На острове с миллиардером

Глава 1. Без права на провал

Первое письмо от банка я не открыла три дня. Не из страха — из принципа. У меня есть правило: если игнорировать проблему достаточно демонстративно, иногда она решает, что обозналась адресом, и уходит сама.

Не ушла.

Второе письмо пришло заказным. Я расписалась за него с лицом человека, который только что получил приглашение на свадьбу бывшего — то есть с улыбкой, за которой прятался полноценный нервный срыв.

Третье письмо пришло уже не письмом, а звонком. Девушка из банка говорила вежливо, профессионально, с той интонацией, которая обучена не звучать угрожающе, даже когда содержание — чистая угроза.

— Марта Сергеевна, по кредитному договору номер... образовалась просрочка... в случае дальнейшего нарушения графика мы будем вынуждены инициировать процедуру взыскания через залоговое имущество...

Залоговое имущество — это моя квартира. Тридцать два метра, которые я выплачивала шесть лет, прежде чем превратить их в обеспечение по кредиту на расширение нашей с Ильёй компании. Кредит, который должны были гасить мы оба. Кредит, который теперь гашу я одна, потому что Илья — гений переговоров не только с клиентами, но и с банками.

Пока я пыталась спасти проект, который тонул, Илья тихо встретился с нашим кредитным менеджером и обсудил «реструктуризацию ответственности». Я узнала об этом постфактум, из документов, которые подписала сама, не читая внимательно, потому что была занята спасением утопающего бизнеса, а не подстраховкой собственной задницы.

Спойлер: бизнес утонул. Задница осталась непрокрытой.

Теперь у меня долг полтора миллиона, квартира в залоге и бывший партнёр, который на интервью для отраслевого издания сказал, что «искренне сожалеет о ситуации и желает Марте сил».

Сил, Илья. Спасибо. Очень помогло.

* * *

Я сидела в кафе напротив банка — выбрала специально это место, чтобы видеть здание, в которое только что зашла, как заходят в кабинет хирурга — и листала вакансии, когда раздался звонок с незнакомого номера.

— Марта Лаврова? — спросил мужской голос, уставший и торопливый одновременно. — Это Виктор Аркадьевич, владелец отеля «Белая бухта». Мне дали ваш номер коллеги, сказали, вы — лучший антикризисный управляющий, который сейчас свободен.

«Свободен» — хорошее слово для «никто не хочет со мной работать».

— Слушаю, — сказала я ровным голосом, который не выдавал, что я только что обсуждала с банком, насколько я близка к статусу «бездомная».

Он рассказал быстро, нервно, как рассказывают люди, которые понимают: ещё один сезон в минус — и спасать будет нечего. Отель на острове. Полупустой. Сезон через три недели. Персонал на грани увольнения. Соцсети мертвее, чем моя кредитная история.

— Контракт на три месяца, — сказал он. — Фиксированная ставка плюс бонус по результатам сезона. Серьёзный бонус, если справитесь.

Я посчитала в уме за полторы секунды.

Серьёзный бонус — это почти весь долг. Не весь. Но достаточно, чтобы перестать просыпаться в четыре утра и слушать, как колотится сердце от звука уведомления на телефоне.

— Когда нужно быть на месте? — спросила я.

— Вчера, — честно сказал он.

— Буду послезавтра, — сказала я.

Положила трубку. Посмотрела на здание банка через дорогу.

— Ну что, — сказала я вслух пустому столику напротив. — Кажется, у меня появился план получше, чем сидеть здесь и медленно умирать от стыда.

Официантка посмотрела на меня странно. Я не стала объяснять. Некоторые разговоры лучше вести с самой собой, без свидетелей.

* * *

Сборы заняли один вечер. Это говорит либо о моей эффективности, либо о том, насколько мало у меня осталось вещей после того, как часть имущества пошла на покрытие срочных долгов. Я предпочитаю первую версию — звучит достойнее.

Два чемодана. Рюкзак с двумя ноутбуками — рабочий инструмент, без него я не функционирую. Сумка с тремя килограммами кофе в зёрнах — медицинская необходимость, не обсуждается, я и так теряю слишком много нервных клеток в последнее время, кофе хотя бы не предаёт.

Маме я наврала, что еду на интересный проект на острове, «очень перспективный, отличная команда». Не наврала про остров. Наврала про всё остальное — команды я ещё не видела, перспективность измеряется суммой в строке «бонус», а не творческим ростом.

Лучшей подруге Саше наврать не получилось, потому что Саша знает меня двадцать лет и слышит ложь по интонации голоса даже через текстовое сообщение.

«Марта, ты точно в порядке?» — написала она.

«Буду в порядке через три месяца, если всё получится», — честно ответила я.

«А если не получится?»

«Тогда буду неплохо разбираться в банкротстве физических лиц. Полезный навык».

Саша прислала мне фотографию защитного амулета из эзотерического магазина рядом с её домом — «на удачу, не спорь, просто возьми с собой энергетически». Я не взяла. Зато взяла три книги по антикризисному управлению отелями и блокнот, в котором с этого момента собиралась записывать каждый шаг.

В шесть утра следующего дня я уже стояла в очереди на паром с двумя чемоданами и лицом человека, у которого всё под контролем.

Лицо — бесплатно. Контроль — за дополнительную плату, которую я пока не могла себе позволить.

* * *

Паром шёл четыре часа. Вокруг были туристы — счастливые, лёгкие, с рюкзаками вместо рабочих ноутбуков. Одна пара кормила чаек с руки. Мужчина в соломенной шляпе пил что-то из термоса с видом абсолютного довольства собой — видимо, у него не было кредитного менеджера, который знает его по имени.