На моих условиях

Глава 4

- Что ты думаешь о Максиме Андрееве? - интересуется отец, когда гости, наконец, покидают наш дом.

- Почему я должна о нем что-то думать? - настороженно отвечаю я, отставляя в сторону чашку с недопитым кофе.

- Он привлекательный молодой человек. Мне показалось, вы нашли общий язык.

Знал бы ты папа, насколько далек от истины, думаю про себя, но вслух произношу:

- Он наш гость. Разумеется, я должна была найти с ним общий язык. Это ведь важно для тебя.

Встаю со стула и, сократив расстояние между нами, обнимаю отца за плечи. Весь день он выглядел крайне напряженным и сосредоточенным, поэтому мне хочется поддержать его. Что бы там ни было, уверена, он справится – если подумать, я не знаю более сильного человека, чем папа.

- Такие парни как он нравятся девушкам, - продолжает он, будто не замечая моего порыва. - Максим умный, образованный и очень хорош собой, а ты ни с кем не встречаешься.

Слова отца вызывают у меня недоумение – даже не вспомню, когда он в последний раз так живо интересовался моей личной жизнью. Да и нервное напряжение, в котором я нахожусь весь день, берет свое. Я устала и хочу вернуться в свою квартиру, чтобы спокойно провести остаток дня перед завтрашней съемкой, а не обсуждать сомнительные достоинства Максима Андреева.

- Пап, - говорю мягко, делая вид, что не расслышала завуалированного смысла его слов. – Я поеду домой, ладно?

- Андреев - выгодная партия, - не унимается он.

- Партия? – я хмурюсь, сбитая с толку его настойчивостью. – Я не понимаю, о чем ты говоришь.

Отец поднимается с кресла, в котором сидел все это время, и подходит к окну. Теперь он стоит ко мне вполоборота, но я вижу, насколько бледным и осунувшимся он выглядит.

- У нас серьезные финансовые затруднения, Влада, - говорит он голосом, лишенным всяческих эмоций. - Брак с Максимом Андреевым их решит.

Что-то внутри меня болезненно сжимается, но я почти уверена, что просто неправильно все поняла.

- Пап, какой брак с Андреевым? - восклицаю я. – Я его едва знаю! И я Костю люблю, ты же знаешь. Да, мы пока не встречаемся, но…

– Ты, должно быть, шутишь! - одним взглядом отец заставляет меня замолчать. По мрачному выражению его лица понятно, что смеяться он не намерен. - Любовь, Владлена? Это сказка! В реальной жизни существуют только долг и ответственность.

- Но ты любил маму, - напоминаю я. – А я люблю Костю. Ты ведь знаешь, какой он хороший, и ты дружен с его родителями.

- Послушай меня, - отец даже не повышает голоса, но в нем появляются металлические нотки. Когда он так говорит, громкость не имеет значения. - Мы с твоей матерью были из влиятельных семей с хорошим достатком. Это всегда было первоочередным. Нам просто повезло, что у нас возникли взаимные чувства. А у твоего Кости отец едва наскребает денег на отдых на Сейшелах для жены.

- Причем тут это?

- Чушь не пори! – велит он. - Андреевы решат все наши финансовые проблемы. И ты ни в чем нуждаться не будешь.

- Мне это не нужно, - говорю я, мотая головой. – Нам это не нужно. Скажи мне, сколько денег необходимо. У меня есть сбережения. И ты же знаешь, работа у меня тоже есть.

Отец подходит к столу и зажигает сигару, пуская в воздух клуб дыма.

- Очевидно, масштабы бедствия ты не улавливаешь, - мрачно констатирует он. - Если ты не выйдешь замуж за младшего Андреева, мы лишимся всего. Этот дом, дом на побережье, машины, даже твоя квартира в залоге у банка.

Потрясенная его словами, я опускаюсь на диван. Я всегда считала себя миролюбивым человеком, но сейчас впервые хочу причинить боль другому существу. Хуже всего, своему отцу.

- Но как все зашло так далеко? – бормочу я, пытаясь прийти в себя от шока. – У нас же все было, ты работал все время?..

Лицо отца напрягается. Он отводит глаза, и на мгновение мне кажется, что ему стыдно.

- Что ты сделал папа? – требовательно спрашиваю я. – Я хочу знать.

- Несколько невыгодных вложений, - отмахивается он. – Бизнес – это всегда риск.

- Но ты на госслужбе! – восклицаю я.

- Ты в этом ничего не смыслишь, Влада! – отрезает он, явно не желая продолжать эту тему.

Я часто дышу, стараясь найти выход.

- Мне предлагали хороший контракт в Париже, - говорю я, наконец. - Из-за мамы я отказалась, но, если это необходимо, я его подпишу. Мама под присмотром и...

Отец смотрит на меня почти со злостью. На его щеках вздуваются желваки. И хотя внешне он держится спокойно, яростный блеск в глазах выдает его истинные чувства.

- За содержание матери в клинике мы платить не можем. Не осталось ничего, понимаешь? – чеканит он. - Ты можешь уехать, но тогда она окажется на улице. И я тоже. У нас долги перед клиникой за три месяца. Ты хоть представляешь, какая это сумма? Я договорился с главврачом, но дольше ждать он не готов. Мои кредиторы ждать тоже не будут. Если правда о нашем финансовом положении станет известна, я, вероятно, лишусь места в министерстве.

Я закрываю глаза и прячу лицо в ладонях. Не верю. Отказываюсь верить в эту чудовищную правду. И тут вдруг вспоминаю о Максиме Андрееве – его образ живо возникает перед глазами, затмевая все остальное.

- Зачем это Андреевым? – спрашиваю бесцветным голосом. - Что им от этого брака? Вряд ли у Максима есть недостаток в поклонницах.

- У меня есть определенное влияние, - говорит отец с совершенно неуместной в этой ситуации гордостью. - Я помогу Игорю Андрееву провернуть несколько крупных сделок. В итоге, в выигрыше окажемся мы оба.

- Если ты можешь обменять свое влияние на деньги, зачем впутывать меня? – спрашиваю я растерянно. - Пусть они заплатят твои долги, а ты помоги им.

Отец недоуменно вскидывает брови.

- Мне нужны гарантии.

О, Господи! Я бледнею. В одно мгновение я испытываю шок, отчаяние, гнев – просто отказываюсь верить в то, что сказал отец.

- Чья это была идея? - требовательно спрашиваю я. - С браком?

- Ты будешь в безопасности с Андреевыми, - отвечает он уклончиво. – Все наши договоренности будут в безопасности. Ваш союз объединит две семьи, две хорошо известные фамилии.