На грани разрушенного мира

Глава 18. «Кажется, добавлен лишний жанр»

Я обернулся, глядя на Хелику: она сидела на диване, сминая руками футболку, и смотрела куда-то в пол. Ха, ладно, остаюсь.

Я вновь сел рядом с девушкой, как того и хотел, давая ей лишний повод для улыбки. Она коснулась моей руки, заставляя спину покрыться мурашками. Хелика поправила мешавшие волосы, придвинулась ближе ко мне. На ее щеках был пьяный румянец. Что-то неразборчиво пробурчав, я встал и вскоре вернулся с двумя чашками чая.

— Нам нужно протрезветь, — объяснил я, но девушка не приняла «подарок».

— Мне и так хорошо.

Я усмехнулся, делая глоток. Неплохой вкус. Хелика приобняла меня за предплечье, прижавшись мягкой грудью. Она реально меня провоцирует?! Пора бы перестать, а то это работает.

Девушка провела подушечками пальцев по моей скуле, заставляя повернуться в ее сторону. Ореховые глаза блестели, а пухлые губы были чуть приоткрыты, грудная клетка вздымалась слишком часто. Еще минута, и не сдержусь уже я.

Никогда не прописывал подобных сцен с Хеликой…

Интересно, а как она целуется?

Нежно? Грубо? Ей нравится вести или подчиняться?

Я был не готов получить столько ответов в ближайшую секунду.

Выпрямив спину, Хелика дотянулась до моих губ своими, едва касаясь, словно проверяя, не против ли я. А я уже был чертовски за.

Ее руки скользнули мне на шею, притягивая. Такие сладкие и мягкие губы… Я хочу их съесть.

Чувствую себя слишком странно. Не могу это объяснить. От следующего, более решительного, поцелуя пошли мурашки по всему телу. Сначала кожа как будто остыла, а потом стала горячее в тысячи раз. Я хотел обнять девушку, прижать к себе, поглотить… Но руки не слушались, единственное, что я мог сделать — коснуться синих волос, пропуская пальцы между прядей.

Хелика не решалась углублять поцелуй, остановившись на губах, а я не мог просить о большем. Боялся испортить момент, спугнуть ее, сломать хрупкую гармонию.

Можно ли после этого считать меня гребаным трусом? Да плевать — думайте, что хотите!

Пожалуйста, пусть этот момент длится вечно. Я не хочу ничего другого, только ощущение ее влажных губ поверх своих.

Кроме этого я чувствовал и электрические разряды в воздухе. Мы оба были на пределе, отчего совсем перестали сдерживать внутреннюю энергию. Поцелуй насыщался электричеством, покалывая губы.

Отстранившись, девушка опустила глаза, открывая рот уже не для поцелуя, а извинений, но я не хотел их слышать. Теперь моя очередь.

Я приподнял девушку за подбородок, улыбнулся в немом вопросе и тут же получил беззвучное согласие. Никого еще не приходилось целовать с таким трепетом. Сердце билось настолько громко, что Хелика наверняка тоже его слышала.

Безумие.

Я почувствовал руку, упирающуюся мне в грудь. Хелика хочет остановиться?

— Знаешь, у меня иногда появляется ощущение, что мы с тобой знакомы очень давно, — она задумчиво отвела взгляд. — Мы не так давновтретились, чтобы ты настолько хорошо знал меня. И не только меня. Ты… Я не знаю, как это объяснить, — замялась Хелика. Алкоголь развязывает людям языки. — В общем, кто ты?

— Я Морган. Работал в офисе и любил писать книги, — хм, не думал, что упомяну последнее. И в целом… Ну, ммм, мне, как мужчине, немного неловко после такого жаркого поцелуя, а подушка на другом конце дивана.

— Книги? О чем? — спросила девушка, глянув на меня с неподдельным интересом.

— Ну, про конец света и все такое. Точно не помню, давно дописал, — соврал я, едва собрав мысли во что-то путное.

— В этой книге был счастливый конец?

— Что для тебя счастье?

— Сейчас? Хм, чтобы вы остались живы.

— Тогда конец в книге был счастливым, — я улыбнулся, но в горле почувствовал ком, не дававший нормально дышать.

— Это хорошо.

— А кем была ты до того, как попала к нам в офис? — я поймал себя на мысли, что очень хотел бы проверить ответ.

— Недавно переехала, но… Все так размыто… Я не помню?

Она не помнит? Я грустно усмехнулся. Да. Все так и должно быть.

— Пожалуй, не откажусь от чая, — девушка взяла со столика вторую чашку и приподнесла ее к губам, но замерла. — Я правда ничего не помню.

Все же сумев дотянуться, я положил подушку на подлокотник, лег сверху и похлопал по дивану рядом с собой. Хелика, прижавшись, с удовольствием устроилась на моей руке, а я накрыл нас пледом. И плевать, что утром подумает Дионис или Дилан.

— Спокойной ночи, — повторил я, закрывая глаза.

— Сладких снов.

***

Утром, только проснувшись, я застал слишком интересную сцену: вернувшись с пробежки, военный нехотя протягивал довольному Дионису бутылку коньяка, косясь в нашу с Хеликой сторону. Они серьезно спорили? Видимо, Дилан не очень-то в меня верил.

И вот я уже прошу Диониса заткнуться, чтобы не разбудить девушку. Только вот парень все никак не унимался:

— Ну? Что было ночью? Я так и знал! Целовались? Или… — он не успел договорить, словив лицом кусок помидора.

— Приятного аппетита.

— Как мило с твоей стороны, — прошипел Бог и ретировался в ванную, чтобы смыть с себя «завтрак».

— И не благодари, — бросил я ему вслед.

Так, пора бы заняться завтраком и для остальных. Дилану что-то белковое, короче, яйца. Хелике — бутерброд и салат, надеюсь, то был не последний помидор. Сделаем вид, что Дионис уже позавтракал.

Проснувшись, Хелика не стала поднимать тему вчерашнего происшествия. Ха, уж не от того ли, что виной всему алкоголь? Не уверен, что хочу знать ответ. Весь день она молчала, избегала меня. Признаюсь, это действует на нервы.

Серьезно? Только алкоголь? И ей сейчас наверняка стыдно… Да, я идиот. Тоже хочу забыть все к чертям собачьим.

Или я надумываю? Емае, мне почти тридцать, а все никак не научился разбираться в том, что чувствую. Да и я же не люблю Хелику. Скорее, хочу ее защитить, помочь, пройти рядом весь путь.

Я считал, что авторы нарочно прописывают подобные состояния у своих персонажей, чтобы поиграть на нервах читателя. Но сейчас понимаю, что чувствовать нечто подобное действительно возможно. И наша с Хеликой ситуация, больше проходившая на клише, произошла в реальной жизни…