На перекрестках подземелья

4 глава

На военном совете вечером, который после кровавого боя и ранения герцога, проходил в господских покоях, решались два самых важных вопроса: кто пойдет в лагерь врага, а кто – искать дорогу к Большому винному погребу.

- К имперцам пойдет Олиант, - военачальник опёрся здоровой левой рукой о стол, правая держалась на перевязи, - в последней атаке его раненный брат попал к крестоносцам, Олиант видел со стены, как они пытали брата, после сожгли на костре живьём. Воин горит желанием отомстить.

- В летнюю ярмарку он на шесте плясал и публику развлекал? - уточнила герцогиня.

Бальтцель кивнул головой в подтверждение.

- Смышленый, - герцогиня задумалась, - сможет любую игру завести. Владение мечом тут недостаточно, нужно владеть головой.

- Через подземелья в Большой винный погреб много лет никто не ходил, - герцог кусал губы и мял простыни руками, - даже отец ни разу не водил меня. Мы два века ни с кем не воевали, Всевышний спасал.

- В Большой винный погреб спускались от южной башни, - подтвердил Бальтцель, - я другого прохода не знаю.

- Придется идти через двор, - герцог откинулся на подушки, - но он просматривается с деревьев холма. И если в замке есть предатель, сразу доложит про погреб. Подземельем много надежнее.

- Я нашла на карте проход к Большому винному погребу, - Лизерли выждала, когда первыми выскажутся мужчины, - переходы трудные, но я смогу найти дорогу.

Все замолчали и посмотрели на хрупкую герцогиню. Ее привыкли видеть с детьми в саду или на троне рядом с супругом, но не в мрачных подземельях.

- Нет, - однозначно вскричал герцог, - мы не можем рисковать вами. Всем известно, что подземелья не всегда совпадают с картой, в них легко заблудиться и не найти дорогу обратно.

- Я все продумала, ваша светлость, - герцогиня присела перед супругом в поклоне, - мы будем натягивать веревки, ставить охрой знаки на стенах, и не заблудимся.

- В подземелье полчища крыс, - не сдавался герцог, нежно любящий супругу, - да и проходы не везде позволяют ходить, по некоторым придется ползти. Нижние вообще могут быть затоплены тухлой водой. Это опасно.

- Ваша светлость, - герцогиня смотрела в глаза супругу, - позвольте не согласиться с вами. Да, проходы на карте обозначены разно: линиями и штрихами. Прощу поверить мне, ради спасения наших детей и замка, я пролезу в любой проход. К тому же, карта с подземными ходами не может попасть в чужие руки. Только члены семьи Гандшрон могут ею владеть. Сейчас не время для раздумий. Надо действовать незамедлительно. А крысами из подземелья три месяца кормим свиней. Сын нашей кухарки Йост с друзьями прекрасно наловчились ловить грызунов еще в третий месяц осады. Хвостатых в подземельях почти не осталось.

- Кто пойдет с вами? - устало спросил герцог, понимающий правдивость слов супруги, - Бальтцель, вы подобрали воина сопровождать госпожу Лизерли в подземелье?

- Да, ваша светлость, - Бальтцель опёрся на меч, - я бы с радостью пошел сам, но раны не позволят мне ползти. Пойдет сын моего лучшего друга, погибшего Руедли - Льерт. Заботами госпожи Катри и ее дочери Веты, его раны затянулись, он сможет ползти, если проходы окажутся слишком узкими.

На передний план вышел Льерт. Герцоги не видели его со дня свадьбы. Молодое лицо воина обрамляла седая борода и такие-же седые волосы. Месяцы осады и ранение наложили свой отпечаток – мужчина казался неестественно худым.

- Монсеньер, - обратился он к герцогу, приложив правую руку к груди и склоняясь в почтительном поклоне, - имперцы растерзали моего лучшего друга, убили отца. Поверьте, я не пожалею жизни для отмщения и приложу все силы, чтобы госпожа Лизерли вернулась целой и невредимой.

- Пусть поможет вам Господь, - герцог скрывал опасения за дражайшую супругу, - собирайтесь. К полночи должны вернуться, - обратился он к Лизерли, - Как скоро вы будете готовы?

- Я уже готова, - герцогиня опустилась перед супругом в поклоне, - постарайтесь уснуть, чтобы ваши раны не открылись вновь, пока я в подземелье.

- Берегите себя, - герцог опустил взгляд, - сами святые желают положить конец осаде.

Через четверть часа, по винтовой лестнице правой надвратной башни двое спустились в подземелье. Льерт шел впереди, нес факелы и веревки, за ним поспешала герцогиня в мужской одежде. Чтобы шаги не отдавались в каменных коридорах, надели мягкие пулены.

Спертый воздух подвалов сдавливал грудь и не давал свободно дышать, со сводчатых потолков свисали гирлянды паутин, просачивающаяся влага покрывала стены зеленью. Герцогиня отмечала на карте путь, Льерт забивал в стыки между каменной кладкой крюки и натягивал веревки, чтобы четко обозначить проход.

Шли долго. Иногда наступала внезапная духота, заставляющая снимать войлочные котта. Иногда тянуло холодом из скрытых отдушин, приходилось закутываться в капюшоны с оплечьем и плащи. Половину пути прошли, хоть и с опаской, но ровно и скоро. Ходы два раза пересекались, на втором перекрестке пришлось прилично поплутать, несколько раз останавливаться в тупиках и возвращаться. Третий перекресток вновь испытал Льерта и Розель: в стороны расходились коридоры такой же высоты, а к погребу - резко пошел вниз. Под ногами захлюпала ледяная зеленая жижа, издававшая отвратительный запах от разложившихся тушек утонувших крыс и сточных вод замка. Некоторое время шли очень осторожно, Льерт опасался ловушек под ногами, возможность уйти в скрытый колодец с головой. Он тщательно ногами прощупывал пол. К счастью, этого не произошло, но некоторое время шли почти по пояс в воде, а невысокой Лизерли вода доходила по грудь. Неожиданно, проход резко поднялся на четыре высоких ступеньки. Из воды вышли, но опустился свод, передвигаться пришлось на коленях, опираясь на руки. Льерту с его высоким ростом и ранеными ногой и рукой пришлось нелегко. Мокрая одежда женщины прилипла к телу, плащ мешал двигаться. Следующий перекресток дал отдых. В нем можно было стоять во весь рост, но тянуло морозным воздухом, вызывающим дрожь. По близко расположенным отдушинам, Лизерли угадывала, что они идут по карте верно. Дальше проход к погребу был указан жёлтым цветом, выражающим опасность. И действительно, проход оказался настолько узким, что передвигаться по нему было возможно только ползком.