На ступнях и копытах (ознакомление)

Глава 3

Двумя стержневыми городами на Западе считались Крушица и Швенто-Вису – бывшая и нынешняя столицы страны. Крушица – один из старинных городов, возведенный в тяжелые времена, когда большая часть Запада страдала от регулярных землетрясений. Благодаря своим находчивым и упертым жителям города пережил капризы природы и стоит, не шатаясь несколько веков. Тем не менее, за последние годы в его стенах открылось Западное отделение гренадеров – правительственная организация, предоставляющая частным лицам и организациям широкий спектр услуг, начиная с прочистки канализации и заканчивая охранной высокочтимых персон. После его основания город приобрел не только новую государственную значимость, но и очередной способ выражения капризов природы. На сей раз через людские руки.

Пару раз Имир случалось замечать сих сомнительных служителей Правителя на улицах Швенто-Вису. А один раз девушке даже довелось побывать в самой исторической столице Запада. Они ездили туда вместе с мамой на выходные. Именно там Имир стала невольным свидетелем разговора двух старых кошелок, которые, не стесняясь, высказывали свое «непредвзятое» мнения касающееся местной «конторы».

– Ходят эти молодчики туда-сюда. Развелось стервятников в городе, – проворчала сморщенная бабка в широкополой шляпе с перекинутым через плечо боа из перьев, над которым поработало не одно поколение пухопероедов[1], презрительно смотря в спины прошедшим мимо гренадерам. Предварительно, разумеется, не забыв поклониться.

– А? Кого? Наемников что ли? – глуховато переспросила ее подруга в паровой каталке, чей возраст захочешь угадать, все равно ошибешься на десяток, а то и сотню.

– Какие наемники?! Карга ты старая! – накинулась на нее старуха помоложе. – Они теперь себя гренадерами величают, вот! Тьфу, падальщики всегда останутся падальщиками!

– Это те, чтоль, которые в ПОГе работают?

– Да не в ПОГе, глупая калоша, а в ЗОГе! Отделении ихним. Ну, то здоровенное здание, подле него такие страшные стату́и волкодавов стоят, ну помнишь? – Бабка старательно попыталась передать устрашающий оскал «стату́й». Как ни парадоксально, с беззубым ртом вышло куда страшнее любого клыкастого волкодава.

– А, знаю-знаю. Говорят, у тех стату́й по ночам глаза мерцают, жуть! А чем они занимаются то, как их, гренадеры эти?

– Да все тем же, не иначе, как грабежом и убийством!

– Да ты что, свят-свят!

– Только они теперь на поводке у нашего Правителя, чтоб его артрит скрутил! Якобы работают легально на простой люд. Давай деньгу, и они тебе любую работу исполнят! Раз и готово! О-фи-ци-ально, между прочим. Треп! Не иначе, с подачки нашего великого грязными делишками и промышляют. Псы правителя. До чего противно! Я тебе, что скажу, как ты волка не корми, а он в собаку не превратится. Хоть ты ошейник на него напяль. Попомни мои слова, эти гренадеры покажут нам свои клыки!

Столица Запада Швенто-Вису – сердце культуры и экономики страны. Здесь вам и парламент во главе с Правителем; здесь наибольшее число университетов, академий и институтов; здесь превалирующее количество банков, контор, музеев, театров и прочих заведений обогащающие умы и опустошающие карманы. И, безусловно, именно Швенто-Вису – колыбель технологического прогресса. Едва ли вы сумеете найти другой город на Западе, где бесчисленное количество паровых машин будет рассекать по улицам, а в небе, словно воздушные киты, парить дирижабли. Прогресс развивался быстро и неутомимо. Старая-добрая конка[2] заменялась паробасом[3], пугающим престарелых дам и радующим детей. Телеграфные столбы росли точно грибы после дождя. Провода паутиной окутывали город. Швенто-Вису грохотал, пыхтел, жил.

Подобно опухоли технологические новшества переходили от одного города к другому, заполняя собой улицы и дома. Имир не сомневалась, пройдет совсем немного лет и на Западе с трудом можно будет отыскать место, которое не коснется их всеобъемлющая рука. Но пока дикие места встречались. И довольно часто.

Это города, о которых все слышали. Города, которые все знали. А что насчет Шайко? Многим ли он знаком? И много ли о нем известно? Что можно сказать о городе, расположенном в одном из самых суровых климатических областей страны? Раскаленная земля, палящее солнце, дикие звери. И на тысячи километров неоткуда ждать помощи. А что можно сказать о его жителях? Крепких, выносливых, способных претерпевать любые тяготы и невзгоды. Они родились и выросли в этих суровых краях, их тела, их физиология в гармонии с окружающим миром. Что мог сказать городской человек, кому безмятежность прерий и головокружительная бесконечность неба над головой заменил ботанический сад с его стеклянным куполом? Только одно – это вам не Швенто-Вису.

Затаив дыхание девушки высунулись из окон дилижанса. Виви и Леоля с нескрываемым восторгом крутили головами. Виви не забывала неустанно нажимать на кнопку своего фотоаппарата. Лицо Имир оставалось невозмутимым, но сердце бешено билось, а руки мгновенно вспотели и жара здесь была ни при чем. Столько кентавров, немыслимо! До сегодняшнего дня живьем ей посчастливилось лицезреть всего одного – на практическом занятии в институте. Кентавр приходился натурщиком и из года в год служил наглядным пособием, то на занятиях в художественной академии, то в их ветеринарном институте. Как и подобает натурщику (или анатомическому пособию), кентавр выступал на парах обнаженным. Для студентов ветеринаров, осчастливленных проводить на клинической диагностике ректальное исследование крупного рогатого скота, находясь внутри коровы по самый локоть и выше нагой кентавр не открыл ничего нового и шокирующего. Напротив, он представлял собой довольно классическую и банальную иллюстрацию к сборнику народных фольклоров и мифов. Ему только колчана с луком за спиной не хватало для полноты картины. И как подобает большинству мифов, сей внешний облик нес в себе мало истины.