На поворотах судьбы

Глава 6.

Я с трудом разлепила глаза. Голова тяжелая, а вот спать совсем неохото. Зевнула, и одеяло точас же сползло.

Так, стоп. Это не одеяло. 

Мигом усаживаюсь на диване (еще один удивительный момент!), с изумлением, будто вижу какую инопланетянскую вещицу, уставилась на черное пальто, которым укрыта. Что за ерунда? 

И тут же сознание заботливо подкидывает мне вчерашнюю дурацкую прогулочку. Неудавшуюся прогулочку.

Поднимаюсь с дивана, откидываю пальто, и в глаза сразу бросается тряпка на полу. 

Ой, да это же платок Никиты. Я еще вчера его в ресторане заприметила. 

Надо же, какой заботливый. 

Не могу сказать, что испытываю какую-то неловкость при воспоминании. Я не чувствую ни восхищения к поступку Ника, ни особой благодарности. Я вообще ничего не чувствую. Помог, да. Молодец. Вот и все. Все равно. Давно. На все и на всех по большему счету.

И только эта белая тряпочка что-то всколыхнула внутри неожиданно даже для меня самой. 

Я медленно наклонилась и так же медленно подняла ее. Влажная. Развернула, несколько секунд внимательно разглядывала ее, а потом медленно провела пальцем по инициалам. Губы невольно дрогнули, и уголки поползли вверх.

На секунду закрыла глаза, представляя себе, как Ник дотрагивается до моего лба, а потом опускает и платочек.

Тряхнула головой, отгоняя мысли. Ерунда. Он его просто выронил. Но даже если и вправду было так, как я представила, в этом нет ничего такого... Напридумывала, блин.

Уже равнодушно перевожу взгляд снова на этот злосчастный кусок ткани и довольно небрежно закидываю в сумочк. Надо не забыть отдать. Обязательно.

Встала, повесила в шкаф пальто Вишневского и в задумчивости прошлась по комнате. Этот Никита начинает занимать в моей жизни слишком много места. Могу ли я общаться с ним и дальше в безопасности для своего сердечка? Не знаю. Хотя о чем это я? Безусловно, могу. И даже обязана. Он помог мне, это раз. Во-вторых, он - друг Эдвина. Лучший друг.

Мои размышления прервал шум внизу, а за ним и вопль, иначе не назовешь, брата.

Я наспех умылась, переоделась и поспешила вниз. Кажется, меня ждет что-то забавное.

И не ошиблась. При входе в столовую на корточках сидел брат и, глядя на разбитые бокалы в луже воды, возмущался, так и не двигаясь с места.

-Копец! - завопил он, едва увидев меня, - Какой олух додумался поставить возле самой двери этот стул?

Я прыснула. Действительно, со стороны это выглядело комично. И рожица брата, и лужа, и даже эти бокалы.

-Может, кто-то не до конца глаза раскрыл?

Я снова захихикала, чем еще больше разозлила Эда.

-А может кто-то умничать перестанет?!

Он поднялся, стряхивая с джинсов капли воды. 

-Убирать я не буду.

Он направилмя в кухню

-Еще бы. Но тогда никто не уберет, -ехидно отозвалась я. 

Осторожно обошла  и заглянула на кухню. Эд сидел на диване, потягивая кофе. 

-Не вздумай Валентину заставлять убирать за собой.

Валентина - домработница. Уже много лет работает у них верой и правдой. Родители брата считают ее практически членом семьи. А Эд, кажется, нет.

- Валентина, к твоему сведению, утром уехала. Видите ли, ее сестра заболела!

- Ии? Ну и пусть, жалко что ли? А что дома так тихо? Они что, уже на работе? - спросила, имея в виду тетю с дядей.

- Уехали по работе. Появятся через полтора месяца.

Я налила себе кофе, придвинула к себе тарелку бутербродов. Наверное, тетя постаралась.

- Вот как раз и уберешь за собой.

- И не подумаю.

- Значит, до появления некоторых все будет лежать на полу. Уж кто-кто, а я за тобой точно убирать не собираюсь.

Эд раздраженно барабанил пальцами по столу. Затем встал, направился к столу и сел напротив.

Ели мы молча. Я строила планы на предстоящие дни без присмотра. Хотя какой "присмотр"? У меня полная свобода. Родные ни в чем не хотели ограничивать. Чтоб я отдохнула как следует.

Ну да... Они все хотят, чтоб я развеялась. Развеяться? Смешно. Я только что распланировала по минутам все время, не желая оставаться без дела. Это уже вошло в привычку. Дела, занятия, вооейбол, учеба, музыка... Лишь бы не оставаться с собой наедине...

-Чем будешь заниматься? - первым нарушил молчание Эд.

- Можно подумать, что так много вариантов. Скрипкой, естественно. А ты?

Эдвин откинулся на стуле и золожил руки за голову: "А я буду для начала просто отдыхать. Сколько хочу. Буду вставать в обед, ходить на тренировки, а вечером с пацанами на футбол и волейбол гонять будем. Схожу на парочку концертов, еще можно просто погулять где-нибудь... Ну и... не знаю еще что. Там видно будет."

Я слушала, опустив глаза, и чувствовала, как во мне поднимается черная зависть. Почему это мне нельзя вот так легко и свободно заниматься своим? Забыть бы хоть на неделю эти уже надоевшие занятия скрипкой... Эдвин нарисовал заманчивую, очень привлекательную картину. 

Мне бы так... В свое удовольствие... Делать, что хочу... Настроение улетучилось, испарилось, как лужи в солнечный день.

И внезапно застыла. Не может быть! Я что-то хочу! Хочу! Да что же это со мной происходит? Давно уже ничего не хотела, ни о чем не мечтала, ничего не чувствовала!.. Я, кажется, начинаю меняться... Да что же делает со мной эта треклятая Германия?! 

- Что делать со всем этим? - спросил Эд, глазами указывая на грязную посуду.

Я помолчала минуту, собираясь с мыслями, взяла себя в руки и, немного помолчав, ответила: "Как что? Мыть, естественно.

- Что? - страшным полушепотом спросил Эдвин, - Мыть?!.. Ты что, серьезно?!

Ну да. Другой реакции и ожидать не следовало бы. Мдаа... Избаловали его донельзя... Убрать за собой не может...