На родине отца

Предисловие

Герои данного романа являются вымышленными, и какие-либо совпадения случайны. Произведение не носит документального характера и является художественной выдумкой для поддержания интереса и увлекательного чтения книголюбов.

Мне с раннего детства не нравилась моя внешность. Я выглядела и чувствовала себя черной вороной среди стаи белых лебедей. Мама пыталась переубедить в этом, но понапрасну. Я же всё вижу и чувствую.

В подростковом возрасте из-за внешнего облика мне пришлось наслушаться много издевок и вытерпеть больные тычки в спину от жестоких одноклассников и злобных тинэйджеров с нашего района. Пубертат с его прыщами, угловатостью, неуверенностью и брекетами прошелся по мне как трактор, оставляя в душе неизгладимые рытвины.

Дело в том, что я полукровка. Моя мама, Яна Георгиевна Самойлова, стройная белокурая зеленоглазая славянка среднего роста с длинными ногами, а отец — японец.

По редким подслушанным словам бабки и деда я поняла, что папа являлся симпатичным для его расы молодым человеком: выше мамы на голову, с тонкими и аккуратными чертами лица. Отец обладал тёмными прямыми волосами средней длины, которые слегка зачёсывал набок, и глазами миндалевидной формы с приподнятыми внешними уголками, имеющими тёплый шоколадный оттенок. Взгляд спокойный и внимательный. Кожа светлая и безупречная. Родитель предпочитал одеваться в сдержанную, неброскую, но элегантную одежду, не привлекающую излишнего внимания.

Если бы я знала отца, то могла бы сказать, что папа — самый замечательный человек на свете. Но я никогда не видела этого таинственного мужчину. Мне известно только имя — Куро́ки Сато́ши. Имя означает «умный», «мудрый».

Имя и фамилию неизвестного мне родителя совсем недавно сообщил дедушка под большим секретом. И велел держать язык за зубами, чтобы не разгневать Яну Георгиевну. При любом упоминании мужчины мама впадала в тревогу и непонятное расстройство.

Мать, как и остальные родственники, ничего не рассказывала про отца, их знакомство и совсем недолгое замужество. Яна Георгиевна в недовольстве поджимала губы на мои робкие вопросы и просила заняться чем-нибудь полезным, отмахиваясь, как от мухи.

Родительница отчего-то затаила сильную обиду на мужчину, который оказался ее первой любовью. Как однажды вскользь сообщила моя бабушка, это была мимолетная встреча, вроде переросшая в крепкие истинные чувства, но быстро закончившаяся.

Откровенный разговор с мамой помог бы понять и принять себя и найти ответы на важные вопросы моей жизни. Но родительница стойко держала оборону и хранила молчание. Выглядело это смешно и не по-взрослому.

Поэтому с наступлением совершеннолетия я решила подойти к проблеме с другой стороны: я объявила матери, что намереваюсь отправиться в Японию на поиски отца. Если матушка не желает ответить на интересующие меня вопросы, тогда пусть отец просветит, почему бросил нас и не захотел хоть изредка поговорить по телефону.

Злой рок или судьба двигали мной, но я благодарна всевышним силам за путешествие в прошлое и за счастливое будущее. Произошедшее — прекрасная страница жизни, которая перевернулась, открывая тайны, недомолвки и обиды.