На неведомых дорожках

Глава 7

Едва рассвело, Отрада подняла меня и пригласила к столу. Она с улыбкой наблюдала, как я плескала в лицо студёной водой, и подала ярко расшитое диковинными цветами полотенце. Вода согнала сон и к столу я подошла, испытывая такой голод, словно вчера не ужинала.

Михал уже занимался лошадьми. Наблюдая в окно за кузнецом, удивилась, как спокойно животные переносят его присутствие. На мой вопрос Отрада сообщила, что лошади у оборотней не такие, как у людей. Выведены давно, ещё предками, и оборотней не боятся.

Заметив, как мне приглянулись ладные крепконогие скакуны, Отрада заметила:

-- Ты на эльфийских коней посмотрела бы. Вот это сказка. Да только они, кроме эльфов, никого не возят. Редкий случай, если такой скакун соглашается послужить другой крови.

-- А почему так?

-- Так каждый народ лошадей под себя выводил. Наши живут недолго, а эльфийские почитай тысячу лет проживут, и всё ещё легки на ногу. А гномы своих вывели. Им и на наших-то не сесть, куда там до эльфийских.

-- Посмотреть бы.

Отрада вздохнула:

-- Если всё смотреть, твоей жизни не хватит.

Что оставалось возразить? Только вздохнуть в ответ.

Михал ввалился в дом. Половицы заскрипели под тяжёлыми шагами.

-- Ну, готова?

Кивнула, дожёвывая кусок.

Отрада протянула узелок, полный снеди.

-- Возьми, путь неблизкий.

Я пошарила глазами по своим вещам. Потянулась к торбе Яги, и выудила из неё расшитый петухами рушник. Протянула молодой хозяйке.

-- Отрада, у меня ничего нет. Правда, сунул мне Ванечка, чтобы утираться. Может, возьмёшь на память?

Михал перехватил рушник у меня из рук.

-- От Яги, говоришь?

Внимательно рассмотрев рушник, он взмахнул им, и кинул на стол. И тут же на столе оказалась белоснежная скатерть с сервировкой. Вот только многие блюда выглядели полупустыми. Мы с Отрадой ахнули.

-- А я им лицо да руки вытирала!

-- Ну, от этого она хуже не стала. Не простой это рушник - скатерть-самобранка. Выдыхается, надо заряжать,-- добавил он, осмотрев блюда.

-- Вот и заряди,-- довольно кивнула я. Потом спросила:-- А неприятностей от Яги не будет?

-- Не будет. Только тебе она пригодилась бы...

Замотала головой.

-- Ну, уж нет. С такой скатёркой через месяц ни в одну дверь не пролезу. Тут всяких вкусностей столько, что есть буду, пока не лопну. Так что оставляю вам.

Отрада, довольная подарком, быстро сложила рушник и унесла. Михал тем временем попросил показать, что ещё прихватила у ведьмы.

Рассмотрел внимательно сапоги, котомку. Оказалось, кроме припасов, хозяйственный домовой положил ещё свечной огарок, большой клубок, который неожиданно начал рваться у Михала из рук, едва тот выудил его из котомки, совсем уж непонятно зачем уложенный в дорогу, мой отстиранный костюм, кусочек тростника...

-- Сумка твоя с секретом, в неё много чего положить можно, тяжелее не станет. Только надо осторожной быть - не порви, иначе всего, что положила, лишишься. У нас с такими купцы ездят. Удобно, практично. Огарок - свечка самосветная. Если попадёшь в место тёмное, он выручит - сам зажжётся и дорогу осветит. Постарайся его никому не показывать - вещь редкая, охотников на такую редкость много.

- Клубок дорогу показывает? - кивнула на непоседливый предмет.

- Верно, только учти, он вырвется при первом удобном случае. Так что держи крепче, а желательно нить привязать к поясу - тогда далеко не убежит. И каждый раз, прежде чем его использовать нитку проверяй - порвётся, не вернёшь, а вот он может к Яге вернуться и её на тебя вывести. Вещица полезная, но коварная. Ты поосторожней с ним.

- А тростник мне на что?

- Знал бы - сказал. Ладно, жизнь подскажет. Тебе, смотрю, сумку знаток собирал.

Кратко рассказала о приятелях, оставшихся у Яги.

- Не тревожься за них. Когда домой вернёшься, домовой придёт, раз пригласила. Для их породы нет границ между мирами. Они существа изначальные, к духам относятся. Магии в них самих не много, но пользоваться ею могут, так что он, если захочет и кота приведёт. Правда не уверен, сможет ли кот у вас там говорить. Сомневаюсь.

- А домовой его понимать будет?

- И домовой его, и он домового. И тебя он будет понимать, вот только разговаривать... - Михал развёл прокопченными ручищами.

- Что ж, рада буду, если свидимся с ними.

Вышли на крыльцо. Проводник, не отличавшийся от человека парнишка лет пятнадцати, уже сидел верхом. Михал внимательно осмотрел меня и довольно кивнул. Надо сказать, одежда, выданная домовым, оказалась удобна и практична. Вот только, как отнесутся к моему виду люди, к которым еду.

Отрада принесла подбитую мехом неизвестного мне животного жилетку с капюшоном, с застежкой в виде волчьей морды. Талисман я так и оставила на талии, спрятав под одежду.

Михал подвел высокую кобылу, недовольно осмотревшую меня карими с лиловым отливом глазами. С первого взгляда коняжка определила, что верхом ездить не умею. Разумеется, пока Михал подсаживал меня в седло, она стояла смирно, изображая рабыню на плантациях. Но стоило нам тронуться с места - тут же показала что почём.