На поиски драконов или судьба одной экспедиции

Глава 20. День тревог.

Погода начала портиться ближе к обеду.
Демид, Мика и новенький отправились за дровами (считай – на разведку) после того, как Элен заставила парня надеть свежую рубаху мужа, которая была ему велика конечно; вонючее рванье он тщательно выстирал на реке под ее руководством, и теперь эти тряпки раскачивались на ветру, подсыхая.
Дров нужно было заготовить достаточно, чтобы переждать непогоду, поэтому и пошли такой большой компанией. Так было объяснено новенькому. Меж собой было решено осмотреться и понять, чего ждать, и следить за пришлым. Рой был призван на службу и теперь трусил несколько впереди, обшаривая кусты.
Донат и Элен остались в лагере и занялись упаковкой кабанины, которая уже достаточно подвялилась в дыму костра. Полотняные мешки, часть снаряжения травницы, очень пригодились.

Тьери вновь появилась из ниоткуда сразу за спиной Элен и шепнула:

- Похоже, их пятеро, разбойники. Скрываются за овражком, что мы проезжали. Думаю, ждут ночи. Я устроилась неподалеку, на том кривом дубе.
Элен испуганно ахнула, руки непроизвольно сжались, расширенные зрачки нервно перебегали от Тьери к Донату.
- Что ж, мы их встретим достойно. – спокойно сказал Донат. – Элен, смени-ка мне повязку.
Раны, подлеченные травами и вылизанные Бедой, выглядели очень хорошо, краснота спала, отек сошел и Элен заулыбалась:
- А котик-то твой волшебник!
Донат согласно кивнул и пригладил оттопыренную котом рубаху. Кот завозился, и рубаха зашевелилась.
- Твои руки больше достойны благодарности, чем мой кот. – пробормотал он и отвернулся.

- Идем, лошадей поить.
- А лагерь как-же.
- За лагерем Тикса присмотрит.
Отдав собаке приказ как обычно жестом, он ухватил поводья лошадей. Двух повела Элен.
У реки, не столь широкой, чтобы гордо нести это название, но бодрой и холодной, Донат закатал штанины и босым вошел в воду. Подумав, скинул и рубаху и принялся тереть себя пучком травы, окуная его в воду.
Лошади пили, прядая ушами и их шумное дыхание привлекло внимание местных птиц, которые стали перекликаться и подниматься в воздух.
Элен, внимательно оглядев прибрежные заросли, присовокупила к своим утренним находкам несколько влажных кореньев, ее коллекция лекарственных растений росла. Она села на траву боком, чтобы видеть и берег, и реку, и достала блокнот, в котором Донат заметил рисунки листьев и цветов, заметки, вклеенные бумажные конвертики с образцами растений и отдельные листки с гербариями, прикрытыми тонкой полупрозрачной бумагой.
Близнецов не особенно увлекала учеба в детстве, но сейчас они оценили преимущества образования и старались не упустить случая попрактиковаться в чтении.
Поэтому освежившийся Донат присел рядом с невесткой протянув ей веточку:
- Напиши что-нибудь.
Она взяла прутик и начертила на мокрой земле у воды несколько символов, Донат читал по слогам.

Потратив на это, теперь уже удовольствие, некоторое время, они, наконец, засобирались в лагерь. Небо наливалось синевой и тяжестью, лес затихал, ожидалась буря.
Вернувшись в лагерь, товарищи застали странную картину:
Тикса сидел у входа в палатку и неотрывно смотрел на нее, периодически взрыкивая. Заметив хозяина, он залаял громко и осуждающе, вскочив, принялся рыть задними лапами, всем своим видом показывая, что в палатке притаился враг.
Донат кивнул Элен, подавая знак зайти за палатку и быть настороже, а сам достал топорик и подошел к входу.
- Ну, кто к нам пожаловал, выходи. Я придержу собаку.
Он и в самом деле, ухватил Тиксу за ошейник, отдав команду «Цыц, ждать.»
Спустя минуту пола палатки приоткрылась и в сторону Доната вылетела сверкающая молния, Донат, словно того и ждал, увернулся, и лезвие летящего ножа едва не порезало его грудь. В то же мгновение Донат рукой направил собаку внутрь, издав свист, а сам метнулся к Элен и вовремя.
Полотнище палатки с треском рвалось под напором лезвия – враг пытался сбежать, надеясь на ранение человека с собакой.
Элен взвизгнула и метнула в прорезь горсть песка с камнем из-под ног. В палатке послышалась возня, уханье, кряхтение и мучительный стон вперемешку с рычанием пса. Донат оценил обстановку и в мгновение ока оказался внутри палатки. Вор, кто бы он ни был, выкатывал глаза и хрипел, ухваченный Тиксой за горло, кровь хлестала фонтаном, заливая одежду, собачью шерсть и вещи вокруг. Руки вора скребли скрюченными пальцами по телу собаки, затем мелко затряслись и бессильно упали. Глаза его закатились. В ране пенилась кровь.
- Все, все. Тикса молодец! – похвалил Донат своего пса, отрывая его от грабителя.
В том, что человек – грабитель сомневаться не приходилось. Одежда старая, за голенищем еще пара ножей и сверток с отмычками. Масленка сделана из сосуда для церковного масла.
«Осквернитель веры» - дала ему мысленную оценку Элен.
Они выволокли тело из палатки и обшарили его.
- Спрячем? – спросила Элен.
- Да, пожалуй стоило бы, но крови там столько, что только слепой не заметит.
- Я приберу. Песком присыплю. Пусть думают, что он просто исчез.
- Кто пусть думает?
- Сообщники. Их вроде пятеро, говорила Тьери. Вот, минус один.
- Ты права. Я его в реку скину.
Они принялись за дело. Донат взвалил на плечо тело и понес его к реке. Элен сунула ему в руку пустое ведро:
- Принеси воды, я замою кровь.
Пока она маскировала следы крови в шатре, оттирая то, что можно, присыпая песком и землей пятна, Донат накидал камней в штанины и рубаху убитого, затащил его в воду ниже по течению. Зачерпнув воды, он заспешил в лагерь.
Элен со слезами выскочила ему навстречу:
- Он ранил Тиксу. Посмотри, вот. – Она указала на собаку, которая лежала на боку с перевязанной грудью. Кожу рассек, но рана не глубокая, я уже обработала, бедный-бедный мой!
Донат нахмурился. Он не заметил рану собаки из-за обилия крови.
Элен ухватила ведро и скрылась в палатке.
- Элен, - сунул голову внутрь Донат, - скажем, что Тикса на сук напоролся и накровил тут. Это будет правдоподобно.
- Да, пожалуй.
Спустя час явились добытчики дров. Двое несли сухие валежины, а третий тащил узел с грибами.
- Мы не смогли пройти мимо такого богатства! – заявил Демид. Сегодня грибной суп можно сготовить.
Донат кратко описал несчастный случай с Тиксой и Элен удивилась, как правдоподобно звучала его история. Однако она успела уловить неприметные другим переглядывания братьев. Рой хотел было вынюхивать в палатке, чужой запах собачьему носу был неприятен, хорошо, что Элен посыпала золой начало тропки к реке. Побегав по лагерю, пес улегся под бок раненому товарищу.
- Я могу сготовить суп, - вызвался новичок, - Я интересовался кулинарией.
- Не сомневаюсь, что можешь, - отозвался Демид, - но у нас тут свой порядок. Девушка готовит, а мы моем посуду.
- Ладно, согласен. Могу грибы почистить.
- Можешь, но не будешь. Мне кажется, ты тут у нас самый здоровый, - Демид усмехнулся, - давай-ка, берись за дровишки. Эти валежины нужно распились на небольшие части.
- Это зачем же? Мы всегда просто продвигаем ствол в костре по мере сгорания.
- Кто это «Мы»? – спросил Мика, сидевший под деревом, вытянув натруженные ноги и освежая отеки на лице соком сырого картофеля.
Парень смутился всего на секунду:
- Мы с мальчишками, когда ходили на рыбалку с ночевой.
- Да, так делают, - невозмутимо согласился Демид, - Но видишь какая туча собралась тут над лесом? Через час нас накроет ливень, а дров сухих не будет еще сутки. Зато если ты сейчас постараешься, короткие поленья мы спрячем в палатке. И у нас на ужин и завтрак будет горячая еда.
-Ах, вот какой план? Тогда ладно. – Покладисто сказал парень и пошел к топорику.
Донат присоединился к нему, негоже было оставлять того без присмотра да с топором в руках.
Элен с Микой занялись едой, в котелке вскоре аппетитно забулькала грибная похлебка с мясом и диким чесноком.
Спустя час, как и предсказывал Демид, в воздух поднялась туча пыли с листьями, несмотря на то что путники были скрыты деревьями, сильный ветер, бушуя, доставал до земли. Деревья страшно скрипели и послышался треск ломаемых сучьев. Припозднившиеся птицы безуспешно боролись с ветром, их несло и кувыркало в воздухе. Вскоре послышался гром и вслед за ним звуки первых капель, молотящих по листве, а спустя еще минуту ровный гул ливня скрыл остальные звуки.
Путники успели укрыться сами и укрыть животных. Лошади стояли под косым навесом, и, хотя дождь их пока не достал, звуки хлопающего на веру полотнища их пугали не меньше, чем молнии и гром.
Под шум грозы путники молча ели теплый ароматный суп и на какой-то момент Элен забыла о тревоге, но Донат не забыл. Он уселся у входа в шатер и посматривал сквозь пелену дождя на улицу. А под рукой у него невинно и как бы невзначай лежали дубина и нож.
«Тьери должно быть вымокла до нитки», - сочувственно подумала Элен и отлила порцию похлебки в котелок с крышкой.