На край света

Нюрнберг

Итак, у меня впереди триста километров дороги и, удивительное дело, мысль об этом вызывает энтузиазм, а не раздражение. На выезде из Лейпцига с восточной стороны трассы открывается вид на заброшенные угольные карьеры и озера. Озера явно искусственные, но это неважно. Смотреть на них куда приятнее, чем на отвалы земли и промышленные установки.

Постепенно озерно-карьерные пейзажи сменяются лесами и холмами, между которыми то и дело мелькают живописные фахверковые деревни.

Подъезжаю к высокому мосту недалеко от Йены, смутно припоминая, что его называют “Мостом Дьявольской долины”. Вокруг склоны холмов, поросшие густым лесом, внизу тоже лес. Сам мост не выглядит старинным или мистическим, ярко-выраженная современная архитектура. Как ни стараюсь, ничего дьявольского разглядеть не получается.

Ближе к Нюрнбергу пейзаж меняется, лесистые хребты уступают место ухоженным полям. Умиляют деревеньки с красными крышами и деревянными амбарами. Изредка попадаются виноградники. Не могу поверить, что еще утром был в Берлине. Контраст просто взрывает мозг. И отлично. Хоть что-то должно было вывести мой бедный мозг из спячки.

В город въезжаю уже под вечер, между закатом и светлыми весенними сумерками. В Нюрнберге я не впервые, но не был довольно давно. Да к тому же, раз уж мне удалось поймать то самое путешественно-приключенческое настроение, значит и на знакомый город предстоит смотреть уже другими глазами.

Сверяюсь с планом, разработанным Стефанией. Сестренка явно неравнодушна к историческим местам. Ужинать мне предстоит в ресторане “Хайлиг-Гайст-Шпиталь”, расположенном в историческом комплексе зданий четырнадцатого века. Выбранный той же Штеффи отель “Элх”, кстати, построен в том же столетии.

Удивительно, что сестренка не напросилась со мной, чтобы лично посетить все эти легендарные места. На самом деле, я об этом жалею. Было бы здорово делиться с ней впечатлениями. Это можно делать и в сообщениях, и все же — не совсем то.

Так, я уже начинаю скучать по человеческому обществу и живому общению. Наверное, Линда сочла бы это хорошим признаком.

Несмотря на плотный обед в Лейпциге, за три с лишним часа дороги я успел проголодаться и поэтому решаю сначала поужинать, а потом уже заселяться в отель. Стоит мне увидеть выбранный сестрой ресторан, как ей тут же летит благодарственное сообщение с фотографиями.

“Хайлиг-Гайст-Шпиталь” — часть старинного госпитального комплекса, расположенного прямо над рекой. Массивные каменные стены, арочные проемы над водой, мостики, соединяющие здание с набережной — прямо ожившая открытка.

Внутри меня ждут огромные арочные окна с видом на реку, деревянный потолок, люстры с теплым светом, очень удачное интерьерное сочетание светлого камня и темного дерева. В отличие от лейпцигского ресторана этот, как ни странно, не погружает меня в далекое прошлое. Я ощущаю себя вне времени, или между временами. Сложно описать это состояние, но мне в нем комфортно.

Однако красота красотой, вечность и все такое, но и о хлебе насущном забывать не стоит. Пора отдать должное франконской кухне. В качестве хлеба насущного заказываю говяжий рулет, фаршированный беконом, огурцом, луком и горчицей с кнедлями. А еще знаменитое красное нюрнбергское пиво. За руль сегодня больше не сяду, до отеля прогуляюсь пешком. Зря, что ли, Штеффи мне столько всего выписала, на что стоит взглянуть по дороге?

После ужина, да еще и пива меня разморило. Уже не так хочется выходить на улицу и куда-то идти, осматривая по дороге красоты Нюрнберга. Я тяну время, пишу Стефании и Линде. А потом, отложив телефон, просто смотрю на реку. Светлое вечернее небо отражается в воде вместе с деревьями, окруженными желтовато-зеленой дымкой будущей листвы. Здесь заметно теплее, чем в Берлине, поэтому и природа выглядит иначе. И снова моя зазнайка-психотерапевт оказалась права. Солнце и климат влияют на настроение и состояние в целом. В сером холодном мире куда проще утратить радость жизни, и сложнее ее обрести. Звучит, как прописная истина, но стоит почувствовать ее на собственной шкуре.

Налюбовавшись рекой и вечерним городом сквозь стекло, наконец выхожу наружу. Пускай теперь кто-нибудь смотрит из окон на меня. А я пройдусь по мостам и вечерним улицам, пока прозрачные апрельские сумерки не сменились темнотой.

Начинаю с легендарного Моста Палача — маленького крытого деревянного моста над рекой Пегниц. Крытая галерея подсвечена теплым светом ламп на стенах. Снаружи видны узкие набережные и отражения старинных фахверковых домов в воде.

Перейдя мост, поднимаюсь на Вайсгербергассе — улицу, мелькающую на всех открытках и путеводителях по Нюрнбергу. Все те же фахверковые дома, подсвеченные фонарями и светом витрин многочисленных кафе и магазинчиков на первых этажах. Сверху между крышами — светлое небо с темными вставками облаков. Под ногами — брусчатка, чуть влажная из-за вечерней прохлады и близости реки.

Вопреки данному себе обету — не превращаться в туриста — все-таки выхожу к главной площади. Просто потому что близко и грех не зайти. Но, кстати, не жалею. Хауптмарк с внушительной Фрауэнкирхе в центре производит интересное впечатление. В первую очередь из-за пустоты. Очень странно видеть центральную площадь крупного туристического города не забитую толпами туристов. Не то чтобы тут совсем безлюдно, но народу не больше, чем на других улицах. Лично мне это видится большим плюсом. Сразу проникаюсь симпатией к этому месту. Присаживаюсь на ступени одного из зданий и смотрю на собор и подсвеченные мягким светом фасады домов.