На спине

27. Марко

Марко растерянно смотрел на крошечный пищащий сверток на своих коленях. Он не очень понял, что произошло, просто как-то все забегали вокруг, засуетились, самый старший брат крикнул ему, что-то про нового братика, средний послал его к тетке, следующий велел не вертеться под ногами и вот все как-то закончилось тем, что он сидит, на коленях у него Агне и Марко боится пошевелиться.

Его оставили на Печной площади, так назвали песчаную прогалину в центре острова, куда охотники на своих плечах принесли печь Кальвьера и оставили там. Марко пытался залезть внутрь чтобы почистить ее от соли, но Матушка вытащила его за ухо и сказала никогда не совать нос в жаровню. Он хотел развести в печи огонь, на Папенька приложил его тяжелой ладонью пониже спины, всего раз, но очень памятно, и напомнил, что детям нельзя играть с огнем. Он попытался принести хотя бы муку к печи, но братья вздохнули, закатили глаза к небу, забрали у него мешок и отнесли обратно к женщинам.

— Ну и как мне быть пека’ем… — грустно спросил у спящей Агне Марко.

Агне не ответила ему.

Марко никогда не хотел младших братьев или сестер. Ему и так хватало шума дома, на спине, на острове. Но он не мог отвести взгляд от нежной кожи малышки на своих коленях, от конопочки-носа и длинных пушистых ресницах, отбрасывающих тень на ее круглые щеки. Марк поерзал на попе и постарался скрестить под своей даркоценной ношей ноги, чтобы кокон поудобнее лег.

Агне распахнула глаза и Марко ахнул. На него смотрели прозрачные прохладные зеленоватые озера.

Мальчик вспомнил как слышал что-то от Тети Марисы про то, что у девочки невероятно рано проявился цвет глаз и что это, возможно, дар дракона, но не предал тогда никакого значения. Он и сейчас бы об этом не вспомнил, если бы не та осознанность, с которой на него смотрела Агне.

— П’ивет, — неуверенно поздоровался он, потом вспомнил, что перед ним вообще-то Правитель, чтобы это ни значило, но матушка говорила быть вежливым с Правителем и потому он добавил — Я Ма’ко…Давай д’ужить?

Агне моргнула сонно, зевнула сладко и улыбнулась ему. Марко улыбнулся в ответ, протянул ладошку и аккуратно убрал нежный локон со лба Правителя.

По поляне тихо скрипя песком прошелся теплый ветерок.

Поддавшись радостному спонтанному вдохновению, Марко подхватил Агне на руки, закряхтел, пытаясь справиться с одеялами и шагнул к Печи.

— Смот’и! — провозгласил он. — Это печь.

А дальше был это песок. А это дерево. А это еще одно дерево. А это кошка тети Марисы. Вообще на Драконе нельзя быть кошкам, потому что дракону щекотно. А этой можно, потому что она Тети Марисы. А Тетя Марисы Кальвера. А значит наша. А значит можно. Но ты кошку лучше не зли, потому что она и укусить может. И зовут ее Мур-Чи-Ла! Вот. А это тропинка. А вот там мама делает мне братика. А там папа. А там дом строится. А это лопата. У меня тоже есть лопата, но эта большая, для взрослых. А у меня маленькая. Я тебе дам потом. А вот тут костер. Это огонь. Его трогать нельзя. Это опасно. А вот тут…

— А вот тут был Д’акон. Но он улетел, — вздохнул Марко и сел, аккуратно укладывая Агне снова себе на колени. Он устал носить девочку, но был чрезвычайно доволен собой. — А это бе’ег и мо’е.

Марко смотрел в горизонт. Дракон улетел ночью и вот уже солнце уже снова двигалось вниз, но он так и не вернулся. Это причиняло мальчику боль. Для него земной остров был скучным и опасным. Почему-то нельзя было лезть к пчелам и заходить в лес, потому что там были какие-то животные. Почему-то нельзя было радоваться воде и окунуться в нее, потому что там было глубоко. И песок копать нельзя, потому что там могут гнездиться змеи. И ягоды с кустов срывать. Скучно. Невыносимо скучно.

Агне закряхтела у него на коленях и заерзала, пытаясь выпростать ручки. Марко протянул ей руку и девочка тут же ухватилась за его пальцы своей ладошкой. Она открыла глаза, посмотрела Марко в лицо и по ее щекам потекли молчаливые слезы.

Марко ужаснулся. Он был уверен, что маленькие дети так себя не ведут.

Но тут вдалеке раздался рев и Марко вскинул голову. Далеко над противоположным берегом в небо поднялся окутанный пламенем дракон. Он развернулся в воздухе, раскрыл пасть и снова ринулся вниз, поливая огнем все на своем пути.

Марко медленно встал, приоткрыв рот, прижал к себе покрепче Агне и повернул ее лицом к морю, пытаясь показать ей…

Показать что?

Как вспыхнули словно спички великаны-деревья. Как содрогнулась под лапами дракона целая гора и начала крошиться со стоном. Как вода реки, спускавшаяся к морю, стала алой и горячей. Как бежали, пытаясь спастись, люди, но их догонял беспощадный драконий огонь…

Марко не видел этого.

Это видела Агне и тихо плакала, не способная рассказать о случившемся.

В чёрном облаке дыма в воздух стрелой взметнулось вытянутое тело дракона. Он грациозна расправил крылья, выпрямляясь в воздухе. Он медленно делал взмах за взмахом, опустив морду и беспрерывно поливая всё внизу смесью бурой дымящейся крови и белоснежного раскаленного пламени.

— МАРКО!!! МАРКО ГДЕ ТЫ?! — На берег выбежал запыхавшийся Кальвер, он увидел одинокую фигурку ступившую по колено в воду и быстро подошёл к нему.

Кальвер не стал ругаться. Он взял на руки Марко вместе с Агне, вынес их из воды, поставил на песок и опустился перед ними на колени, заглядывая племяннику в глаза.