На границе между сном и жизнью

Тихий вечер

Вроде снаружи всё стихло. По коридорам больше никто не бегает, мама, скорее всего, ушла к себе, отец, как и всегда, сидит в своём кабинете. Я взяла с полки свою любимую книгу, что стояла рядом с окном, и решила всё-таки оставить свою накидку в покое, до тех пор, когда она действительно понадобится. Сейчас я хочу просто сидеть здесь и читать свою книгу. Травы, деревья, корешки, полезные свойства и возможные проблемы каждого из них. В деревне нет отдельной семьи, отвечающей за лекарство. Все уже знакомы с этим ремеслом для своих определённых целей. Раньше у нас была отдельная семья, но большинство из них переходили в исследователи и пропадали в лесу, в поисках новых растений или новых мест для жительства. Чем больше людей пропадало, тем меньше другие семьи хотели связываться с ними. Другие семьи, видя это, даже боялись строить с ними длительные отношения, даже брак по договорённости со временем стал невозможным. Просто невыгодно: муж мог пропасть уже через год или остаться в деревне, но потом его же дети дружно сбегут в лес и не вернутся. Жёны оставались вдовами и единственными взрослыми для детей. Семья просто рушилась изнутри, вне зависимости от того, как долго они вместе или насколько крепкие отношения, даже сам факт надобности лекарей потихоньку угасал из-за книг, в которых можно было всё узнать, и уже накопленных знаний другими семьями.

Я так и не знаю, что конкретно их привлекло в лесу. По крайней мере, в книгах я ничего не нашла. Есть только минимальная информация о растениях, которые растут только в лесу, но книга настолько старая, что вот-вот развалится. Тётя была в таком горе после пропажи мужа, что вообще ничего рассказывать не стала. Костя предположил, что это из-за недостатка трав лекари уходили в лес, а в итоге, не могли потом вернуться в деревню. Но разве это достаточно веская причина, чтобы уходить, зная, что ты можешь вообще не найти дорогу назад?

— А я знала, что ты не спишь. — За окном стояла Мира. Это же второй этаж! Как она вообще сюда залезла?
— Мира, я никуда не пойду! И какого хрена вообще ты сюда залезла?
— А я нашла какие-то записи в лесу. Видимо, что-то связанное с травами. Ну, судя по зарисовкам, конечно, читать-то я не умею. Неужели тебе не интересно? — Мира явно язвила. Непонятно: берёт ли она на «слабо» или просто обманывает, чтобы вытащить наружу. Не услышав никакого ответа, она просто развела руками и собралась слезать обратно.
— Подожди! Конечно, я хочу посмотреть, но какой шанс, что ты меня не обманываешь? Ты опять меня вытащишь на улицу и запрёшь где-нибудь!
— Между прочим, я хотела тебе помочь! Чтобы перебороть свой страх, надо взглянуть ему в глаза. Да и зачем это вспоминать? Я же уже извинилась, и много раз. Три года прошло, а ты до сих пор дуешься! — дикарка показательно надулась, но я стояла на своём. Мира увидела, что я так и продолжаю стоять молча, решила переключиться на свою сумку. Уже через минуту она, довольная, показала рукодельную записную книжку. Я тут же потянулась к ней, но Мира была быстрее. Она сразу убрала записи обратно в сумку и стала слезать вниз. Только сейчас я увидела, что Костя ждал внизу.
— Ну и ладно, заберу записи и пойду в библиотеку.

В коридоре дома всё было так же тихо, только младший из братьев сидел на кухне и уплетал заслуженный им пирог. Взяв сумку с книгами, я оглянулась. Всё так же пусто и холодно. Дверь с хлопком закрылась, и внутри сработал замок. Серая тропинка и ухоженная клумба из каких-то садовых цветов.

— Костя, Мира. Вы куда делись?
— Мы у булочной, подойди сюда. — сразу крикнула Мира в ответ. Завернув за угол, она стояла прямо у входа, а Костя, по-видимому, зашёл внутрь.
— Ты даже есть дома не стала? Тебе повезло, что Костя такой вежливый.
— Ой, какая ты противная, хочешь, я Костю попрошу, и он тебе ещё возьмёт?
— Не надо, обойдусь. Дай записи посмотреть, всё равно просто так стоим.
— Ну уж нет, я тебе их сейчас отдам, и ты уйдёшь в библиотеку. Меня туда точно не пустят, я ведь только с охоты пришла!
— Ну а чья это вина? Нормальные люди после таких походов сначала идут есть, мыться и отдыхать. Ты даже домой не заходила, что ли?
— Мира, держи свои булочки. — Костя со своей обычной улыбкой преподнёс булочки, завёрнутые в хлопковый платок, после чего повернулся ко мне. — А это тебе. Я уговорил хозяйку дать мне булочку с травами. Я помню, что ты ничего сегодня не ела, может, её съешь хотя бы? Там ещё пряник с орешками.
— Спасибо большое. — на минуту я просто растворилась и смотрела на свёрток, который мне дали, так приятно, хоть и мелочь. Мира вовсю уже жевала свои сладкие булки, а я смотрела Косте прямо в глаза и на крюки. Голова заболела, в глазах на секунду стало темно. Перед глазами сразу образовался образ из сна: как Костя стоит со своей привычной улыбкой в окружении крюков для мяса.
— С тобой всё хорошо? — Костя сразу подхватил меня, а Мира уставилась с выпученными глазами. Я же ничего не говорила, чего это они? Будто первый раз увидели. — Мира, ты противная, я же говорил, что ей плохо сегодня было. Зачем ты вообще убедила её выйти?
— Но я жапефи нафуа… — промямлила та, даже не пытаясь сначала прожевать откушенный кусок. Костя сразу нахмурился. Наверное, Мира специально не сказала ему, чтобы он сам не забрал дневник.
— Всё нормально, всё уже прошло. Просто в глазах на секунду потемнело.

Костя продолжал злобно смотреть на Миру и медленно усадил меня на скамейку. Параллельно стал требовать у Миры записи, про которые она говорила. Девчонка вовсю отпиралась и отказывалась их показывать, пока не доест свою порцию. Парню ничего не оставалось, кроме как сесть на скамейку и ждать. Мы все уже поняли, что Мира откажется идти куда-то в нормальное место. Несмотря на все уговоры, она всё равно притащила всех в своё излюбленное место.