На Границе Мертвых

Прощай старая я ...

                                                                           Глава 5

Мы побежали по улице к ближайшему дому. Ноги хлюпали в грязи, но на это никто не обращал внимания. Света луны и пары факелов хватало, чтобы ориентироваться на местности. Лёгкий тремор от смеси адреналина и страха не позволяли обращать внимание на еще не полностью восстановившийся организм. 
Подбежав к дворовой калитке, Борг перекинул через неё секиру. Подпрыгнув, он зацепился руками, подтянулся и перебросил свою тушу  во двор. Через некоторое время та  отворилась, впуская нас. Сивир подойдя  пнул дверь, та издала глухой звук.
― На засове, ― констатировал он очевидный факт.
Борг, примерившись, чуть разбежался и врезался плечом. Дверь жалостливо ухнула, но не поддалась.
― Ну, и мартын* с ней, ― он посмотрел на Сивира. ― Давай, подсажу тебя, через окно пролезешь. Ты половчее будешь, ― положив  рядом с дверью,  пояс с ножнами и мечом и отложив щит в сторону, он подошел к товарищу.
Сивир встал ногами ему на плечи. Борг крякнул и сказал что-то нелицеприятное о том, что кто-то слишком много жрет. Сверху хмыкнули, молвив в ответ, что кто-то сам в двери еле помещается. Борг, стоя почти в полный рост, чуть склонился, и Сивир, ухватившись руками за выступ окна, подтянулся и влез в окно, исчезнув из поля зрения, словно призрак, растворившийся в ночи. Лана посмотрела на Борга и спросила:
― А он домушником никогда не был? 
Борг хмыкнул и ответил что-то вроде того, что Сивир никогда ему ничего подобного не рассказывал, но если и да, то скорее по молодости, и что кто и чем тут не занимался. Если всех тут под камень истины сунуть, то каждого можно за что-то или оштрафовать или на плаху сразу вести.
Сверху раздался шум: какая-то возня, мат Сивира. А потом звуки резко оборвались, и они услышали топот, будто стадо слонов неслось. Видимо, кто-то спускался со второго этажа. Донесся звук упавшей балки, и дверь распахнулась. Борг, взяв секиру, зашел внутрь, я ― следом. В помещении было темно. Пошарив в кармане, Сивир достал светляк. Тот загорелся в его руках, чуть разогнав ночную тьму. Борг, уставившись на Сивира, спросил, что там наверху.
― Спасти не сможем, там уже выпитый полностью старик. Тени нет, видимо, вернулась к хозяину. Надо будить всех, они еще под мороком.
Во мне всколыхнулся страх от воспоминаний. Страшная смерть. Ей стало жалко незнакомого деда, такого и врагу не пожелаешь. Но только не для той твари: ей бы она придумала что-нибудь похуже. 
Долго на месте мы не стояли. На первом этаже было несколько дверей.
― Это дом Рэма. Его надо разбудить первым: бабы с перепугу начнут верещать, а долго возиться у нас времени нету, ― сказал Борг Сивиру и направился к двери рядом с лестницей на верхний этаж. 
Огибая стол, я умудрилась что-то столкнуть с него локтём. И хотела уже наклониться и собрать осколки разбившейся то ли вазы, то ли кувшина, но меня одёрнул Борг:
― Брось ты это, соберись. Мы тут не в игрушки играем, ― пнув дверь так, что та отлетела в сторону и громко стукнулась обо что-то, он вошел в комнату.
У меня же просто сработал инстинкт, вбиваемый родителями годами: если что-то сделал, сразу убери за собой, поставь на место. Как же некстати я почувствовала себя полной идиоткой. Тут черте что твориться, а я разбитую посуду собираю. Глубоко вдохнув, я сжала покрепче ухват и вошла вслед за Боргом.
Он стоял, склонившись над топчаном, и тряс за плечи лежащего мужчину. Тот почти никак не реагировал.
― Лана, зажги свечи и иди сюда.
В углу я увидела тумбу, на ней стояла свеча в подсвечнике. С зажжённой свечой я подошла к Боргу, чуть не наступив на лежащую рядом секиру. В свете свечи я увидела лицо мужчины непонятного возраста, со светлыми бровями и носом картошкой. Рядом была женщина, она тоже спала, уткнувшись лицом в бревенчатую стену. Или не спала, а была без сознания? Я не совсем понимала, как действует морок, и как это объяснить с научной точки зрения, в каком состоянии пребывает человек.
― Ты свети, но вплотную не подходи. Сейчас я ему пощёчину отвешу ― точно очнётся.
― А он от инфаркта не помрёт: так человека будить?
― Не знаю, что такое инфаркт, но нет, максимум обгадится, да и то навряд ли, слабеньких тут нет.
Я сморщила нос: дышать запахами чужих нечистот не хотелось. Борг получше уселся, видимо, на тот случай, если мужик начнёт дурить или еще чего. Оттянув руку назад, он залепил мужику даже не пощёчину, а скорее затрещину. Щека того моментально покраснела. Мужчина, открыв глаза, ошалелым взглядом уставился на Борга. Заорав, он начал дёргаться, но Борг держал его крепко.
― Рэм! РЭМ! Это я, успокойся! Ты не спишь, тебе не угрожает опасность, всё в порядке!
Через секунд двадцать, мужик перестал дёргаться и более менее осмысленным взглядом уставился на Борга. Разглядев, кто же перед ним, он нервным голосом спросил:
― Какого здесь происходит? Что ты делаешь ночью в моём доме? ― когда он скосил взгляд на меня, его глаза немного расширились.
― Да не спишь ты! ― Борг, чуть сильнее прижав мужчину, ущипнул его за другую щёку.
― Ты чего? ― тот возмущенно уставился на Борга.
― Да у тебя глаза с имперский золотой стали. Кто это и что, вообще, здесь, нежить вас задери, происходит, быстро расскажу. А ты без глупостей выслушаешь, а потом я встану с тебя.
Борг ему вкратце описал всю ситуацию.
― А старик, в общем, твой того… ― закончив рассказ, Борг встал с Рэма.
В дверях стоял Сивир, наблюдая за всем тут происходящим. Держа в руке светляк, он нравоучительным тоном сказал:
― Лана, первая заповедь воина: во время опасности или боевых ситуаций не оставляй своё оружие далеко от себя. Это может стоить тебе жизни.
Я уже хотела возмутиться, что какой я вам воин, но волну моего начинающегося возмущения прервал Борг, спросив Сивира, что с остальными. Тот коротко ответил, что всё в порядке. Разговор прервал раздавшийся с улицы еще один «бабах!». Рэм встрепенулся, уже сидя на кровати.
― Ладно, мужики, дальше я сам. Быстрее бегите в следующий дом, авось, и сдюжим сегодня.
Проглотив свои не вырвавшиеся наружу слова, я, подхватив ухват, направилась вслед за вышедшими. А ведь и вправду, случись что, добежать до своего орудия я бы не успела. Уже труся по улице, я оглянулась назад и увидела, как в доме, из которого мы вышли, загорелся свет и послышался шум и чьи-то крики.  Элари, выгнав телегу с нашими пожитками со двора, бежала уже рядом со мной. Борг крикнул, что быстрее будет разделиться, и мы поделились на две пары: я с Боргом и Элари с Сивиром.
Ноги в туфлях уже были просто мокрыми, платье тоже успело где-то изгваздаться. И, пока Борг перелазил через калитку следующего дома, я разодрала платье, оголяя бедро. Так будет удобнее бегать, да и маневренности, если что, больше. Сейчас не до эстетики, и в такой-то обстановке, кто будет разглядывать? 
Калитка открылась, я вбежала во двор. Борг опять попробовал дверь на прочность, и снова оставался только вход через окно. Но Борга мне не поднять, а значит, лезть придётся мне. Как говорится, делать было нечего. Поставив ухват у двери, я повернулась к Боргу, тот уже присел. Встав на его плечи, сказала:
― Помедленнее.
Он начал поднимать меня вверх. Ухватившись за выступ окна, я поняла, что сил подтянуться у меня не хватит. Спортом хоть я и не пренебрегала и могла подтянуться раза два точно, но, видимо, последние события отняли много сил и до конца я просто не восстановилась. Я сказала Боргу, что не подтянусь. Он хмыкнул и ухватил меня за ноги крепче. Я начала подниматься, и снизу раздался смех и комментарий от Борга, что дворянки носят очень странные труселя. У меня даже щеки загорелись.
― Придурок, варвар, ― начала я ругаться, снизу заржали еще сильней. Отодвинув простыню и поставив коленку на выступ окна, я хотела нормально туда влезть, но что-то пошло не так, и я плюхнулась в проем, как клуша. Уже на полу, потирая ушибленные ладошки, костеря на все лады особо умных, которые ничего не смыслят в красоте и эстетике, я отряхнулась, встала и огляделась. Из-за того, что шторка была отодвинута, внутрь пробивался лунный свет, падая прямо на….
Тут я осознала в полной мере, что значит выражение: когда волосы шевелятся на голове. Я закричала, увидев в конце комнате человека, на искаженном лице которого застыла гримаса ужаса. Прокричавшись хорошенько, я ощутила еще и запахи царящие в комнате ― и меня скрутило.
Утирая рот краем рукава, я поспешила покинуть это зловещее место. Протаранив дверь плечом, я почти скатилась по ступенькам, не обращая внимания ни на что вокруг. Уже на первом этаже выдохнула и, в полумраке на столе увидев свечу, зажгла её.
В дверь бухнуло, будто в нее что-то врезалось. Я поставила свечу и кинулась открывать. Это Борг снова пытался её выломать, ведь я же орала как резаная. Убрав деревянный затвор, хотела было крикнуть, что всё в порядке. Но еле успела отпрыгнуть в сторону: Борг влетел внутрь, как пушечный снаряд, чуть-чуть не долетев до ступенек, с которых я сама только что сбежала. Шмякнувшись возле лестницы, он тут же вскочил, бешено вращая глазами и сжимая секиру, которую не выпустил из рук даже после падения. Он уставился на меня, и я, раскрыв рот и хлопая глазами, пялилась на него. Немая сцена продлилась пару секунд.
― Ты живая?! Что случилось? Где опасность? ― заорал он.
― Всё в порядке, ― придя в себя, ответила я.
― Че орала-то так? Я думал, уже случилось чего!
― Да я испугалась. Там лицо такое и вонь эта, да и вообще, затараторила я.
― Тьфу! ― сплюнув на пол, он принял расслабленную позу. ― Какие мы нежные!
В ответ я съязвила, что только в такую тугодумную голову придёт мысль отправить беззащитную девушку первой в логово демонов.
― Кого-кого? Демонов? Они только в сказках бывают, ― посмеиваясь ответил он, ― да и не такая уж ты и беззащитная, ― продолжил c усмешкой. ― Да и если одна тварь ушла, то и остальные вернулись к хозяину. И если бы я не знал этого, то не отправил бы тебя первой. Ладно, посмеялись и хватит. Пошли, ― он открыл дверь и зашел, подхватив свечу со стола. Я зашла следом.
Там всё повторилось, как и в первом доме, за исключением того, что пара была молодая. Выйдя на улицу, мы встретились с Сивиром и Элари. У них, видимо, всё прошло не так гладко: у Сивира синяк на пол щеки.
― Что, не повезло? ― Борг посмотрел на Сивира, тот хмыкнул и ответил, что ничего страшного, до женитьбы заживет.
Они еще о чем-то перекинулись парой фраз, но я не обращала на них внимания. Так как всё моё внимание было приковано к участившимся «бабахам».
― Борг, ― я дёрнула за рукав его куртки, ― мне это не нравится. Слышишь, как часто стало бахать?
Сказав Элари, чтобы они еще один дом обошли, а мы быстро посмотрим и вернёмся, завернув за угол они легкой трусцой бежали к воротам, до которых было метров двести. Мне казалось, что прошло уже часа три с последних событий, но на самом деле не прошло и тридцати минут. Рассматривая улицу и крыши домов, на которые падал лунный свет, мы остановились в тридцати метрах от них. Восстанавливая дыхание, я уставилась на громоздкие ворота. Когда ехала на телеге, особо ничего не рассматривала. Взгляд за что- то зацепился, я присмотрелась и увидела трёх охранников, лежавших поломанными куклами c выражением страха на лице. Эту картину просто не описать словами. Смотреть было страшно. Хотелось отвернуться, настолько всё это выглядело неестественно, страшно и омерзительно. Но Борг не дал мне этого сделать. Схватив меня за плечи, он сказал:
― Смотри, не отворачивайся, дальше будет хуже. Борись с собой, и так ты выживешь.
Ворота держались откровенно на соплях, бревно, служившее затвором почти треснуло. Встряхнув меня, Борг сказал, что надо срочно возвращаться, и побежал. Я последовала за ним.