Дионис залез в ванну напротив меня. Я даже ничего сказать не успел, был в ауте.

— Тесно, подожми ноги, — пробурчал он.

— Ничего не смущает?

— Смутило бы, если бы у меня был меньше.

Ну, я не знаю, что на это можно ответить. Интересно, а член они тоже к своему телу любой придумать могут?

— Дай сигарету, — Дионис протянул руку.