На пути к обретению...

Глава 4. Летняя суматоха.

Мои братья подошли серьезно к моей подготовке к поступлению в академию магии. С тоской я смотрела на горы, куда больше меня не отпускали. Также не раз отлавливали в лесу и на подходе к нему, когда я пыталась сбегать с занятий по магии. Я взрывалась истериками, кидалась всем, что под руку попадалось, бросалась в драки. Но потом искренне жалела пострадавших и просила прощения.

Порой я ревела навзрыд от обиды и несправедливости. Мои братишки смотрели на это безобразие с видом учёных открывших новый вид насекомых. Всегда терпели мои взрывы смиренно и со снисхождением на лице. А средний брат Джозеф, вообще усаживал к себе на колени и убаюкивал. Это меня всегда успокаивало. Успокаивало и неизменно злило. Так что уходила от него я всегда насупленная и чётко чеканя шаг. Где это видано! Мне двадцать один год, а я как малышка сажусь на колени брату и выпрашиваю ласку. Брату, который всего на два года старше меня.

Третий брат нашёл со мной контакт благодаря сладостям, коих на кухне было всегда предостаточно. Этот проныра мог залезть куда угодно, втереться в доверие кому следует и получить своё! Не даром говорят: «В большой семье клювом не щёлкают» И, так как Блад был самым младшим, то он с младых лет усвоил золотое правило дипломатии: всегда будь вежлив и учтив, но не забывай про свои интересы.

Леденцы, которые тётя привезла из столицы, хранились под замком в большом буфете, никогда не переводились у него в карманах. Буфет он вскрывал с потрясающей воображение лёгкостью и тем самым вызывая подозрения, а действительно ли он учится в академии магии или, может быть, он подрабатывает охотником за сокровищами в одной из теневых гильдий. Сейчас ему было восемнадцать. Три года академии уже позади, осталось ещё столько же. Несмотря на опасность попасться под тяжёлую руку нашему кухарю Блад добывал такие вожделенные для меня цветные сласти и подкармливал в минуты отчаяния.

Конан, мой старший и уже давно самостоятельный брат, только строго смотрел и иногда кое-что записывал. А по окончании отпуска отбыл восвояси и прихватил свои заметки с собой. С Бладом мы так и не смогли их выкрасть, как не пытались. Вообще Блад превратился для меня в этакого дружка закадычного. И, если до моей инициации он был одним шалуном и балагуром в нашей семье, так как остальные братья уже повзрослели и взялись за ум, а я была “замкнутой и нелюдимой”, “помешанной на дисциплине и порядке”, “слишком правильной девочкой и королевой зануд”, то после этого знаменательного события, мой внутренний ребёнок, который в своё время не дополучил положенные ему неприятности, решил, вдруг, отыграться пополной.

Стащить из кухни сладкие булочки используя магию воздуха. Почистить всех лошадей в конюшне с помощью заклинания чистоты. Сделать копии карт и схем при помощи магии огня. Поставить оттиск абриса любимого брата на… да хотя бы на столбе ограды возле главных въездных ворот в поместье, и на конюшне на двери денника его коня, и на чаше фонтана прямо между барельефом морского царя преследующего свою убежавшую дочь и, собственно, самой морской девой.

И не важно, что эти проделки требовали значительных затрат сил и ювелирных умений владения магией. Блад искренне веселился, когда у меня не получалось. И я отправлялась в сад тренироваться на более подходящих вещах. Мощёные дорожки стали намного интереснее, ведь теперь на них можно было лицезреть узорчатую гравировку растительного орнамента. Некоторые плитки стали похожи на изразцы с мифическими персонажами и существами, которых уже давно не видели люди.

В саду появился мой любимый уголок, моё укрытие, моя база, где я устраивала уют на свой вкус. Среди нагромождения валунов появилась удобная каменная кушетка с нависающим над ней голубым кедром. Это место и раньше было отличным, но теперь, когда я могла придавать камню форму, оно приобрело некоторую обжитость. На камнях появились барельефы, продолжающие тематику тех, что можно было встретить на тропинках. Они стали тайными знаками, которые указывали путь в мой волшебный мир. Вместе с детскими эмоциями, ко мне пришла и детская вера в чудеса. Сомнительное удовольствие для взрослого человека, которому предстоит заново искать свой путь в этой жизни, как по мне. Но любовь к сказкам появилась так же внезапно, как способность плакать по пустякам.

Недавно Блад показал мне как установить сигналку на проникновение на охраняемую территорию. Этому важному занятию я и посвятила добрую половину дня. Её устройство было простым и бесхитростным. В основе была магия огня, которая у меня, оказывается, всё же есть, но её объем значительно меньше магии земли. Плетение наполненное энергией магии огня выявляло термически отличных от окружающей среды существ и передавало сигнал на фантомный браслет, который наносился на кожу водой и напитывался магией.

Мне стало очень любопытна эта техника и я начала пытать брата где она используется и куда можно её интегрировать. Всё это происходило с такой непосредственной наглостью и упорством присущим только малышам, что Блад всё-таки сбежал от меня, применив запрещённый приём онемения и бросив на бегу, что он не ботан, чтобы интересоваться такими вещами.

По мне так Конан был самым образцовым и последовательным учителем. Именно он показал принципы обращения к источнику и направлению силы в магические плетения и контроля над ней. Его так же заинтересовала моя медитация на скале. И он попросил меня ещё раз погрузиться в неё. Когда я закончила медитацию, то открыв глаза не смогла утерпеть и рассказала, что пещера начала преображаться и наполняться интересными вещами. Там начали расти каменные цветы. Их было немного, но они все были такие разные. Когда я дотрагивалась до них, то перед моим взором разворачивалась картина какого-нибудь события из моей жизни. Уезжая, завещал каждый день упражняться. И следить за ростом каменного сада, предположив, что он связан с моей проснувшейся способностью полно чувствовать, и, вероятно, ещё сильнее разрастётся за это лето.