На осколках сердец

6.

Мужчина резко дал по тормозам, сворачивая к обочине, когда на его телефоне заиграла не знакомая мелодия. Заглушив двигатель, он на секунду прикрыл глаза, резким движением пальца провел по экрану и поднес сотовый к уху, молясь, чтобы новости были хорошими.

-Слушаю.

Краткое мгновение тишины, после чего раздался до боли родной голос, пробивая насквозь знакомыми нотками, доводя до дрожи во всем теле, до онемения в пальцах рук, увеличивая сердцебиение и затрудняя дыхание. Сергей испытывал огромное чувство облегчения, перемешанное с желанием кое-кому промыть мозги.

-Мне сказали ты спрашил про меня.

Если судить по голосу, можно подумать, что в жизни его жены ничего не изменилось. Легкая надменность и равнодушие, присущие ей в момент обиды, никуда не делись. Она всегда так разговаривала с ним, случались ли ссоры или разногласия, эта манера показывать свое недовольство, вносить холодность в отношения, раздражала его, бесила и частенько давала повод думать, что они друг другу стали чужими. Постепенно, причины размолвок стирались из памяти, передвигались на задний план и забывались под давлением бытовых проблем. Работа съедала все его свободное время, воруя вечера и выходные, сведя общение с женой до дежурных вопросов «как дела?». Редкие звонки и сообщения «когда будешь?» и «уже еду», были нормой. Сергей понимал, что нужно что-то менять, но появлялись новые не отложные дела, а он все уговаривал себя, что ничего страшного не произойдет, успеет, поговорит, ведь Ника его любит и все поймет. Вскоре приходить домой, где вместо улыбки ждал осуждающий взгляд и коротко брошенное «ужин на столе», стало хуже всего. Единственное, что еще поддерживало брак, кроме дочери, это наполненные нежностью и страстью безмолвные ночи. В постели никто не выяснял отношений, не упрекал, не требовал, намеренно не включал свет, чтобы посмотреть в глаза. В эти часы за дверью спальни оставались мужчина и женщина, избегающие тяжелого разговора.

Перед тем, как уснуть, ему казалось, что утром все будет так, как раньше и вернутся легкость в общении, понимание с полуслова, вера в «долго и счастливо». Но этого так и не произошло. Ника отдалялась, погружалась в свои мысли и почти не замечала мужа, Сергей же мрачнел с каждым днем. В один из таких вечеров, он не выдержал – ушел.

Это сейчас ему было понятно, что страх перед серьезным и откровенным разговором с женой, сыграл с ними злую шутку, чуть не ставшей причиной страшной трагедии. Как же он мог недоглядеть, допустить подобное, и как ему исправить все, что натворил? Для него Ника была и навсегда останется настоящей любовью, пусть ему придется не просто, но, хуже, чем сейчас, без нее, уже не будет. Прочистив горло, Сергей понизил голос до еле слышного хрипа.

-Прости меня.

Секунды переходили в минуты, мучительные и бесконечно отчаянные, сводящие с ума. Сергей сжал руль и повернул ключ в замке зажигания, ему нужно найти Нику. Им нужно поговорить.

-Мне разрешили вернуться домой. Мы с Варей у больницы, заберешь?

-Конечно. Сейчас буду.

Никто из них не прерывал звонок, оба вслушивались в тишину, нарушаемую редкими звуками улицы, и ждали, что, возможно, кто-то первым решиться сказать чуть больше, откровеннее. Скоро он был на месте. Вышел из машины и раскинул руки в стороны, теплой улыбкой приветствуя бегущую к нему на встречу дочь. Варя бросилась к отцу и крепко обняла его, немного поругав за длительную командировку.

-Давай ты больше не будешь уезжать так надолго, договорились?

-Договорились.

Он поцеловал ее в макушку и отпустил на землю.

-Обещаешь?

Девочка хитро прищурила глаза и притопнула ногой.

-Обещаю.

Сергей отвечал дочери, а сам не сводил глаз с жены. Боже, что с ней произошло? Кто это сделал? Во всем виноват он. Главное, за что мужчина ненавидел себя и не никогда не сможет простить, это свое отсутствие. Если бы он не ушел и оставался рядом…

-Я устала, поехали.

Ника села вперед и пристегнула ремень, удивляясь, что тоска и чувство вины в глазах мужа были не поддельными. По дороге, она в тысячный раз задавала себе один и тот же вопрос «зачем же тогда он ушел »? С того момента, как позвонила и услышала «прости», ей так хотелось оказаться в его крепких руках, прижаться к твердой груди и почувствовать себя в безопасности, плавиться в тепле ласковых слов. Только бы он вернулся.

А сейчас душила обида, подбивая на грубые обвинения и громкое выяснение отношений. Ника впервые в жизни хотела ударить его, унизить, выместить всю свою боль, чтобы он почувствовал хотя бы крохотную каплю того ада, на который обрел ее. Вот уж чего она себе никогда не представляла, так это падения до рукоприкладства. У них, как и в любой нормальной семье, слова, всегда стояли на первом месте и для Ники, прожить столько лет вместе с любимым, а потом поднять на него руку казалось не мысленным и не правильным.

Счет до десяти вернул контроль, отодвинув эмоции в сторону, вновь откладывая разговор.

Ника стояла на пороге ванной комнаты, не решаясь пройти вперед. Надя рассказала ей, что приезжала утром, проверить и закрыть квартиру, но про уборку промолчала. Здесь больше не осталось ничего, что могло напомнить о вчерашнем безумстве, даже полотенца висели новые. Яркие, с большими голубыми цветами, такие Ника не стала бы покупать, настолько они не вписывались в выбранную ею цветовую гамму. Губы дрогнули в легкой улыбке при взгляде на купленный Кириллом костюм, видимо, эти двое все-таки решили внести немного радостного и разбавить ее пасмурную жизнь.

-Фуф, спасибо, ребятки.

Ника сделала глубокий вдох и перешагнула порог, закрыла дверь на замок, скинула с себя одежду и открыла воду. Нежиться в ванной и мысли не возникло, но принять душ было просто необходимо. Хотя бы так, используя воду, как прикрытие, можно поплакать, а если спросят, почему красные глаза, свалит на попавший шампунь.