На грани смерти

Глава 1.

Арья Картер

Я никогда не питала иллюзий. Вера, надежда, счастье – все эти эфемерные понятия утратили для меня всякий смысл, с тех пор как ушли из жизни мои самые близкие люди. Те, за кого я держалась, те, рядом с кем я познала истинное счастье. "Время лечит", – твердили они, но я поклялась, что никогда не забуду. Никогда не изглажу из памяти тот страшный день, когда я увидела своего брата бездыханным. В тот миг не стало и меня – я умерла вместе с ним. Это был самый трагичный, самый переломный момент в моей судьбе. С тех пор минуло три долгих года – три года, прожитых под гнётом неутолимой жажды мести. Я мечтала воздать сполна, утолить свою ярость, увидеть кровь тех, кто пролил нашу. Я никогда не ставила под сомнение силу и власть Алой ярости, но эти отвратительные существа будто намеренно испытывали нас на прочность. Они жаждали видеть нас поверженными, сломленными, но я не позволила этому случиться. Я ушла в тень, скрылась от посторонних глаз, лишь затем, чтобы восстать перед ними с новой, ещё более разрушительной силой.

Каморра. Те, чьи души пропитаны злобой, страхом и беспредельной жестокостью. Они едва не превратили моего брата в себе подобного, но мы не сдались, выстояли. Мы отточили собственные методы, научились быть хладнокровными, внушать ужас и одерживать безоговорочные победы. Я верю, что однажды настанет день, когда их роскошный особняк будет объят пламенем до основания. И в этот день я буду наблюдать за их агонией с торжествующей улыбкой на лице.

Из-за Каморры я дважды пыталась свести счеты с жизнью. Дважды! Я балансировала на краю пропасти, и казалось, что после этих роковых попыток смерть преследует меня по пятам. Я стала заложницей собственных кошмарных мыслей, не в силах отделаться от навязчивого страха, что однажды меня тоже лишат жизни. Да, возможно, это звучит нелепо, но я действительно ощущаю это предчувствие. Словно кто-то втайне вынашивает план моей гибели.

Я с горечью осознала, что жизнь – это далеко не волшебная сказка, где ты являешься всемогущей главной героиней. Нет, жизнь – это суровое испытание, где каждый сам за себя, где нужно бороться за выживание. Ты продвигаешься по извилистому пути, и чтобы не сорваться в бездну, необходимо всегда быть начеку. Нужно сохранять предельную концентрацию, оставаться хладнокровной и руководствоваться разумом.

—Жизнь – это не сказка, – прошептала я, глядя в окно.

Наш фамильный особняк возвышался над живописным лесом и тихим озером, где в детстве я проводила беззаботные часы, играя с мамой и папой. Казалось, с тех пор ничего не изменилось, но это была лишь иллюзия. Неизменным остался лишь вид из окна, а в нашей семье произошли трагические перемены.

—Арья, ты должна была спуститься на завтрак полчаса назад, – произнес Камиль, входя в комнату.

Я обернулась и молча кивнула.

—Сейчас буду, – ответила я и вышла следом за ним.

Мой старший брат. Он всегда поддерживал меня в самые тяжелые моменты, хотя сам порой находился на грани отчаяния. Я относилась к нему так же трепетно, как и к другим братьям. Кроме них у меня никого не было, и я всей душой желала, чтобы они всегда оставались рядом со мной. Когда я, обезумев от горя, рыдала на могиле брата, не в силах покинуть это скорбное место, они помогли мне подняться. Когда я перестала их слушать и неделю провела там, оплакивая того, кто, казалось, был моим сердцем, они не оставили меня. Давида убили прямо на его свадьбе. Да, пусть и фиктивной, но я никогда не забуду его пустые, безжизненные глаза.

Моя щека прижата к холодной земле у могилы. Кажется, я схожу с ума, но это не безумие – это жестокая реальность. Я у могилы своего брата. Его тело покоится в земле, а те, кто совершил это чудовищное злодеяние, наслаждаются свободой, живут припеваючи. Я не живу, я существую, я мертва.

—Арья, – тихо шепчет Камиль, но я не реагирую на его голос. – Вставай, милая, сейчас пойдет дождь.

В его голосе слышится нескрываемая боль. Мой брат всегда рядом, но кто залечит его душевные раны? Кто поможет ему, когда он сам разбит на осколки?

—Арья, ты не одета по погоде, прошу, вставай, сестра, – умоляет Камиль, и от его слов меня словно пронзает током.

Мой брат не должен был оказаться здесь, в этом месте скорби. Я любила его всем сердцем, он был моей главной опорой после смерти родителей. Все мои братья были для меня поддержкой и утешением, но Давид был самым лучшим братом, самым близким другом.

—Мы ведь отомстим им, Камиль? – едва слышно шепчу я, с трудом поднимаясь с земли дрожащими руками.

—Отомстим. Кровь этих отвратительных тварей будет пролита, и один за другим они отправятся в могилу. Мы не дадим им спокойно жить, – с ненавистью отвечает Камиль, и перед моими глазами возникает жуткая картина: их кровь на моих руках.

Мы сидели за столом. Я вяло ковыряла приготовленные сестрой сырники, погрузившись в раздумья о предстоящей работе. Брат, не притрагиваясь к еде, неотрывно смотрел в телефон и что-то сосредоточенно печатал. Он пропадал на работе днями и ночами, постоянно был поглощен делами и никогда не бросал компанию, основанную отцом. Порой мне казалось, что мой брат выкован из стали.

—Ты сегодня спала? – спросил Камиль, не отрывая взгляда от телефона.

—Час, – сухо ответила я и отодвинула тарелку.

Он ничего не сказал в ответ, и я, не дожидаясь продолжения разговора, поднялась из-за стола и ушла. Он всегда задавал короткие, дежурные вопросы о моей жизни, но никогда не интересовался моими ответами. Для многих это могло показаться проявлением равнодушия, но я знала, что в глубине души мой брат переживает за меня. Он просто не умел выражать свои чувства, но я чувствовала его заботу.

—Когда-нибудь мы заживем по-настоящему, Камиль. Я приложу все усилия, чтобы это произошло, – тихо прошептала я, садясь в машину.

Я когда-то пообещала отцу, что никогда не позволю себе быть слабой. Фамилия Картер не должна ассоциироваться со слабостью и поражением, поэтому даже когда все рушится, я стараюсь держаться до последнего. И если бы я в тот роковой день не взяла себя в руки, то меня бы уже давно не было в живых.