На лезвии любви, или Я уже не маленькая!

5. На острие жизни

Примерно через час Марианна заворочалась в спальнике, вжикнула молнией и вылезла на воздух, пропитанный костровым дымом.

— Ты куда? — тихо прозвучало рядом. Племянница мысленно чертыхнулась, а вслух, демонстративно зевнув, просипела:

— В туалет. Куда тут можно?

— Далеко лучше не отходить, так что иди за дерево. — Хепберн указал подбородком направление и протер уставшие от бессонницы глаза.

Это самое пресловутое дерево, дрожащее тонким березовым станом на ночном ветру, стояло прямо на виду. Он издевается?! Хотя бы за палатку предложил отойти, и то она бы не согласилась, — но уже из-за своего плана.

Хотя, как опытный турист, Хепберн умолчал о втором варианте сознательно. Наверное, не стоит устраивать туалет там, где спишь.

— Я отвернусь, — добавила тактичная, так редко появляющаяся двадцать третья* личность Бродерика Хэппа, но Марианна отчаянно замотала головой:

– О нет, ни за что! Уж лучше я потащусь с саблей за угол, чем буду... при тебе! — видя, что опекун хочет возразить, она быстро добавила. — Если что случится, я буду громко кричать: ты услышишь.

*Билли Миллиган – человек с диагнозом "множественная личность". Его сознание расщеплено на двадцать три различных личности.

Куда проще было бы людям и дяде в частности, если бы здесь как надо работали хотя бы перцовые баллончики. Но нет! Под действием мутационита любой газ (в том числе и в стрелковом оружии) менял свою структуру и действовал совершенно не так, как должен был.

Из-за этого дышать воздухом Леса длительное время – опасно для здоровья. Но Марианна и не думала задерживаться здесь. У нее было две цели, и, как минимум, одна осуществилась. Но этого недостаточно!

Девушка с трудом сдержала довольную ухмылку, когда услышала угрожающее:

— Иди, и быстро возвращайся, иначе через минуту я сам пойду тебя встречать.

— Есть, сэр! — тщательно скрывая злобную радость, воскликнула Марианна, и, подхватив перевязь с клинком, поспешила за угол. Ура! Первая часть плана выполнена успешно!

Вторая начала реализовываться, когда Хепберн, озабоченный ее долгим отсутствием, двинулся следом, держа свое оружие наизготовку. Переживает, хе-хе!

Марианна внимательно наблюдала за ним из-за кустов, буйно растущих на пересечении улиц. Через десяток секунд она с непонятным чувством осознала, что любуется грациозностью поджарой фигуры и текучими движениями опытного бойца. В вихрастой фиолетовой голове засвербела мысль: как же функционирует правая рука родственника — ведь, по словам своего информатора, дядя получил страшную травму?

«А что, если он сейчас беззащитен, и изображает, что все под контролем, для моего спокойствия?» – возникла душераздирающая мысль, но Марианна поспешила отринуть ее. Не хватало из-за глупых догадок сорвать весь план!

Да, она задумала очередной побег. Да, она нарушает свое слово. Но этого бы не случилось, если бы дядя не оскорбил ее своим недоверием! Самодовольный индюк!

Он еще побегает за ней... Да! А нечего строить из себя злого опекуна!

Но все не ради него, пусть не обольщается. Марианна просто надеется найти доказательства или подсказки относительно поведения тигроида. Что-то в Лесу странное творится… А ждать, пока она обучится навыкам выживания да пока станет совершеннолетней — совсем неохота!

Наконец-то Хепберн отошел на приличное расстояние от места ночевки, и девушка, как ужаленная, выскочила из убежища. Сердце билось где-то в районе горла.

Острые ветки кустов не хотели отпускать свою добычу, но не смогли остановить ее. Подбежав к собственному рюкзаку, Марианна закинула его себе за спину и на ватных ногах побежала обратно в убежище, моля не попасть в поле зрения мужчины.

Ей повезло. Успев замереть в зарослях, Марианна услышала, как Хепберн возвращается, негромко зовя ее по имени. Внутри все сжалось. Было нелегко заставить себя следовать плану, когда знаешь, что о тебе в эту минуту искренне беспокоятся.

Но Марианна не станет жалеть этого человека. Она должна выполнить то, что задумала! Этот узурпатор не дает ей свободы? Она вырвет ее своими зубами! И докажет серьезность своих намерений.

Ее цель стоит того, чтобы за нее бороться!

Заметив, что дядя нырнул обратно в тупик, к костру, Марианна со всеми предосторожностями покинула место стоянки. «До встречи, Бродерик Хепберн... Я слишком тебя ненавижу, чтобы жалеть твои чувства».

Но что-то внутри противилось решению уйти, и это было отнюдь не здравомыслие.

«Я же все сделала правильно. — Уговаривала себя Марианна, крадучись идя по темному Лесу, держа в одной руке слабый фонарик, а в другой — подрагивающую саблю. — Тогда почему мне так нелегко уходить?..»

Непонятная тоска упрямо не хотела выметаться, игнорируя все попытки устранения. Вскоре ее сменила апатия. Марианна все чаще стала клевать носом. Перед глазами возникли картинки ее обычных фантазий: дружелюбно настроенные мутанты, ластившиеся к девичьим рукам. Грезы расслабляли и усыпляли.

Даже когда в паре метров от миниатюрной фигурки мелькнул черный силуэт, Марианна, не вздрогнув, продолжила идти вперед сомнамбулическим шагом.

Страшно стало потом, когда слабый луч света вырвал из темноты чью-то оскаленную морду, находящуюся в считанных шагах от своей добычи. Девушка вскрикнула от неожиданности и очнулась. Заработали инстинкты: рука с саблей сделала выпад, ноги отнесли тело на пару шагов назад.

Зверь зарычал от боли и исчез в темноте. Марианна нервно закрутилась на месте, пытаясь фонариком отыскать нападавшего, но тщетно. Ночь молчала, усыпляла, сабля казалась самым тяжелым оружием на планете...