На краю сознания

Глава 16. Улей Разнообразия.

Утром я покинул свой дом. План устроить массовое убийство пользователей нейронета с целью вернуть их в объективную реальность казался мне, на первый взгляд, хорошим. Способ был проверен на себе, он действует, осталось только применить его ко всем пленникам. Но совершить массовое убийство людей для меня было непросто, даже несмотря на то, что разумом я понимал, что по-настоящему никто не умрёт. Что, если после этого кошмары будут мучить меня до конца жизни? А ведь конец жизни мог наступить в любой момент. Мое тело все еще умирает где-то в луже крови на асфальте.

А так ли хорош этот план? Что, если в нем есть какой-то подвох? Что, если мои сны в нейронете — не результат работы моего подсознания, а внушаются мне самим нейронетом, чтобы сбить меня с правильного пути? В письме Дарио говорилось о другом плане спасения человечества, неужели создатель нейронета не предусмотрел более простой способ? Он же не мог не знать, что выйти в объективную реальность можно при помощи смерти, но, тем не менее, предлагал другое решение.

Погруженный в свои мысли, я не сразу заметил, что Птица, Эдик и Лиза вопросительно смотрят на меня. Они уже собрались на крыльце моего дома на одну ночь и ждали, пока я высплюсь и выйду наружу. Интересно, а где и как они провели эту ночь? Тоже сотворили себе временные пристанища? Но Лиза ведь не умеет творить, разве не так?

— Все в порядке, Николас? Ночью я слышал какие-то странные звуки… — осторожно спросил Эдик.

Я кивнул. Что-то объяснять не хотелось.

— Какой у нас теперь план, командир? — спросила Птица.

— Я тут подумал, что есть один способ вытащить людей из нейронета. Всех и сразу. Мы ведь уже проверили этот способ! — я выдержал осторожную паузу. — Выход при помощи смерти.

— Это что же, ты предлагаешь нам убить всех пользователей нейронета?! — спросила Птица.

— Да, именно так.

Молчание. Лиза спряталась за Эдика, на ее лице был нескрываемый страх. Эдик открыл рот от изумления, и так и не смог произнести ни слова в ответ. Птица заговорила не сразу:

— А тебе не кажется, что этот план… Как бы это так поточнее выразиться? Не совсем этичен.

— А уместна ли этика, когда речь идет о судьбе человечества! Восьми миллиардов людей, которых обманом заманили в мир, где ты можешь создать свою мечту одним лишь усилием мысли, и заперли их в этих фальшивых мечтах! Человечество могло бы покорить звезды, а вместо этого оказалось запертым в воображаемом мире! И ты смеешь говорить об этике?!

— Господин Вильфрид, зачем так кричать? — прошептал Эдик. — Мы вас хорошо слышим.

Разве я действительно кричал? Что на меня нашло?

— У человека должен быть выбор, — сказала Птица. — Держать его запертым в нейронете — неправильно. Но и насильно вытаскивать в объективную реальность тоже неверно. У каждого должна быть возможность решить для себя, что для него подходит больше — реальность или мир его мечты. Кто мы такие, чтобы делать этот выбор за все человечество?

Я вспомнил Луизу и ее сына Мартина, для которого она создала идеальный в ее представлении мир, оградив его от всех бед и лишений. Мальчик с детства мечтал исследовать космос, и что же сделала его мать? «Я создам для него такие звезды, о которых в вашем „реальном мире“ никто и не мечтал! Это будет самый красивый космос для моего маленького космонавта!» Если мы не вправе делать выбор за все человечество, то вправе ли она сделать выбор даже за одного человека?

— Мы не должны вытаскивать людей из нейронета против их воли! — продолжила Птица. — Если в наших силах вернуть им возможность выхода, то мы сделаем это, и приложим к этому все свои усилия. Но принимать решение о том, выходить или остаться, каждый должен для себя сам.

— И какое же решение примешь ты сама? — спросил я.

Птица не ответила. Что происходило в ее птичьей голове? Что за личность скрывалась за этим нечеловеческим образом? Была ли на самом деле эта личность человеком?

— Мне тоже не нравится идея кого-то убивать, — сказал Эдик. — Можно же как-то иначе все сделать, мирным путём. В ближайших планах Джонатана было поискать союзников в Улье Разнообразия, может, не стоит отходить от этого плана?

В моем ночном кошмаре Даниэль Аллен намекал на то, что Фил находится в Улье! Да, он говорил о том, что искать Фила по всему Улью — не самое лучшее решение, по сравнению с простым убийством всех пользователей нейронета. Значит, по его мнению Фил находился в Улье? Но ведь этот разговор происходил не в реальности, и даже не в субреальности, а в моем страшном сне! Откуда эта мысль могла взяться в моем сне? Может, это просто ложная подсказка от нейронета?