На солнце пятен нет

Эпилог

Вокруг Стеллы в спальных мешках посапывали соседки. Они расположились кругом, голова к голове, чтобы не мешать остальным и долго разговаривали, прежде чем сон сморил самых стойких.

Говорили обо всем, старательно обходя последнее нападение и связанные с этим темы.

О концерте любимой группы Музы, на который она обязательно сходит когда-нибудь — когда накопит достаточную сумму и уговорит отца. О правильном уходе за магическими орхидеями. О сравнительном анализе операционных систем на Зените. О том, что Гризельда и раньше была Цербером, но после того, как ее увидели верхом на драконе, нарушать дисциплину стало совсем уж страшно. О том, что Блум впервые не хочется проводить время далеко от родителей, как настоящая взрослая, а единственным желанием является наоборот — покрепче обнять маму с папой.

Они говорили и говорили, заглушая одеялом редкий смех и сетуя на то, что успокаивающий чай Флоры до сих пор горчит на языке. Говорили, потому что оставаться в безмятежной тишине, которая накрыла Алфею — было страшно и неправильно.

Стелла не обсуждала это с остальными, но знала, что все они одинаково чутко вслушиваются, стараясь различить малейший шорох, скрежет, любой подозрительный звук, указывающий на приближение монстров.

Армию Тьмы уничтожили. Выжгли магическим огнем, снарядами солярийского корабля и зачарованными мечами. Ведьм — посадили под неусыпный надзор преподавателей — Кодаторты и Гризельды — и методично допросили.

Не о мотивах, как расхохоталась было Айси. Те оказались просты и незатейливы — воплощение амбиций и власть. О состоянии Облачной Башни и ее учениц. О местонахождении директора Гриффин. Выяснилось, что все это время ведьмы продержали сокурсниц в темнице, зачарованной специально, чтобы из нее не смог сбежать ни один маг. Приглядывать за пленными оставили подручного-огра, хорошо знакомого Стелле по стычкам на Земле.

Такое решение вызвало у Фарагонды закономерные сомнения. Конечно, заполучив Огонь Дракона, три ведьмы стали сильнее. Однако сила — не равно опыт и навыки, какими несомненно обладала Гриффин. Неужели директор, когда-то сражающийся вместе с Фарагондой и Салладином против волшебников куда мощнее изгнанных второкурсниц, не смогла их остановить? Еще и на своей территории?

Оказалось, Гриффин пыталась. Но как директор, она действовала для защиты подопечных и школы, поэтому ее руки были связаны.

Тех, кто сопротивлялся, Айси лично отправила в пасть монстрам. Ученицы при виде кончины самых бойких, притихли. Гриффин — тоже. А после ведьмы не давали им еды и воды, так что вскоре пленники ослабли и с трудом могли двигаться, не то что бежать.

В Облачную Башню тут же направили два отряда специалистов — из тех, кто потолковее и до сих пор могли держать клинок в руках — под командованием лично директора Саладина. С медикаментами, запасом продовольствия и инструментами для взлома зачарованных замков. Фарагонде оставалось лишь надеяться, что в Облачной Башне еще есть те, кого можно спасти.

Как об этом узнала Стелла? Она официально подслушивала, воспользовавшись присутствием Луны. Девочки за дверью подслушивали допрос неофициально, вовсю используя зенитские технологии и земную смекалку. Стало ли это неожиданностью для взрослых магов? Нисколько. Пытались ли они призвать девочек к порядку? Тоже нет. Всем было не до того.

Алфею восстанавливали заново, укрепляя стены и закрывая магией зияющие провалы на месте окон. До прежнего лоска и благополучия, конечно, еще далеко. О минимальном комфорте и то говорить было еще рано.

Перед магами стояла главная задача — расширить лазарет и отремонтировать кухню с водопроводом. Раненых было много. Очень много — не у всех состояние удавалось поправить специальными чарами или зельями. Десятки специалистов остались лежать на больничных койках под неусыпным контролем мадам Офелии. Брендон чуть не вошел в их число. К счастью, его рана оказалась не настолько серьезной.

Стелла услышала это от Флоры мимоходом, когда фея растений делилась новостями от Ривена. И теперь не могла выкинуть специалиста из головы.

Сон не шел. Тишина, разбавляемая только голосами звезд, давила, а спальный мешок попался на редкость неудобный. Стелла ворочалась, пока наконец не бросила бесполезное занятие. Поднявшись, она оглядела расслабленные лица фей вокруг — они с соседками расположились в одной части аудитории, тогда как остальные устроились в противоположной.

Лунный свет из окна — мягкий и нежный, словно пуховое одеяло, обнимал девушек за плечи. Стелла выглянула на улицу и быстро нашла взглядом фигуру мамы. В облачении Энчантикса, неземная и прекрасная, она пела, свесив ноги с крыши. Мелодию подхватывали звезды, ярко сияющие в бархате неба.

Колыбельная Луны охватывала всю школу, проникала через стены и окна лазарета и дарила защитникам то, что им было необходимо больше всего — безмятежный сон и отдых. На Стеллу чары не действовали, так что принцесса просто слушала, наслаждаясь звуком родного голоса. Слушала и пыталась задавить червячок беспокойства, что грыз стены вокруг сердца.

Этот человек жив и наверняка сейчас видит десятый сон, как все ученики в школе! Его рана не смертельна. Она быстро затягивается под действием лекарств. Стелле совершенно не из-за чего переживать!

Но доводы разума червячка не трогали, тот упорно продолжал свою работу.

Все эти цветы с извинениями, эти взгляды, помощь и последние слова Брендона — попытка пожертвовать собой… Все это было Стелле не нужно! В конце концов, он обманщик. Он целенаправленно врал ей, прекрасно зная о последствиях… Прекрасно зная о том, что их статус и обязанности никогда бы не позволили перевести отношения во что-то серьезное…