На краю

Держи мою душу ...

Город вызвал во мне восторг, хотелось впитать в себя все краски, вдохнуть весь запах, этот маленький город вызывал кучу эмоций. Макс видел мой восторг, и веселился вместе сомной. Оставив меня на ступеньках возле причала, он побежал покупать выпечку, сказал, что я обязана попробовать. Я смотрела ему в след и думала, что мы, наверное, были счастливы в этом городе.

- Действительно вкусно, - мы сидели прямо на ступеньках и ели сопайпийяс, это такие конвертики из теста, которые жарят во фритюре.

Я не могла выговорить правильно название, а Макс издевался надо мной, и называл самой непутёвой ученицей.

- Это уже было ведь так?

- Ты что-то вспомнила?

- Нет. Но это должно было быть, это очень хороший момент, хочется запомнить и сохранить в памяти, – задумчиво ответила я.

- Пойдём дальше, – Макс, встал, и подал мне руку.

Я приняла протянутую им руку, он не отпустил, я не вырывала, мы шли по мощёным улочкам, миновали рыночную площадь, поднялись по ступенькам и пришли к зданию. Дом был выкрашен белой краской, на стенах изображены волны, заходящее солнце и птицы. Посредине прямоугольная вывеска с подсветкой, на которой красовалось название « шёпот океана, художественная галерея Вивьен Гарсия»

- Вывеску я повесил уже без тебя.

Сердце сжалось, мне стало нечем дышать.

- Красивое название,– выдавила я.

Я ходила по галереи рассматривала картины, моё внимание привлёк шкаф из красного дерева, на стеклянных полках стояли планшеты, в ячейках которых находились монеты. Видно было, что монеты старинные с красивыми узорами в виде солнца.

Я посмотрела на часы, время приближалось к вечеру.

- Макс давай вернёмся домой, – попросила я.

- В планах у меня пригласить тебя на ужин.

- Макс мне плохо, давай вернёмся, – я вышла на улицу, а Макс остался в галереи, видимо прощался с работниками.

- Ты даже не попрощалась, тебя были рады видеть.

- Я их не знаю.

- Зато они знают тебя. Что происходит в твоей голове?

- Всё в порядке с моей головой, отвези меня назад.

Я не могла позволить себе чувствовать что-то большее, чем ненависть.

В машине я тоже предпочла молчать, периодически посматривая на время.

На подъезде к дому в боковом зеркале я увидела два черных внедорожника с боку ещё один, и один перегородил дорогу. Макс выругался, – Сиди в машине. – нажал на тормоза.

Всё происходило так быстро, что я не успевала сориентироваться, наёмники падали один за другим, вокруг лежало оружие и лужи крови на земле, казалось ничего не способно остановить Макса. Выстрелы оглушали, некоторые машины задымились. Макс стоял ко мне спиной, когда я вышла из машины, я видела, что наёмников осталось считанное количество, и понимала, он поймёт, что я всё знала. Макс был ранен, но твёрдо стоял на ногах. Я испуганно подняла с земли оружие и долго не мешкая, выпустила очередь ему в спину. Видимо он знал, что за спиной кроме меня никого нет, потому - что повернув голову, я увидела, как от боли сжимаются его челюсти, черные глаза смотрели, прожигая ненавистью, выражение на лице сменилось, и он улыбнулся. Пошатываясь, сделал несколько шагов и упал. Я подошла ближе, он был жив.

- Ты предала меня.

Дверь самой последней машины открылась, я подняла глаза, к нам направлялся учитель. В руках он нёс бутылочку.

- На, влей ему в рот. Быстрее. У нас нет времени.- скомандовал он.

Я послушно взяла в руки бутылочку, открутила.

- Прости, – сказала я шёпотом. Опустилась на колени, Макс не сопротивлялся.

- Если для того, чтоб ты вспомнила, нужна моя смерть, пусть так и будет, до скорой встречи, – прошептал он, выпив яд с моих рук.

Учитель протянул кинжал: – Сделай это!

- Нет, я не могу, нет, нет, – мотала я головой.

- Всё закончилось, мы будем вместе, сделай это!

- Я не знаю куда.

- Вот сюда, всади кинжал, – показал учитель в область сердца.

Я взяла кинжал двумя руками, занесла над головой и вонзила в сердце Максу. Как только остриё вошло в плоть, на меня обрушился калейдоскоп воспоминаний.

Дугольд стоял позади, наверное, боялся подойти ближе. Я просто сидела и смотрела, как из под кинжала пульсирует кровь. Тонкими, тёплыми струйками она впитывалась в рубашку и растекалась под телом. Я старалась чаще моргать, чтоб прогнать накатившие слёзы, нагнулась к его лицу, он был всё ещё тёплый.

- Я всё вспомнила, прошептала я. Я тебя люблю.

Макс открыл глаза, чёрная пелена застелила белки глаз, по лицу расползлись вены чёрного цвета, он был очень слаб. Приподнял руку, я взяла его за ладонь и приложила к щеке, не сдержала эмоции, слёзы скатились с глаз и капнули Максу на лицо. Он еле слышно что-то шептал, я нагнулась ниже, пытаясь разобрать слова, как он схватил меня за руку выше локтя, кожу обожгло, я дёрнулась, и сбросила его руку, на коже остался чёрный отпечаток он как живой, разрастался на коже и тонкими змейками полз в разные стороны, превращаясь в чёрную татуировку. От локтя до шеи появились черные узоры, кожу жгло, я перевела взгляд на Макса, он был мёртв. Я поднялась на ноги, джинсы пропитались его кровью, повернулась к Дугольду.

- Что это было? – показала на руку я.

Дугольд сделал шаг назад, а мне дико захотелось его придушить, от этой мысли по телу пробежало возбуждение.

- Ты объяснишь мне, что это? – решила ещё раз задать вопрос.

- Я не знаю. – Дугольд маленькими шагами направлялся к машине.

- Ты врёшь! – я сама не понимала, откуда это знаю, но знала, точно знала.

- Вивьен я всё объясню. Я тебя люблю, мы отомстили за Эрика, понимаешь!

Он врал, значит, всё это время меня кормили ложью, во мне росла злость, это не походило на обычную злость, которую чувствует человек, эта была злость, приятная она расползалась по телу, она хотела разрушать и убивать, она как живая просила выпустить её. Я расслабилась, поддалась злости, всё вокруг задрожало, ветер поднял в воздух горы песка, земля потрескалась.

- Ты мне врал всё это время!!!- кричала я.