На семейном фронте без перемен

О козлах в жизни женщины и спортивных данных

В судьбе каждой уважающей себя девушки обязательно отыщется тот самый козел, который подло и беспринципно испортил ей жизнь. 

Конечно, был такой и у меня. Что ж я особенная что ли? 

Познакомилась я с этой козлиной еще в четвертом классе. Он был старым, облезлым и слегка хромым, и я с первого взгляда почувствовала к нему отвращение... Но от судьбы не уйдешь. 

Общение с этой - не побоюсь этого слова - скотиной стоило мне слишком дорого: из отличницы я превратилась даже не в хорошистку, а... 

В общем, когда во время двадцать какой-то безуспешной попытки перепрыгнуть через этого самого “козла” мы вместе с ним упали прямо на учителя физкультуры и слегка разбили ему голову... 

Физрук нецензурно выругался и влепил мне трояк в четверти. По физкультуре. Да, все из-за козла. Козлы - злы. 

Вообще, с физкультурой я не то, чтобы совсем не дружила, но никаких особенных способностей у меня не наблюдалось. 

Клушей я не была. Мы с мальчишками и такими же девчонками - оторвами лазили по заборам и подвалам, прыгали по крышам гаражей, швыряли с балкона “бомбочки” и вообще развлекались, как умели. 

Но со спортом не сложилось. Совсем.  

Родители пытались отдать меня на танцы, но оттуда я вылетела после первого же занятия. Помню, как за стеклянной дверью преподаватель танцев что-то эмоционально объясняла моей маме.  

Мама вздохнула и больше меня туда не повела. 

В школу на уроки физкультуры время от времени приходили тренеры из разных секций и отбирали способных детей. Мной не заинтересовался никто.  

У меня было неплохо с силовыми упражнениями и прессом, я идеально закидывала “трехочковый” мяч в корзину, но в баскетбол меня тоже не взяли.  

Я совершенно не умела бегать. Хоть шестьдесят метров, хоть сто прибегала последней в классе. А еще и козел... Моя душевная боль.  

Физрук, помня козла, при одном взгляде потенциальных тренеров в мою сторону решительно мотал головой. 

Так я и дожила до шестнадцати лет в полной уверенности в собственной патологической неспортивности. Ну не дано и не дано, как дебилу тройные интегралы. 

Момент истины наступил в одиннадцатом классе, когда подруга по уши втрескалась в какого-то паренька. 

Предмет ее нежных девичьих грез был профессиональным спортсменом, а, кроме того, состоял в военно-патриотическом клубе. 

С этим самым клубом они постоянно выезжали куда-то в леса - обучались выживанию, ориентированию на местности, стрельбе из разного оружия и, кажется, даже проводили реконструкции боев. 

На одно из таких выездных занятий клуба парень и пригласил мою подругу. А она прихватила меня - в качестве группы поддержки. 

Конечно, это все было официально - наши родители заполнили гору бумаг, согласовали карту маршрута и список предполагаемых занятий. 

Рулили в этом клубе несколько дяденек - отставных военных. 

Жизнь в лесу в палатке привела меня в неописуемый восторг. Но зато по отношению ко мне восторга, как и всегда, никто не испытал. 

Меня в первый же день попробовали “в деле” и, тяжело вздохнув, отправили гулять. Лесом. 

Толку не было ни на эстафетах, ни в ориентировании, ни... В общем, ни в чем. Даже в качестве повара полевой кухни я не годилась - готовить умела, но не костре. Оценив столь неимоверные таланты, меня выперли и оттуда. 

Поэтому пока народ, включая мою подругу, самозабвенно бегал по лесу и выполнял какие-то задачи, я бесцельно бродила по нашему лагерю и заглядывала в палатки. 

В одной из них было оборудовано что-то вроде полевого тира, но совершенно без изысков: возле стены стояло несколько пластиковых силуэтов, имитирующих фигуру человека, по центру располагалась стандартная мишень в виде колец с цифрами, с потолка на веревочках свисали металлические кружки. Самый крупный из них был размеров с медальку, самый мелкий - с монету. 

В углу на складном стульчике сидел один из наших руководителей - крепкий мужчина лет пятидесяти с пышными, но уже изрядно тронутыми сединой усами. В руках у него была походная фляга, из которой он время от времени с наслаждением прихлебывал. В воздухе стоял четкий аромат сивушных паров, точно такой же доносился из-за забора нашего соседа по даче, когда тот гнал самогон. 

- Хочешь пострелять? - он скептически оглядел меня с головы до ног и зевнул. 

- Не знаю... - растерялась я. - Я не умею. Вообще никогда не пробовала. 

- Да что там уметь, - хмыкнул он. Подошел ко мне и взял со стойки одну из винтовок. - Заряжаешь, стреляешь. 

Он продемонстрировал процесс зарядки и пальнул по мишени. Пуля легла точно в “десятку”. 

- Поняла? 

- Кажется, да... - неуверенно согласилась я. 

- Тогда развлекайся, - Он выставил передо мной целую баночку с пульками. - А я пойду ноги разомну. 

Я взяла в руки винтовку, провела по ней кончиками пальцев, ощущая прохладу металла и.… пропала. То чувство, словно родился слепым безруким инвалидом и вдруг неожиданно и прозрел, и выздоровел.  

Да, я видела подобную нежность у шофера-дальнобойщика по отношению к своему огромному грузовику-длинномеру. Замечала восторженный блеск в глазах профессионального токаря, когда ему на фирме поменяли старый станок на новый суперсовременный. 

Но со мной это случилось впервые. И надо же, чтобы именно так... к винтовке. Вечно у меня все не как у людей. 

Зато, когда я в фэнтези описываю бои и чувство оружия — это оно. Мое личное, пережитое ярко и эмоционально. 

Вернулся дядька нескоро, я к тому времени успела расстрелять почти все пульки. 

- Ты еще здесь? - искренне изумился он. - И как успехи? 

- Не очень, - честно призналась я. - По мишени попадаю только в “восемь” и “девять”, по “десятке” только пару раз влупила. Кружочки тоже - большие и средние не проблема, а по самому маленькому сложно попасть. Но раза три было.

- А ты часом не врешь? - он оценивающе наклонил голову. - Ну-ка, покажи!