На маникюре у кота

Глава 23

День до полнолуния. Сава сидел в пустой комнате с зеркалом в кресле и наблюдал за Ягиней, которая упрямо поджав губы, готовилась к ритуалу призыва души из потустороннего мира. Она выпила укрепляющий отвар, разложила под зеркалом ароматные травы и расставила по углам большие толстые свечи.

Сама Ягиня преобразилась, распустила черные волосы, ступала по полу босыми ногами, и было на ней только расшитое красными узорами черное льняное платье, схваченное на талии сплетённой замысловатой косичкой веревкой. А за поясом был заткнут тонкий кинжал с резной деревянной ручкой.

Ягиня подошла к зеркалу, провела пальцами по четырем его сторонам, оставляя на нем вспыхнувшие и сразу погасшие защитные символы. А потом отошла на шаг назад, прикрыла глаза и, слегка расставив руки в стороны, зашептала заклятие призыва.

- Перстами веду, с Нави в Явь проведу, всему черному – ни доступа, ни полудоступа, омут отворись, светлое ко мне явись, в руках одиннадцать ключей, последний ключ, встань пред моих очей!

Зеркало задрожало и завибрировало сразу же. Кот даже моргнуть не успел. А потом поверхность зеркала начала стремительно темнеть и изнутри послышался жуткий вой.

Сава соскочил с кресла и подскочил к ведунье, выгнув спину, подняв воинственно хвост трубой и угрожающе оскалился.

А зеркало дрожало, билось о стену, грозя упасть и разбиться. И изнутри него словно колотил кто-то большими кулаками, пытаясь разбить. На очередном ударе на зеркале появилась первая трещина.

Ягиня напряженно вцепилась руками за края зеркала по бокам и зашептала очередное заклинание.

- Черному сюда доступ закрыт, великий огонь на страже стоит, силы великие в помощь призываю, все лихо и зло из зеркал изгоняю!

А шерстка Савы пошла мелкими искорками, которые поднимались вверх и плыли к раме зеркала, впитываясь в тех местах, где чертила ведунья защитные руны.

Зеркало дрогнуло еще один раз и шум прекратился. Ягиня сделала пару глубоких вдохов, тяжело дыша. Кот прижался к ее ногам, делясь своей силой. И ведающая, сделав минутную передышку повторила призыв.

- Перстами веду, с Нави в Явь проведу, всему черному – ни доступа, ни полудоступа, омут отворись, светлое ко мне явись, в руках одиннадцать ключей, последний ключ, встань пред моих очей!

Подернулось отзывчиво зеркало белой дымкой, прогоняя черноту, заклубилось белым паром. И только чуткое ухо кота уловило легкий тонкий перезвон. И проступил в зеркале призрачный силуэт маленькой седой старой женщины с бледно-голубыми глазами. Она стояла прямо и спокойно смотрела на Ягиню и кота, опустив морщинистые натруженные руки с аккуратными овальными ногтями, сцепив их перед собой в замок. Ее силуэт постепенно уплотнялся, принимая все более четкие очертания. Простая длинная белая рубаха-платье, аккуратный гребешок в седых прямых, чуть ниже шеи, волосах.

Ягиня устало отпустила края зеркала и отступила на пару шагов назад, слегка пошатнувшись. Кот обернулся в сторону кресла и сверкнул орехово-золотыми глазами. И то послушно переместилось к Ягине, чтобы она осторожно в него опустилась, благодарно посмотрев на своего кота-напарника. А потом снова перевела взгляд на зеркало.

- Имя? – слегка осипшим голосом спросила Ягиня.

Встрепенулась женщина в зеркале, перевела взгляд с Ягини на кота, задержалась на нем пару минут и снова сосредоточилась на ведунье.

- Мария, - и после этого сверкнула золотом рамка и медленно погасла и утих слышимый только Саве тихий перезвон.

- Старейшая в роду, - прошептала Ягиня, наблюдая за блеснувшей рамой зеркала, устало откидываясь на спинку кресла.

Женщина в зеркале молчала, терпеливо ожидая, что скажет Ягиня. Ушедшей на перерождение душе спешить некуда, у нее вечность для выбора. То ли идти на новый виток жизни, то ли отдохнуть в Нави от всего пережитого на земле. То ли самой стать частью силы потустороннего мира, очистившись в огне от всего тяжелого и ненужного, обременяющего светлую душу.

- Поведай нам свою историю, Мария, поделись нажитой мудростью, - уважительно обратилась к отражению Ягиня.

А вокруг Марии неожиданно сверкнули молнии, волосы женщины встали дыбом, глаза побелели, а сама она стала более прозрачной.

- Не ведаешь, о чем ушедшую душу просишь, - глубоким загробным низким голосом заговорила Мария. – Мертвое тревожишь, забытое поднимаешь.

- Прости меня, светлая душа, - уважительно встала и слегка поклонилась Ягиня, - Но силой крови и рода прошу тебя о помощи. Великое равновесие под угрозой.

Достала из-за пояса Ягиня тонкий кинжал и полоснула по руке острым лезвием. И окровавленную ладонь приложила к поверхности зеркала, которое жадно впитало в себя сильную кровь ведающей.

Опустились белые волосы Марии и обрели снова свой бледно-голубой цвет глаза, утихли грозовые молнии за спиной призванной души, и уплотнилось полупрозрачное тело.

- Прими мою историю на оплату, - произнесла торжественно Мария и подернулось все зеркало снова дымкой, чтобы показать все, что готова была открыть ушедшая в потусторонний мир душа.