На грани разрушенного мира

Глава 33. "Правда"

С одной стороны я надеюсь, что смогу предотвратить ее смерть. С другой — мне не покидает чувство, что это невозможно. Я постоянно прокручиваю в голове возможные развития событий, и только в двух-трех из десяти мне удается спасти Хелику.

Последние два дня мы занимаемся добычей артефактов, хорошо, что я прекрасно помню их расположения. Мы нашли довольно много всякой усиливающей способности хрени, я прокачал мантию. Да только с каждым разом все больше ощущались подозрения Диониса и Хелики. Повезло, что Дилан слишком тупой, чтобы что-то понять, а Мэй совершенно на все плевать. Хотя не на все. Меня интересует, почему это она так сильно печется о состоянии Хелики.

У меня есть мысли на этот счет. Хелика должна сыграть важнейшую роль в предстоящем «испытании». Я думаю, что кое-кто принудил азиатку следить за состоянием своего инструмента, чтобы он не пострадал раньше времени. Во всяком случае, это объяснило бы то, почему пантера резко стала домашней кошкой. В оригинальном сюжете не было ничего подобного, поэтому пока я не более чем предполагаю.

Не хочу думать о том, что время уходит. Мысли все чаще пожирают изнутри, и я никому не могу о них рассказать. Быть единственным, кто знает, чем все закончиться, отвратительно.

Я не могу быть уверен наверняка, но, кажется, нашему Дионису придется несладко. Не помню, говорил или нет, но Анубиса не просто так нужно было оставить в живых, для него я уготовил отдельную роль.

Меня удивляет, что Хелика в последнее время проявляет интерес к моей книге, но она же не могла догадаться? Как вообще можно было бы прийти к правильному выводу?

За сегодня мы реально вымотались, поэтому компания алкоголя была очень кстати. Все довольно много выпили, и я твердо решил больше не отнекиваться и сказать правду, если Хелика спросит еще хоть раз. Возможно, следовало поступить так еще в самом начале, тогда явно было бы проще. Но шанс того, что мне бы поверили почти равнялся нулю.

Хелика выпила меньше всех, поэтому вызвалась убрать всю посуду, чтобы не тратить время утром. Я сначала пытался ей помочь, но потом понял, что только мешаю, поэтому послушно свалил.

Когда она пришла ко мне в кровать, не знаю, почему, но очень захотелось сказать о том, что чувствую. Плевать, что это похоже на бредни пьяницы. Не зря же говорят, что алкоголь развязывает язык.

— Я тебя защищу, любого убью, — тихо сказал я, прижимаясь к ее теплому телу. Сама виновата, что открыла окно.

— Ага, верю, — усмехнулась девушка, выключая фонарик. Я не стал настаивать, она и так знает, что я не вру.

Следующим утром мы встали на рассвете и снова пошли за артефактами. Нужно было забрать гарду для катаны Мэй. Это такая штука на эфесе клинка, которая защищает кисть руки и выполняет роль противовеса. Ах да, в нашем случае еще и неплохо баффает силу атаки.

— Ты вчера серьезно говорил? — неожиданно спросила Хелика, переступая через труп очередного монстра. Серьезно? Она реально еще не поняла, насколько ценна для меня. — Ну просто, странно слышать что-то подобное, — о чем ты, женщина?

— Я не врал.

— Но…

Я резко остановился, и она врезалась в мою спину.

— Да как ты не понимаешь, — я с самого утра был на нервах из-за выходок Дилана, поэтому голос быстрее положенного стал хриплым шепотом. — Я разорву любого, кто посмеет тебе навредить, — поздно понял, насколько холодно прозвучали слова.

Она не знала, куда деть взгляд и руки, а я не собирался оборачиваться. Не хочу смотреть на Хелику, говоря такие ужасные вещи, но, если она не может сама сложить два и два, то это придется делать мне.

— Мне плевать. Любого. Дионис, Дилан, Мэй, Анубис, Зевс или еще какой-нибудь бог. Любого.

Хелика хотела что-то сказать, но я поднял руку, предотвращая вопросы, на которые не хочу отвечать. И она замолчала на всю оставшуюся дорогу. Я не хотел, чтобы она чувствовала себя виноватой, как это происходит сейчас. Я просто надеюсь, что в момент опасности она вспомнит мои слова и позовет на помощь. Потому что в ином случае я не смогу ничего сделать.

Мы с легкостью добыли гарду, почти отняв ее у какого-то слабого азиатского божества. Его монстры были чрезвычайно слабы, с ними наверняка справился бы даже Каспер, а вот награда очень даже ничего.

Катана Мэй сверкнула ярко-красным, а лезвие почернело. Мне показалось, что оружие обрело свою волю, оно пульсировало энергией и холодной решимостью. Что ж, Мэй, пускай катана станет твоим оберегом в предстоящем сражении. Девушка восторженно подняла ее вверх, любуясь блеском лезвия в лучах солнца. Дионис не был бы собой, если бы не отшутился про джедаев. И откуда он понабрался?

Миновал третий день. Четвертый.

С каждой минутой мой живот скручивало от волнений все сильнее. Иногда я даже не мог есть, оправдываясь плохим самочувствием, хотя причина в другом — в растущем страхе.

— Морган, — взгляд Хелики был серьезнее, чем обычно. Мы отстали от группы, потому что десять минут назад она вдруг замедлилась. Неужели я был слишком неосторожен? — Ты знаешь каждую минуту, предугадываешь каждое наше действие, находишь артефакты, как будто они и не были спрятаны. Я хочу объяснений, поэтому спрошу прямо, хорошо? — я кивнул в ответ. — Твоя книга как-то связана с происходящим? — так вот, почему она постоянно про нее спрашивала. Надо было ответить хоть на один ее вопрос.

Я усмехнулся. Обещания нужно сдерживать, не так ли?

— Да.

Она задумчиво отвела взгляд и, похоже, не была удивлена. Ну, что ж, родная, поехали.

— Не считай меня потом сумасшедшим, ладно? — пришла ее очередь кивать в знак согласия. — Пару лет назад я начал писать книгу. Точно не помню, откуда взялся сюжет, но я как будто в реальности видел все происходящее. Звучит как бред, но, клянусь, у меня просто очень хорошая фантазия. Так вот, за два дня до того, как ты устроилась в наш офис, я закончил роман. А тут, бац, — я щелкнул пальцами. — Я все начало сбываться. Ну как, веришь?